Павел Буркин - Вернуться из смерти

  - Разве что речников проклятых потеснить сможете, - сокрушённо вздохнул старик.

  - А что с речниками не так?

  - Да дикие они, если видят, охрана слабая, или народа мало - не могут не ограбить. Даже дань за проезд не берут, сразу всё отнимают, а людей своим богам в жертву приносят. Только вы, наверное, не к ним, а к лирцам спешите. Говорят, - старик хитренько усмехнулся. - У картиров там будет какое-то сборище.

  - Говорят, - хмыкнул Нидлир, и возница явно принял это за чистую монету. Не усомнилась бы и наивная Артси, а вот Эвинна сразу уловила фальшь. Не зря столько общалась с попами и чиновниками. - Много чего говорят, и по большей части неправду. И про лирцев порой такое рассказывают...

  Возница обиженно замолчал, он вглядывался в тёмную даль, из которой то и дело выплывали то рытвины, а порой и полыньи, то торосы. Сани скрипели, покачивались, но мчались сквозь снежную мглу всё дальше и дальше, и казалось, что они так и будут лететь сквозь вой вьюги по полузанесённой санной тропе. Не чувствуя опасности, Эвинна даже позволила себе задремать.

  Проснулась она оттого, что покачивание закончилось. Сани встали. А спереди доносились какие-то голоса.

  Замешательство в голове каравана возникло внезапно. Перекрывая завывание вьюги, впереди раздались голоса, сперва относительно спокойные, но быстро перешедшие на крик и брань. А затем... Эвинна вздрогнула, услышав знакомый звук - звон столкнувшихся клинков и почти сразу - чей-то отчаянный, тут же оборвавшийся крик. Воспоминание о войне, о которой здесь никто толком не знал, полоснуло по сердцу не хуже ножа. Эвинна сама не заметила, как плавно соскользнула с воза, одновременно вытягивая из ножен никарровый клинок.

  - Куда?! - ошалело крикнул Нидлир за спиной. Эвинна не слышала: в разноголосой брани впереди она отчётливо расслышала команду - и команда эта прозвучала по-алкски. Ненависть нахлынула обжигающей волной, заставляя тело вспоминать прежние навыки.

   Нидлир бежал сзади, проваливаясь в снег, оскальзываясь на льдинах, и все усилия уходили на то, чтобы не напороться на скрытый за снежной мутью торос и не потерять из виду сестру. Как умудрялась так быстро мчаться Артси, и притом совсем не задыхаться от бешеного бега, он не понимал. Обнажённый меч в руке нисколько не мешал девушке, будто бегать с серьёзным оружием в руках ей было не впервой. "И это - моя Артси? - с невольным трепетом думал парень. - Сейчас окажется, что она ещё и мечом владеет! Хотя... владеет точно! Как иначе она бы справилась с сыновьями старейшины?"

  Но далеко бежать не пришлось: караван, в общем, не так уж и велик. Теперь ясно, почему пришлось остановиться. Дорогу перегораживали выстроившиеся цепью всадники, нацелившие в сторону караванщиков длинные копья. Все как один могучие, в мерцающих в факельном свете кольчугах и шлемах, с покрытыми инеем бородами и меховыми плащами, наброшенными на доспехи. Они сидели на здоровенных - в северных землях лошади до таких размеров не вырастали - жеребцах. Бока и крупы коней прикрывали плотные стёганые попоны с нашитыми на них железными бляшками. Эвинна по опыту знала: прорубить такую мечом не просто. Пышные плюмажи на горшкообразных, массивных шлемах трепетали на ветру.

  В руках у всадников - длинные, толстые копья, способные пробить любую броню и вышибить рыцаря из седла, на поясах висят длинные, отменной ковки мечи - не изделия старых кузнецов, конечно, но и не убогие новоделы, в довесок к сёдлам приторочены целые арсеналы шестопёров, даг и метательных ножей, чеканы и сюрикены. Артси бы замерла в ужасе - но Эвинна лишь почувствовала, как захлёстывает старая ненависть. Даже не услышь она команд, она бы узнала главного врага. Того, по сравнению с которым гвидасские насильники - лишь мелкие пакостники.

  Удивительно, но Артси испытывала к алкам какое-то смешанное с боязливым восторгом любопытство. Воображение плясуньи захватили огромные, похожие на свирепых демонов боевые кони, одетые в железо могучие всадники, бревноподобные копья, так непохожие на небольшие борэйнские копьеца. Она не видела, на что способны эти твари, не видела ни рвов с трупами на улицах Макебал, ни ночной расправы с беглецами на болотах, ни выстрелов алкских пушек, превративших Тольфар в ад на земле...

  А вот купцы, похоже, уже прониклись, кто-то распростёрся неопрятной кучей тряпья в порозовевшем от крови снегу, мохнатым комком рядом с человеком лёг прошитый стрелой крупный пёс. Остальные боязливо сгрудились перед передними санями, а рыцари неторопливо охватывали их полукругом. Их огромным коням глубокий снег был нипочём.

  Сквозь толпу протиснулся Клодомир. Купец выглядел взбешённым, но стоило взглянуть на рыцарей, как вся ярость куда-то делась. Он был умным человеком, этот лирец, и сразу же понял: почти сотня крепких мужчин, купцов, привычным и к дорожным тяготам, и к схваткам с дикарями и разбойниками против этих всадников - что малые дети. Не помогут и два десятка отчаянных головорезов, изгнанных из своих родов по всему Северу, и нанятые в качестве охраны. Ага, вот и они всё поняли правильно...

  И всё-таки трусом Клодомир не был, трус никогда бы не смог торговать в этих краях. Он нашёл в себе силы выйти из толпы.

  - По какому праву вы задерживаете честных торговцев? - спросил он, изо всех сил стараясь придать голосу твёрдость. - Почему вы убили моего раба и пса, почему наставили на нас оружие? По нашим законам тому, кто это сделал...

  - Плевал я на ваши законы, - хрипло рассмеялся один из рыцарей - судя по всему, их командир. - Здесь нет других законов, кроме закона короля Борэйнского, а для меня - закона короля Амори, что владычествует на суше и на море. Сейчас вы сдадите нам оружие, и пешим порядком пойдёте с нами. Повозки с вашим добром будут конфискованы за нарушение указа. Кто не подчинится - умрёт!

  Будто читая мысли, Эвинна видела: внутренне купец кипит. Но вот внешне...

  - Что ж, мы готовы повернуть назад. Но повозки и товар, что в них - наш по закону, и...

  - Тут ничего нет вашего, вы сами принадлежите королю, - расхохотался предводитель рыцарей. - Разве что ваши презренные жизни вам без надобности. Собирай всех людей, если ты тут главный - и идите с нами. Любой, кто попробует сбежать, будет убит на месте. Кстати... Среди вас есть сколенцы, картиры, либо гвидассы?

  По толпе пронёсся ветер замешательства. Ну, ладно, картиры или гвидассы - последние хоть и домоседы, но тоже могут податься на дорогу. Но откуда тут, в сотнях миль от бывших имперских земель, могут быть сколенцы?

  - Это беззаконие, - ещё пытался качать права Клодомир. - Неужели и Боги для тебя ничто?