Юлиана Суренова - По ту сторону гор

Если странников встретил опустившийся пьяница, с трудом стоявший на ногах, то навстречу ведьме вышел крепкий дородный мужик, который если и пил, то знал меру.

— Я это, я, Дормидонтушка, — ведьма стояла, одной рукой опираясь на свою метлу, вторую заложив за спину, держась за поясницу, словно старуха, страдавшая от ревматизма. — Кого еще может ветер носить?

Трактирщик признал ее, протянул, успокоено:

— А-а… — однако миг спустя уже ворчал: — Ветер с недавних пор носит многих. Вон недавно занес упырей.

— Ой, — всплеснула руками старуха, выпустив метлу, которая, однако, не воспользовалась внезапной свободой, чтобы улететь или рухнуть палкой на землю, а осталась стоять столбом на своем месте, — а тебе-то от того какая печаль? Прежде ты их очень даже уважал. Помнится, наливку пили вместе. Вернее, — старуха хихикнула, — ты наливку, а они — свою настойку.

— Во-во! Я — одно, они — другое. Не по-товарищески это. А главное, чуть что, они — раз — и упорхнули в ночь. Мне же — шишки собирать.

— Да, — ведьма вздохнула, взглянула на собеседника с долей сочувствия. — Жена твоя — баба вздорная.

— А как людишки у нее младенчика отобрали — вообще с цепи сорвалась. Замучила: подавай ей дитя, и все тут… Слушай, — когда, спустя мгновение молчания, он заговорил вновь, в его голосе звучала мольба. — Может, подсобишь, а? Небом и землей молю, пошли своих гусей-лебедей, пусть найдут ребеночка, оставленного дурной мамкой без присмотра. Ты ж знаешь, мы с жинкой ему хорошими родителями будем.

— А толку-то? Люди отыщут ведь пропажу и снова заберут. Вам не ребенка красть нужно, а новых хозяев в трактир приваживать. Чтоб это была пара помоложе. А будет им здесь уютно, и детишки пойдут.

— Да, по-домовитому это, правильно, стало быть. Только, — он почесал затылок, — где ж их взять, рискнувших поселиться вне городских стен, да еще по эту сторону дороги? Здесь ведь для смертных небезопасно.

— А вы на что? Иль не защитите?

— Своих-то? Конечно, защитим! Только как же им это объяснишь? Ну, что дом непростой, что у него защита надежная есть, и от разбойников, и от нечистой силы? Вон, даже ты войти не спешишь.

— И не войду без приглашения. С одним тобой, домовой, еще бы поспорила, но с кикиморой ругаться — нет, она мне уже одну метлу сломала, так я потом полночи и цельный день домой тащилась, все ноги стерла. Так что…

— Да и вот еще… — он тяжело вздохнул, крякнул, вновь почесал затылок. — Тут какое дело… Прежних ведь хозяев мы сами выгнали.

— А что так?

— Только не говори, что не слышала.

— Бабские склоки?

— Ну да. Две стервы сцепились, а нормальным мужикам пришлось расхлебывать… — он опять вздохнул. — И ведь, главное, достала меня моя, так я со злости не только трактирщика с его старухой выгнал, но еще и дом на весь свет ославил. Теперь все считают, что это — дурное место, куда людям лучше нос не совать.

— Ну, разбойники порой заглядывают.

— Разбойники? — домовой презрительно скривился. — А толку от них? К мирной жизни не приспособлены. Даже если решат зажить спокойно, рано или поздно все равно сорвутся. А мне нужно чтоб наверняка. И лучше — не на одно поколение.

— За этим мальчишек заманил? — кивнув на чердак, проговорила старуха.

— Я их не манил, — ее собеседник бросил взгляд через плечо, но столь быстрый, что Аль-ми его не смог понять, что в нем было, угроза или простая проверка. — Сами пришли.

— И ты решил: судьба. Хоть один да останется. А там — дело молодое — и жинку приведет?

— А что? Люди они смелые. Моя им про упырей сразу все выложила. Проверяла, значит. Они же ничего, струхнули, конечно, малость, но на ночь остались.

— Один спит, как младенец, второй — вон, у оконца маячит.

Услышав эти слова ведьмы, юноша резко отпрянул назад, стремясь спрятаться в тень, затаится, но уже через мгновение, устыдившись своего страха, вернулся назад.

Возможно, как раз в этот миг домовой оглядывался назад. Во всяком случае, когда Аль вернулся, он уже со спокойным видом продолжал:

— А и пусть слушает. Может, так лучше. Это вы, лесные существа — твари скрытные. Я же люблю ясность. Пусть все будет на чистоту. Люди они явно не местные, раз про трактир ничего не знают. Так что ж, будет им и крыша над головой, и дело хлебное. А там… Вся жизнь впереди.

— Но их жизнь пройдет не в твоем трактире… Хотя, — она задумчиво глянула на чердак, — может, из этого что и получится.

— Ты думаешь? — домовой тотчас насторожился. Его глаза радостно сверкнули. — Слушай, ты ведь из-за них пожаловала, верно? А может, ты их и привела сюда?

Старуха потерла нос.

— Мне бы этого очень хотелось.

— Так может…

— И не пытайся. Без толку. У этих двоих есть своя судьба. И с нею не поспоришь.

— Как скажешь. Только, если так, что может получиться?

— С ними был третий.

— Он останется? — домовой весь собрался, целиком уходя в слух.

Но ведьма лишь лукаво улыбнулась в ответ, а затем повернулась, приладилась к вмиг ожившей, поднявшись над землей, метле, собираясь улетать.

— Постой, — остановил ее хмурый голос домового. — Прежде, чем исчезать, скажи: зачем приходила?

— А хоть бы просто так, повидаться решила, — хохотнула та.

— Ты, старая, просто так даже палец о палец не ударишь, не то что полночи на метле по небу лететь. Давай, выкладывай. Какие пути запутывала?

— Да скорее распутать пыталась. Они ведь, твои гости, умудрились мне камень-перепутник всучить.

— Откуда он у них? — домовой искренне удивился. — Кажись, обычные смертные.

— А так от меня же. Я хотела их на месте удержать, да не помог камешек. Ко мне вернулся.

— Во дают! — в голосе мужика зазвучало не скрываемое уважение. — Обвести тебя вокруг пальца — это надо уметь!

— Умение тут ни при чем. Скорее уж везение.

— И что же, выходит, ты теперь вокруг этих мальчишек должна будешь кружить, пока они тебя не отпустят?

— Ну, это ненадолго. С их-то умением попадать в беду. Вот прямо завтра и откуплюсь.

— Завтра? — в голосе домового послышалось удивление. — А что случится завтра? Они, вроде, от меня уходить не собирались. За неделю вперед расплатились. Если же ты имеешь в виду, что для того, чтобы попасть в беду, им и уходить не надо, то ошибаешься. Плату мы с женой взяли, стало быть, они гости, а о гостях заботятся. Таков закон.

— Ну что ты все заладил: закон, правило… — ведьма небрежно махнула рукой. — Вы, вечерники, слишком много смысла придаете пустякам!

— Закон — не пустяк! — недовольно рыкнул домовой. — На нем мир держится! Так говорят наши хозяева!