Кристофер Сташефф - Чародей поневоле

Она подошла к Роду и тоже посмотрела вниз. Толпа взбиралась все выше. Сталь поблескивала на солнце.

Гвен стало страшно. Но чего она сейчас боялась — она не могла бы сказать.

— Ты говоришь так, словно знала, что так будет…

— Ну конечно, знала,— улыбнулась колдунья.— Разве такого со мною прежде не бывало? Это непременно должно было случиться вновь. Вот только когда именно это произойдет, я не знала, но какая разница?

Толпа поднималась все выше. Уступ сужался. Теперь Гвен могла разглядеть лица людей.

— Они все ближе, Агата. Что нам делать?

— Делать? — Старуха в изумлении вздернула косматые брови,— О, ничего, дитя! Слишком много их крови на моих руках. Я устала, я стара, я изнемогла от жизни, так зачем же мне сражаться с ними? Пусть придут сюда и сожгут меня. Хотя бы на этот раз я не буду повинна в их крови и тем спасу их.— Агата отвернулась, натянула на тощие старческие плечи шаль.— Пусть придут и возьмут меня, пусть зажгут костер и спалят меня. Пусть смерть возьмет меня со страшными муками, но она будет так сладка.

Род в ужасе уставился на нее:

— Вы, наверное, шутите?

— Шучу? — Агата гневно зыркнула на него.— Ну да, по-твоему, я шучу! — Она уселась на потрескавшийся стул.— Буду сидеть тут и с места не сдвинусь! Будь что будет, и пусть приходят все, кто пожелает! Пусть пытают меня, пусть жгут! Я более не желаю быть повинной в пролитой крови!

— Но вы нужны нам! — вскричал Род.— Вы нужны горстке ведьм, которые только-только распрощались с детством! Вы нужны всему Грамераю!

— Для чего же? Чтобы спасти чьи-то жизни? А ради их спасения я должна расправиться с этими? — Она кивком указала на вход в пещеру. Рев толпы слышался все ближе.— О нет, я так не думаю, лорд Чародей. В самом звуке таких речей слышится зло. Тот, кто спасает чьи-то жизни, отнимая их у других, совершает труд во благо дьявола!

— Ну хорошо, тогда не убивай их! — в отчаянии воскликнул Род.— Просто прогони их, и все!

— И как же мы это сделаем, скажи на милость? Они уже одолели половину пути. Как же мне сбросить их оттуда, чтобы не убить их?

— Так не убивай их.— Гвен опустилась на колени возле стула, на котором сидела Агата,— Пусть придут, но не позволяй им дотронуться до тебя.

Глаза Рода сверкнули.

— Конечно! Векс там, снаружи! Он их не пустит сюда!

— Он не сумеет! — в ужасе воскликнула Гвен.— Их там не меньше сотни! Они схватят его и сбросят со скалы!

У Рода сердце ушло в пятки при этой мысли. Гвен была права. Правда, Вексу такое падение ничем не грозило — ведь робот был оборудован антигравитационными платами. Но при всем том ничто не помешало бы крестьянам войти в пещеру.

— Что это за «Векс», о котором вы говорите? — спросила Агата.

— Этой мой… конь,— объяснил Род,— То есть не совсем… конь. Он… выглядит как конь, он ржет как конь, но…

— Если он выглядит как конь и ржет как конь, он конь и есть,— насмешливо проговорила Агата,— И я не позволю ему погибнуть. Приведи его сюда, в пещеру. Если он их не затопчет, они не убьют его.

Послышался стук упавшего камня, прогрохотали копыта, и в пещеру прошествовал Векс. За ухом у Рода прозвучал его голос:

— Просто сказано, но верно, Род.

— У него очень хороший слух,— пояснил Род.

— К тому же он редкостно понятлив,— сказала Агата и, прищурившись, обозрела Векса. И тут ее глаза загорелись, и она с улыбкой вскинула голову.— Славный денек! Нам тут так уютно, правда? Стало быть, вы вместе со мною сойдете в могилу?

Гвен застыла на месте. Но вот она расправила плечи, вздернула подбородок:

— Если придется, да будет так.— Она обернулась к Роду: — Верно, муж мой?

Род на миг задержал взгляд на Гвен. Невзирая на надвигающуюся беду, он заметил, что она обратилась к нему, назвав не «господин мой», а «муж». Губы его скривились в горькой усмешке.

— Не бывать этому.— Он шагнул к черному жеребцу и порылся в седельной сумке,— Тут у нас с Вексом припасены кое-какие игрушки…— С этими словами он извлек из сумки небольшой аккуратный цилиндр.— Мы просто-напросто устроим огненную завесу посередине пещеры — между нами и ими. Это их очень даже припугнет, и тогда…

— Это не задержит их надолго! — дрожа, вымолвила Агата.— Но я понимаю, ты и вправду решился на это. Глупец! Тупица! Они прорвутся сквозь это твое пламя и разорвут тебя, разорвут на куски!

— Я думаю, им это не удастся.— Гвен развернулась ко входу в пещеру.— Я готова смириться с твоим желанием. Я не стану сбрасывать их с уступа. Пока я всего лишь наполню воздух дождем из мелких камешков. Уверена, это должно их отпугнуть.

— Отпугнет, так они побегут прочь! А в бегстве станут сталкивать друг дружку с уступа и, упав с такой безумной высоты, найдут свою смерть! — в ужасе вскричала Агата,— О нет, милая! И не пробуй защитить меня! Беги! Лети отсюда! Ты молода, ты любима! У тебя есть дитя и супруг! Тебе суждено прожить еще много лет, и эти годы будут сладки, пусть даже к тебе явится много таких злобных толп!

Гвен с надеждой посмотрела на свою метлу, взглянула на Рода. Он ответил ей скорбным и серьезным взглядом.

— Улетай! Улетай! — Лицо Агаты исказила гримаса сожаления.— Ты не сможешь помочь несчастной старухе, которая вот-вот встретит свою смерть, милая! Твоя гибель вместе со мною не спасет меня! Она только усугубит мою вину перед миром!

Род опустился на одно колено за большим валуном и навел лазер на вход в пещеру. Гвен кивнула и зашла за вырубленную в скальной породе колонну. На полу пещеры зашевелились камешки.

— Нет! — взвизгнула Агата.— Ты должна уйти отсюда! Уходи немедленно! — Повернувшись, она схватила метлу и швырнула ее Гвен. Ее ноги оторвались от пола. Рода словно приподняло и бросило к Гвен. Он в гневе вскрикнул и попытался уклониться, но его неудержимо несло к метле. В итоге он ударился о метлу, ухватился за ее ручку. Метла спружинила и понесла Рода и Гвен к выходу, и… они ударились о невидимую стену, которая подалась, замедлила их полет, остановила и отбросила к Агате. Они ударились друг о дружку и шмякнулись на каменный пол.

— Вы бы уж как-то определились, что ли! — выругался Род, встав на ноги и потирая ушибленные места.— Или вы хотите, чтобы мы ушли, или не…— Он умолк, глядя на лицо старухи. А она не спускала глаз со входа в свое жилище. Род сдвинул брови, обернулся…

Воздух в отверстии входа подрагивал и колебался.

Лицо старухи колдуньи потемнело от злости.

— Гарольд! Уходи! Уйди сейчас же! Дай им уйти!

Колеблющийся воздух стал подобен мареву в жаркий летний день.

Огромный валун возле входа закачался.

— Нет, Гарольд! — вскричала Агата,— Не надо! Столько крови уже пролито!