Джин Вулф - Чародей

— Да, ваше высочество. Лучше, чем вы думаете.

— Вы не желаете моему брату зла?

— Я хочу лишь передать послание от того, кто отправил меня к нему, ваше высочество.

— От?…

— Обитателя Эльфриса, ваше высочество.

Она долго молчала, вглядываясь мне в лицо.

— Вы согласны передать послание в моем присутствии?

— Когда мы с его величеством станем лицом к лицу, я знаю, послание всплывет в моей памяти, и я произнесу нужные слова, какими бы они ни оказались. Едва ли присутствие посторонних лиц — даже вас, ваше высочество, — на что-нибудь при этом повлияет.

— В таком случае я должна присутствовать при вашей встрече. Вот единственное, что я могу для вас сделать: я попрошу брата о милости, если вы хотите.

— Очень хочу, ваше высочество, — сказал я.

Моркана потрясла головой:

— Нет, я не стану просить брата принять вас. Выслушайте меня. Я попрошу позволения назвать имя одного из рыцарей, достойного чести отобедать с нами завтра. Я сделаю это в присутствии королевы, и насколько я ее знаю, она тоже попросит позволения назвать имя такого рыцаря. Если мой брат удовлетворит мою просьбу, он не сможет отказать своей супруге, не поставив себя в неловкое положение. Вы носите на шлеме шарф королевы — значит, она наверняка назовет вас. Моему брату придется принять вас и разговаривать с вами любезно, хотя он не скажет ни единого слова правды. Мне сделать это?

— Да, умоляю вас, ваше высочество. Я буду навеки вам обязан.

— Весь гнев моего брата обрушится на королеву. — Моркана рассмеялась. — Вы это понимаете?

— Я постараюсь отвлечь его на себя.

На следующий день я участвовал в трех рыцарских поединках. После третьего мы с Вистаном ждали приглашения на обед от короля Арнтора, но такового не поступило. После захода солнца я послал Вистана к граф-маршалу с просьбой принять меня. Моя просьба была удовлетворена, и я рассказал ему о своем разговоре с Морканой и об обещании последней похлопотать за меня перед королем.

— Я знаю. — Граф-маршал сложил ладони домиком. — Надеюсь, вы понимаете, что он не особо жалует свою сестру.

— Понимаю, милорд.

— Во время первого нашего разговора вы сказали, что не очень-то полагаетесь на дружбу ее высочества. Я счел ваши слова благоразумными. — Он ущипнул себя за кончик носа. — Вы по-прежнему хотите получить аудиенцию?

— Очень, милорд.

— Вы отличились на турнире, как я вам советовал, хотя и недостаточно.

— Я изо всех сил постараюсь преуспеть больше, милорд.

— Желаю вам удачи. Я дважды упоминал о вас в разговоре с его величеством. Кажется, я обещал вам сделать это лишь один раз? Я выполнил больше обещанного. Он не изъявил желания встретиться с вами. В ваших ли интересах ее высочество просили короля о милости?

— Мне так кажется, милорд.

Граф-маршал вздохнул:

— Я держу вас на ногах, сэр Эйбел, и вы скоро устанете. Я надеялся закончить наш разговор через минуту-другую. Присядьте. Не желаете ли глоточек вина?

Я ответил утвердительно и знаком пригласил Вистана сесть.

Граф-маршал позвонил в колокольчик.

— В милости ей было отказано, сэр Эйбел. Вы знаете?

Я помотал головой, чувствуя, как у меня все обрывается внутри.

— При дворе все только и говорят, что об этом. Ее высочество весело, но вежливо попросили брата о милости. Я предположил, как, наверное, и все свидетели сей неприятной сцены, что речь идет о какой-то пустяковой просьбе. Она получила отказ и покинула зал. Вряд ли она расскажет вам об этом. Она была унижена, вы ж понимаете.

— Понимаю, милорд.

— Он тоже поставил себя в постыдное положение. Не думайте, сэр Эйбел, что он не понимает этого. Наша королева… а что, Идн действительно теперь королева? Вы так говорили при прошлой нашей встрече.

Я пустился в объяснения, но меня прервал вошедший в комнату Пейн.

— Принеси вина, — распорядился граф-маршал. — Не этого пойла, а нашего собственного, из Брайтхиллза. Белое или красное, сэр Эйбел?

— На ваш выбор, милорд.

— Тогда белое. Думаю, рыбу горячего копчения. Осетрину и любую другую, какую найдешь. Подрумяненные хлебцы и травяное масло. Ваша королева Идн — подруга ее величества, сэр Эйбел. Вам это известно? Девушки одного возраста, знаете ли, обе много времени провели при дворе. Эти вот руки качали ее величество, когда она еще лежала в пеленках, хотите верьте, хотите нет. — Граф-маршал понизил голос. — Думаю, это одна из причин, почему лорд Бил покинул нас. Король отослал его прочь, чтобы лишить бедную Гейнор друга, я бы сказал. Я бы так сказал, но не вздумайте повторять мои слова. А Бил взялся за дело отчасти из желания увезти Идн подальше от короля. Быть другом королевы в наши дни опасно. Уж я-то знаю, ибо я ее друг. Не повторяйте никому мои слова.

Мы с Вистаном поклялись хранить молчание.

— Я друг и королю тоже, вы ж понимаете. Я бы помирил их, будь моя воля. Со временем я сделаю это, не сомневайтесь…

— Вы о чем-то подумали сейчас, милорд?

Он энергично помотал головой, отчего у него сотряслись щеки.

— Мимолетная фантазия, сэр Эйбел. Просто фантазия. — Он обратился к Вистану: — Огромный недостаток развитого ума, молодой человек. Тупость не менее ценное качество. Живой ум слишком часто заставляет нас устремляться мыслью за пределы возможного и отвлекает нас от реальности — кгхм! — причудливыми фантазиями. Сэр Эйбел учит тебя искусству фехтования?

— Да, милорд. И он говорит, что у меня замечательные способности.

— Это хорошо, очень хорошо. Постарайся освоить искусство фехтования. Но постарайся также научиться тупости. Лучшие рыцари — превосходные фехтовальщики, но люди весьма недалекие.

— В том числе и присутствующий здесь, — сказал я, ибо понимал, что граф-маршалу пришла в голову какая-то мысль, но даже примерно не догадывался, какая именно.

— Совершенно верно. Совершенно верно. Вы принесли послание, но сами не знаете какое. Превосходный пример. А почему королева?…

В этот момент вернулся Пейн с большим серебряным подносом, на котором стояли графин, чаши, тарелки и накрытые крышками блюда.

— Великолепно! Вы остановились в гостинице, сэр Эйбел?

— Да, милорд.

— Там хорошо кормят?

— Сносно, милорд, — ответил за меня Вистан.

— Надеюсь, мы что-нибудь предпримем по этому поводу. Не сегодня, но скоро. После турнира. — (Пейн поставил перед каждым из нас тарелку с чашей и положил смоченное горячей водой полотенце; пока граф-маршал говорил, он наполнил чаши вином.) — Вы не хотели бы погостить здесь, в замке? Я могу устроить вас, хотя вы можете устроиться с неменьшим удобством у одного моего друга в городе. Условия проживания там не хуже, а безопасности не в пример больше.