Майк Эшли - Реально смешное фэнтези

— Билл, слушай! Ты можешь снять приборами… показания… ну, ты знаешь. Можешь определить, есть ли под землей что-нибудь необычное? Например, большие пустоты?

— Я определил большую пустоту, и она не под землей. Может, завтра зайдешь, а, Чарли? Я не один, понимаешь? — Билл попробовал улыбнуться и подмигнуть одновременно, отчего стал похож на человека, которого одолевают почечные колики.

— Билл, ты должен снять эти показания! Можешь сделать одну проверку? Я помню, ты об этом рассказывал. Пойми… ик… друг! Это важно! Подумай о телефонной компании!

— Не стану. Мне счета два дня назад пришли. А теперь, Чарли, будь другом, отвали. Подождешь до понедельника. Говорю же — я не один!

Чарли был в отчаянии:

— Ты только скажи — ты можешь снять такие показания?

— Ты имеешь в виду тест грунта, тот, что я делал для Управления Метрополитена?

— Да! Этот!

Чарли нервно приплясывал у двери в квартиру Билла, и эта пляска не вызывала у хозяина одобрения.

— Ты должен сделать для меня этот тест!

— Снять показания сейчас? Ты пьян!

— Конечно нет!

— Тогда почему тебя так клонит влево?

— Я всегда был либералом. Слушай, ты знаешь станцию, которую планируют построить для линии Бронкс-Манхэттен? На перекрестке Шестой и Шестнадцатой?

— Слышал о ней. Но это относится скорее к твоей работе, чем к моей.

— Это неверно. Ты должен съездить туда и снять показания. Сегодня, сейчас. Я… у меня есть основания утверждать, что там нестабильный грунт.

— Ты с ума сошел. В Манхэттене нет нестабильных мест, если не считать забегаловок в Гринвич-Виллидж. Там практически сплошной гранит. Кстати, ты хоть представляешь, который сейчас час? — Билл демонстративно посмотрел на часы. — Господи, уже половина девятого!

Этот грубый намек произвел обратное ожидаемому впечатление на Чарли.

— О господи! — эхом отозвался он и поднес к носу собственные часы. — Половина девятого! Нам надо спешить! Времени только до двенадцати!

— Мне кажется — у тебя его еще меньше, — заметил Билл.

— У кого? — поинтересовался мелодичный голосок из-за двери.

— Кто это? — спросил Чарли, пытаясь заглянуть за спину друга.

— Телевизор. А теперь послушай, иди домой, и я сделаю все, что ты просишь. В понедельник, лады? Пожалуйста.

— Не говори ерунды, Билл, — произнес мелодичный голосок. Дверь открылась шире, и за спиной Билла появилась девушка в обтягивающих брючках и свитере. — Почему ты не пригласишь друга войти? Чарли, если я не ошибаюсь?

— До сих пор был им, — ответил Чарли.

— Действительно, сам не пойму — почему, — сказал Билл голосом, которым можно было бы дубить кожу. Он открыл дверь шире, и Чарли проскользнул в квартиру.

— Привет, меня зовут Абигейл, — проворковала девушка.

— Абигейл? — изумился Чарли.

— Абигейл, — подтвердил Билл и кивнул.

— А меня зовут Чарли.

— Я знаю.

— Знаете? Мы встречались?

— Давай ближе к делу, — сказал Билл.

— Абигейл, вы должны мне помочь. Я нуждаюсь в неисчерпаемых научных знаниях Билла. Он должен принять участие в предприятии, от которого зависит безопасность Нью-Йорка! — Глаза у Абигейл расширились, а у Билла стали убийственными, как пули дум-дум.

— У меня есть основания полагать, — заговорщицки продолжал Чарли, — что грунт под Шестой авеню и Шестнадцатой стрит нестабилен. Если это не будет подтверждено сегодня вечером, многие жизни будут в опасности! Черт, я должен подкрепить свои предположения фактами.

— Не чертыхайся. Господи, это просто фантастика! Изумительно, правда, Билл?

— Еще как, — ответил Билл. В эту минуту он был готов изумить ее еще больше, придушив своего друга прямо перед ее изумленными глазами.

Чарли начал рыскать по комнате, стреляя по сторонам своими окулярами.

— Ну же, Билл, не стой на месте! Мы должны собрать твое снаряжение. Прямо сейчас. Ты согласна, Абигейл?

— О да. Билл, поторопись, сделаем это!

— Хорошо, — сквозь зубы прошипел Билл, — сейчас, только возьму шляпу и плащ. — Он посмотрел на приятеля. — На улице дождь?

Чарли стоял на карачках и заглядывал под диван.

— Дождь? Не мели чепухи! Конечно, никакого дождя нет. С чего ты взял, что на улице дождь?

— Проехали, — сказал Билл. — Сам не знаю, что это мне взбрело в голову.

Перекресток Шестой авеню и Шестнадцатой стрит — не самое людное место в городе, даже в субботний вечер. Особенно после того, как его забаррикадировали строительной техникой. С другой стороны, темным переулком его тоже назвать было нельзя. Пьянчужки, комфортно пристроившиеся в своих излюбленных уголках, не представляли опасности. Но там было достаточно пешеходов, чтобы их присутствие нервировало Чарли и заставило переживать за выполнение его важной миссии.

— Почему бы нам не пройти там? — спросил он, указывая на скопление экскаваторов.

— Потому что стройплощадка окружена трехметровым забором с колючей проволокой по верху, с тройной сигнализацией на воротах и охраняется злыми клыкастыми псинами, вот почему.

— А-а, — сказал Чарли.

— А ты не можешь сделать все, что надо, прямо здесь? — поинтересовалась Абигейл.

— Ага, ты ведь не собираешься делать слишком большой взрыв, правда? — брякнул Чарли.

Надо сказать — Чарли действительно худо-бедно, но соображал. Действие таблеток ослабло, и он начал говорить громче обычного.

Слово «взрыв» возымело действие на прогуливающиеся парочки, и они шарахнулись на противоположную сторону улицы, освободив довольно приличное пространство.

— Вздумалось орать, — прошипел Билл, — забудь про взрывы! Хочешь, чтобы нас арестовали? — Он отвернулся и осмотрел дощатый забор, который отгораживал пустырь у них за спиной. — В этом заборе наверняка есть какая-нибудь калитка или расшатанная доска. Мне всего-то надо установить там крохотный капсюль. Получишь самые сжатые данные — и дело с концом!

Они отыскали лазейку в заборе. Пока Чарли и Билл прикрывали Абигейл со стороны улицы, она проскользнула за расшатанную доску. За ней последовал Чарли, потом Билл просунул в щель свой чемоданчик с комплектом инструментов и пролез за забор сам. Они стояли на небольшом пустыре.

— О-о! Это так возбуждает! — прошептала Абигейл.

— Одна из самых волнующих ночей в моей жизни, — проворчал Билл. Он затосковал с тех пор, как понял, что единственный способ избавиться от приятеля, не считая убийства, — это принять участие в его идиотской затее.

— Только приготовьтесь смотаться отсюда по-быстрому, ладно? Мне совсем не хочется объяснять какому-нибудь нью-йоркскому копу, что я в девять часов вечера в субботу произвожу на пустыре сейсмические тесты.