Анатолий Махавкин - Леди Зима (СИ)

Джонрако только презрительно ухмыльнулся, но и сам задумался: нет ли частицы истины в произнесённых словах? Если ледяная тварь появилась до их прихода, то морское чудище определённо действовало в интересах команды и помогло избежать лютой смерти.

— Ты и сам знаешь, — сказал мореход с кривой ухмылкой, — Сколько в твоих словах правды, а сколько — попытки оправдать собственную жестокость Такие же, как ты, поборники законности, истязали моего отца до смерти.

— Ты сравниваешь меня с палачами Трибунала?! — голос Джаббы начал звенеть, — Очень несправедливо!

— Так ты ещё и посвящён в секреты моей семьи, — Джонрако покивал, словно убедился в неких подозрениях, — Нисколько не удивлён. Вы, палачи Магистра, часто делитесь информацией.

— Я — простой солдат, — Джинсерхуа покачал головой, — Если мне приходится выполнять неприятные приказы, это не значит, что я их одобряю. Но приказы не подлежат обсуждению.

— А если тебе прикажут убить ребёнка?! — выкрикнула Шания в лицо гвардейцу, — Видала я таких, как ты. Они тоже говорили, что им неприятно исполнять приказы Острия и делают так, опасаясь за свою жизнь. И мучили, насиловали, убивали. Детей, стариков, женщин!

— Это — преступники, — проворчал пленник, — Мы их ловим и закрываем в тюрьмах. Казним, в конце концов.

— Одни убийцы казнят других, — девушка покачала головой, — Вы ничуть не лучше тех, кого ловите.

— Вы тоже хороши, — упрямо выдохнул Джабба, цепляясь за единственную мысль, которая давала надежду оправдаться, если не перед другими, то, хотя бы, перед самим собой, — Нормальный человек не стал бы науськивать на моих солдат тех туманных тварей или могильного слизняка! Ваше чародейство — чёрное, поэтому не стоит нас обвинять в излишней жёсткости.

— Туманные твари? — изумился Джонрако. — И могильная дрянь? Ну ты и наглец, приятель! Да всю эту мерзость послал твой собственный хозяин, проглоти меня акула! Ловко ты переворачиваешь лодку на другую сторону.

— Ложь, — сплюнул Джабба, но в его голосе отсутствовала даже тень уверенности. Внезапно гвардеец вспомнил, про кубик, растворившийся в воздухе. Для чего был нужен этот предмет? Не он ли сам вызвал кошмар, который уничтожил его людей? А если, действительно, и туманные твари, и ледяной монстр — посланцы Магистра? Как жить с этой мыслью?

— Ложь, всё ложь! — бормотал Джинсерхуа, не уверенный более ни в чём.

— Ты сам принял в себя эту ложь, — тихо сказала Шания и присела рядом с пленником, — И она направляла твой путь во мрак. Освободись ото лжи, стань свободным и ты увидишь свет истины.

Джонрако с огромным изумлением слушал свою пассажирку. Вроде бы, он уже успел хорошо узнать девушку, пережил с ней многие опасные ситуации, однако такую, с лицом, сияющим волшебным светом, видел первый раз. Казалось, перед ним не женщина, из плоти и крови, а некий дух, явившийся, чтобы помочь заблудшей душе. Пленник выглядел зачарованным, вбирая сияние, исходящее от Шании и только Ива кивал головой, словно происходило нечто, давно им ожидаемое.

— Я…Я подумаю, — запинаясь произнёс Джабба, выглядевший так, словно окончательно утратил связь с реальным миром, — Спасибо, за совет.

— Спасибом хвост не согреешь, — проворчал Иварод и сладко зевнул. Однако собака насторожилась и повела носом, — Странный какой-то запах. Словно падалью несёт.

Джонрако только хотел сказать, что ничего не ощущает, как его ноздрей коснулся сладковатый аромат разложения. Вроде бы смрад доносился из-за борта.

— Что-то в лесу сдохло, — буркнул капитан, — Дьявол, опять эта чёрная полоса! Нет, там точно сидит какая-то гадость и выжидает случая полакомиться человечинкой.

И действительно, тёмная полоса воды, свободной от ила, бугрилась волнами, точно некое существо плыло у самого дна реки. Движимый внезапной мыслью, Собболи перешёл к другому борту и обнаружил ещё несколько похожих чёрных полос. Смрад гнили с этой стороны оказался ещё сильнее. Кроме того, Джонрако заметил, что пернатая братия спешно перебирается к самым верхушкам деревьев, а в их криках звучит неприкрытый испуг. Да и прочие животные, мелькавшие прежде на берегу, напрочь исчезли.

Точно чёрная туча, мало-помалу, наползала на окрестности и только люди, не ощущали странной угрозы. Матросы приводили оружие в боевую готовность и первым с ружьём, как и следовало ожидать, справился Фаленни. Он щёлкнул затвором и довольно крякнув, прицелился в гигантского кривоклювого крикуна. Впрочем, тот сейчас угрюмо молчал, сидя на длинной ветке, нависающей над рекой.

— Ставь на самый малый, — проворчал Далин, стоявший за спиной стрелка, — А то поджаришь его ещё там.

— Не вчера родился, — прошипел матрос и плавно нажал на спуск.

Тонкий лучик коснулся птицы и та с коротким квохтанием сорвалась с насеста и рухнула вниз. Команда издала торжествующий рёв, сменившийся криками ужаса. Комок перьев не успел упасть в воду, потому что навстречу добыче поднялся исполинский фонтан мутных брызг и огромные челюсти, усеянные сотней острых зубов, сомкнулись на падающей птице.

Матросы отпрянули назад, испуганные появлением жуткой твари и оглушённые дикой вонью. Воды реки словно вскипели и десяток существ, подобных явившемуся чудовищу, устремились в сторону шхуны. В бурлящих волнах оказалось трудно различить, как выглядят монстры, но ясно было одно: они — очень велики.

Всё происходило настолько быстро, что никто из матросов не успел понять, в чём дело, а твари уже приблизились и начали карабкаться вверх по бортам. Джонрако мгновенно оттолкнул Шанию подальше от ограждения спардека и выглянул наружу. Капитана окатило удушливым зловонием, а жуткая тварь оказалась совсем рядом, готовясь перевалить через борт.

Прикусив губу, Собболи вскинул руку с оружием и нажал на спуск. Ослепительный луч угодил в распахнутую пасть монстра и тот принялся шипеть, мотая уродливой шишковатой головой.

— Чёрт бы тебя побрал! — взревел мореход и выстрелил ещё раз, — Сдохни, урод!

Второй выстрел прикончил тварь и она рухнула вниз, подняв фонтан брызг, окативших капитана. Однако остальные чудовища продолжали свой подъём и некоторые уже выставили морды над брусьями фальшборта. Вид у них был, как у гурмана, лицезреющего стол, полный яств. Оставались считанные мгновения до начала жуткой бойни.

— Огонь, ублюдки! — завопил Далин и выхватив ружьё у остолбеневшего Сотри, нажал на спуск, — Стреляйте же, дети шлюх!

Крик боцмана вывел команду из ступора и матросы принялись палить по зловонным чудовищам. Поначалу казалось, будто заряды не наносят монстрам никакого вреда: те лишь шипели и качали уродливыми головами. Однако наступление остановилось, а чуть позже твари принялись падать в реку.