Энн Бишоп - Королева Тьмы

— Какая игра на сей раз? — тихо спросил тот, а затем содрогнулся, когда пальцы Деймона поднялись по шее и ласково коснулись подбородка.

— Все довольно просто, — мурлыкнул Деймон, ласково проведя указательным пальцем по нижней губе брата. — Ты умрешь, а я буду править. — Он посмотрел в глаза эйрианцу и улыбнулся. — Ты знаешь, каково это — блуждать по Искаженному Королевству, а, Заноза? У тебя есть хоть какое-то представление? Я провел восемь лет в сплошных мучениях — и только из-за тебя.

— Ты простил долг, — тихо зарычал Люцивар. — Я дал тебе шанс все уладить и взыскать его, но ты предпочел простить.

Рука Деймона тихонько легла на шею эйрианца. Он склонился ближе и замер, практически касаясь губ Люцивара своими.

— Ты что, в самом деле решил, будто я смогу простить тебя?

Из дальней хижины донесся детский крик, исполненный муки.

Деймон отступил. Улыбнулся. Засунул руки в карманы брюк.

— Ты заплатишь мне за эти годы, Заноза, — мягко произнес Садист. — И заплатишь высокую цену.

Сердце Люцивара бешено забилось в груди, когда Деймон скользящей походкой направился к хижине, где держали Мэриан и Деймонара.

— Ублюдок? Ублюдок, постой! Это ведь я должен тебе! Ты не можешь… Деймон? Деймон!

Садист вошел в хижину. Через мгновение оттуда поспешно выбежал охранник.

— ДЕЙМОН!!!

Через несколько минут Люцивар услышал истошные крики своего сына.

Доротея сжала кулаки:

— Говорю тебе, это какой-то трюк, это ловушка. Я знаю Сади.

— Уверена?! — рявкнула Геката.

«Полагаю, было бы правильнее сказать, что я — мужчина, которым мог бы быть мой отец, если бы у него действительно были яйца».

О да, она почувствовала безжалостность, амбициозность, жестокую сексуальность Деймона Сади. Это немного напугало ее. И гораздо больше возбудило.

— Он никогда не стремился использовать свою силу, чтобы обрести власть. Он сопротивлялся всем моим попыткам заставить его сделать это.

— Потому что ты неправильно с ним обращалась! — рыкнула Геката. — Если бы ты души в нем не чаяла и нянчилась так же, как со своим жалким подобием сына…

— Ты же сама считала весьма забавным, что я играю в эти игры с отродьем Повелителя! Ты говорила, что это сделает из него настоящего мужчину!

Так и вышло. Рука Доротеи взрастила и отточила жестокость Сади, породила в нем жажду извращенных удовольствий. Это Геката тоже почувствовала. Она сразу же поняла, что будет нелегко преодолеть глубоко укоренившуюся ненависть Доротеи к своей старой игрушке. Что ж, нельзя допустить, чтобы капризы этой суки помешали ее амбициям. Кроме того, Доротея стала слишком дерзкой, своевольной и ненадежной… Ей в любом случае пришлось бы уничтожить сучку после войны.

— Говорю тебе, он что-то замышляет! — стояла на своем Верховная Жрица Хейлля. — А ты позволила ему свободно бродить по лагерю! Кто знает, чем он сейчас занимается…

— А что мне оставалось делать?! — рявкнула в ответ Геката. — Мы не можем им управлять, а значит, не способны выставить свои силы против Черного и победить!

— У нас есть метод воздействия на него, — сквозь стиснутые зубы процедила Доротея.

Геката мерзко, злорадно расхохоталась.

— Какой, если не секрет? Если он действительно уничтожил Андульвара, Протвара и Мефиса, то вряд ли начнет хныкать, сжимаясь в комочек только потому, что кишки Сэйтана оказались на земле.

— Ты выбрала не того человека и принялась угрожать не тем, — раздраженно бросила Доротея, взмахнув руками. — Может, ему и глубоко плевать на Сэйтана, но он всегда подавал назад, как только речь заходила о Люциваре. Эйрианец всегда был единственной цепью, на которой можно удержать Сади. Если бы ты пригрозила… — Она замолчала, принюхиваясь, взглянула на дверь и с беспокойством спросила: — Что это за запах?

— Да, что это за запах? — пробормотала Сюрреаль. Давно миновала полночь. Неужели охранники решили поджарить мясо на завтра? Возможно, однако она не могла даже представить себе, что кто-то пожелает съесть это смердящее нечто. Омерзительно. — Ты чувствуешь? — спросила она, обернувшись к Сэйтану. Ей очень не понравилось увиденное. Очень. С того самого мгновения, как Деймон впервые вышел из лагеря, Повелитель только смотрел в одну точку перед собой. Бессмысленным взглядом. — Дядя Сэйтан?

Он медленно повернул голову. Его глаза сфокусировались на девушке — очень медленно.

Убедившись, что охранников поблизости не наблюдается, Сюрреаль наклонилась к нему, насколько позволяла цепь.

— Дядя Сэйтан, сейчас не самое подходящее время, чтобы уходить в себя. Нам нужно придумать, как отсюда выбраться.

— Мне очень жаль, что ты оказалась здесь, Сюрреаль, — произнес он усталым, бесцветным голосом. — Правда, мне очень жаль.

«Мне тоже», — подумала девушка.

— У Люцивара хватит физической силы, я и сама отнюдь не беспомощна в бою, но только у тебя достаточно опыта, чтобы составить план, который поможет нам использовать эти преимущества наилучшим образом.

Повелитель Ада только посмотрел на нее. Улыбка, изогнувшая его губы, была исполнена мягкой горечи.

— Милая… Я слишком постарел за последние два дня.

Она и сама видела это и сейчас испугалась. Без него… Сюрреаль не была уверена, что возможно выбраться отсюда без поддержки Повелителя.

Услышав, как поодаль открылась дверь, наемная убийца из последних сил выпрямилась и отвела взгляд от Сэйтана.

— Огни Ада, — раздраженно произнесла Доротея. — Чем здесь воняет?! — Она встала между столбами, к которым были прикованы Сэйтан и Сюрреаль.

Наемная убийца скрипнула зубами. Она носила Серый Камень, Доротея — Красный. Будет несложно незаметно проскользнуть под ее внутренние барьеры и сплести смертельное заклинание — что-нибудь очень неприятное, чтобы, когда оно сработает, вопли и переполох дали им шанс удрать.

Она начала осторожно, чтобы никто ничего не почувствовал, спускаться в бездну, однако, прежде чем девушка успела дотянуться до силы Серого, открылась еще одна дверь.

Мерзкая вонь усилилась, вызвав рвотный рефлекс.

Деймон Сади вышел из дальней хижины, засунув руки в карманы брюк. Он подошел к центру освещенной зоны, не глядя ни на кого из собравшихся. Его мерцающие янтарем глаза пристально смотрели только на Люцивара. Тот, в свою очередь, не сводил напряженного взгляда с Садиста.

Никто не осмелился пошевелиться.

Наконец Деймон бросил взгляд в сторону хижины и любезно произнес:

— Мэриан, дорогая моя, выйди и покажи своему глупому муженьку, какова цена за те годы, которые я провел в Искаженном Королевстве.