Мария Чернокрылая - Эта безумная, безумная семья

Попросив Сергея подождать меня, я якобы удалилась в дамскую комнату, а на самом деле подстерегла эту… aethúsa* и прижала к стенке. Да, может, я и ниже ее, когда она на каблуках, но силы и сноровки у меня было больше. Схватив ее за горло и заставив подняться на цыпочки, заглянула в ее глаза снизу-вверх с тихой яростью и спросила едва слышно:

— Зачем ты это сделала? Зачем тебе мальчик?!

В ее глазах мелькнул ужас, она хотела закричать и позвать на помощь, но не могла. Единственное, что ей удалось сделать — это сдавленно выдавить из себя:

— П-просто… так…

И я отпустила ее, поняв, что была совершенно права, когда говорила, что она не стоит моих стараний. Напоследок кинув презрительный взгляд на Стэллу, которая пыталась отдышаться, ушла с той площадки. И мне было все равно, захочет она потом мне за такое обращение отомстить или нет, подаст ли она на меня снова в суд или забудет. Больше иметь с ней дел я не собиралась. Надеюсь, до нее это дойдет…

Распрощавшись с Варгой, который благодушно согласился потребовать желания как-нибудь потом, мы с Сергеем отправились туда, куда мне хотелось в тот момент больше всего. Нет, не домой. За Лешей.

Пока мы ехали, я с удивлением заметила через окно маршрутки, что в город таки пришла весна. Шла четвертая неделя марта, а я только сейчас обратила на это внимание. Все как-то времени не было. Впрочем, все это уже позади. Глянув украдкой на Сергея, я мысленно исправила — почти все. Оборотни от меня никуда не девались, даже несмотря на присутствие Вожака в городе. Что уж говорить о самом Вожаке. А вот одного вампира видно не было… и я никак не могла к этому привыкнуть. Порой он мне даже снился.

Ох, сны мои… Это вообще отдельный разговор. Не знаю, что сказалось на них, но порой было страшно засыпать. И не потому, что снились кошмары, хотя они тоже иногда заглядывали. Просто во сне являлась такая психоделика, что иногда я просыпалась и не могла понять, где я и кто я. Порой мне снились не то оборотни, не то волки, а иногда кто-нибудь из семьи, и обычно все они являлись в каких-нибудь странных ситуациях, которых не может быть в реальности. Например, в одном из моих снов обнаружилось, что моя младшая сестра на самом деле кентавр, а до этого успешно притворялась человеком. Но самый страшный и частый сон, который меня посещал — как Лион становится Сергеем или наоборот. Порой меня даже в реальности мучит вопрос — а не мог ли мой знакомый вампир притвориться оборотнем, чтобы… чтобы что? Понравится мне? И на этой мысли я осекалась и ругала себя за слишком больную фантазию.

Так вот. Весна. Начал таять снег, обнажая грязь, мусор и прочие "радости" большого города. На улице расползалась слякоть, которая ночью замерзала льдом так, что утром можно было устраивать соревнования среди конькобежцев. Все это я замечала отстранено, под нос иногда ругаясь на самых разных духов. Но только сейчас мои глаза увидели, какое волшебное небо над головой. Весеннее, приветливое, почти теплое. И в воздухе пахнет скорейшим потеплением. И все вокруг неожиданно показалось таким волшебным, живым, словно весь мир вместе со мной сбросил с плеч тяжкий груз и теперь только выжидал момента, чтобы ожить полностью, чтобы радоваться и ликовать. Просто фантастика!

— Серый, ты это видишь? — заворожено прошептала я, не сводя взгляда с неба. Оборотень, который успел немного задремать, открыл глаза и тоже посмотрел. Улыбнувшись, он так же тихо отозвался:

— Вижу. И видел. Если бы ты пошла в это полнолуние с нами, ты бы тоже заметила.

Состроив в ответ нарочито грустную мордашку, я с детской обидной заявила:

— Ну ты же отказался меня покатать, вот я и не пошла…

— А кто бы согласился, если бы к нему обратились со словами: "Покатай меня, большая черепаха"? Ты вообще, откуда это взяла? Не говори, что сама придумала, а то мне будет страшно.

Я тихо засмеялась, прижавшись лбом к его плечу.

— Конечно, не сама. В мультике одном видела.

— И с каких пор ты смотришь мультики? — с любопытством поинтересовался Сергей, ласково прикусив мое ушко, раз уж оно оказалось в такой соблазнительной близости.

— С тех самых, как кое-кто будит ни свет ни заря с требованиями завтрака, а потом на весь день уходит по таинственным делам, оставляя меня в гордом одиночестве мучаться бессонницей… Ай! — Я подняла возмущенный взгляд на Волка. — Ты чего щепаешься?

— Всего лишь чтобы предотвратить наглую клевету. Когда это я тебя будил? Сама просыпаешься, а потом любезно готовишь завтрак нам обоим.

— А почему я, заядлая сова, просыпаюсь так рано, ты никогда не задумывался? Все оттого, что мне без тебя холодно, да-да. Так что, ты причина моих ранних пробуждений.

— Так, может, мне, вместо себя, грелку подкладывать?

Для порядка ненадолго задумавшись, я философски заявила:

— Думаю, если ты найдешь грелку, которая будет обнимать меня точно так же, как ты, ты меня будешь к ней ревновать…

Сергей рассмеялся негромко и, наклонившись к моему уху, горячо прошептал, нагло перетягивая меня к себе на колени:

— Конечно, буду. Так что придется тебе довольствоваться мной в качестве грелки…

Я украдкой улыбнулась, не возражая и обняв Серого за шею. Мы оба чувствовали, как на нас украдкой поглядывают остальные пассажиры маршрутки, но все это было неважно. Ничто не имело значения, кроме его взгляда и улыбки, и чувства, как щемит сердце от нежности, благодарности и… какой-то едва уловимой грусти, на которую я уже привыкла не обращать никакого внимания. Просто решила, что, раз не могу понять причину, то это и неважно.

Не отводя взгляда от любимых серых глаз, едва слышно прошептала:

— Спасибо, что был сегодня рядом. Сегодня и все эти дни. Ты был мне так нужен…

Сергей улыбнулся в ответ, взглядом отвечая мне, что он всегда будет рядом, и поцеловал, отвлекая от всех мыслей, делясь нежностью и любовью. Совершенно другой поцелуй, чем те, к которым я привыкла. Но такой сладкий, что я просто таяла, отвечая и улыбаясь про себя.

А память-предательница, вопреки моему желанию, нарисовала совершенно другую картину, эпизод из давно минувших дней. Озорная улыбка и ласковый взгляд глаз цвета молочного шоколада, в которых плясали добрые смешинки, и наигранно вредный вопрос, который вызвал во мне лишь облегченный смех и такую же наигранную обиду. "А теперь уже не нужен?.."

Маршрутка остановилась, и я оглянулась, возвращаясь в реальность. Изучив местность, неуверенно прошептала:

— Кажется, приехали…

Сергей, тоже оглянувшись, согласно кивнул. Переглянувшись, мы поспешили сойти с маршрутки. Оставив все мысли в машине, я жадно осмотрелась, пытаясь найти знакомый дом, который я видела всего однажды. Моя память этой информации выдавать не захотела, зато Волк уверенно повел меня по улице, приобняв за талию. Мне хотелось бежать, как Ворону тогда, к сестре, но Серый меня не пускал, уговаривая не пугать своим диким видом Радогора — он, мол, и так в возрасте, для него такие волнения чревато. Я лишь отмахивалась, мечтая поскорей увидеть сына. Как же я соскучилась!