Тимур Лукьянов - Испанский поход

Ознакомительный фрагмент

– Помогите! Режут! – завизжала девица, увидев занесенный над собой меч, и бросилась в ноги де Пейну. И тому ничего не оставалось делать, как только подставить под летящий уже вниз клинок бургундца свой меч. Сталь громко звякнула, и меч де Бриена, отклонившись, прошел мимо, никого не задев.

– Именем Господа, немедленно прекратите, мессир Фридерик! – прикрикнул на рыцаря брат Адамус. Но, разошедшегося бургундца уже было трудно остановить. Он снова начал замахиваться мечом, приговаривая:

– Сейчас, сейчас, вы все получите у меня!

– Что это с ним? – спросил де Пейн брата Адамуса, с трудом отбивая мощный удар.

– Я остановлю его. Не хотелось бы нарушать равновесие и колыхать тончайшее пламя, но, боюсь, другого выхода нет, – сказал монах. И третьего удара Бургундца не последовало. Адамус поднял правую руку с пастушеским посохом и тихо произнес нечто, напоминающее тарабарщину.

Фридерик де Бриен покачнулся и, все еще сжимая меч, неожиданно начал валиться с седла. Если бы де Пейн вовремя не подставил плечо и не поддержал рыцаря, могучее тело бургундца могло пострадать от падения с лошади. Но все обошлось, если не считать того, что, пытаясь поймать падающий меч де Бриена, Гуго случайно порезал себе ладонь левой руки.

– Что вы сделали с ним? – спросил Гуго, наклонившись купавшему. К счастью, де Бриен был жив и, по-видимому, цел. Впечатление было такое, что после заклинания брата Адамуса рыцарь мгновенно заснул. Фридерик дышал ровно, он действительно спал, и ничто не говорило, что какая-либо опасность угрожает ему.

– Что вы сделали с ним, брат Адамус? – повторил свой вопрос де Пейн.

– Пришлось изгнать из него беса. Другого выхода не было. Еще немного, и этот рыцарь убил бы вас, меня и эту девушку, – сказал капеллан.

– Не может быть! Фридерик де Бриен – один из преданнейших рыцарей графа Шампанского, – сказал Гуго.

– Это не важно, ибо бес сейчас владел его разумом и направлял его руку, – произнес монах.

– Неужели, бесы действительно столь опасны? – недоверчиво спросил командир отряда.

– Конечно. Среди них встречаются весьма сильные сущности, способные подчинять людей своей черной воле там, где есть для этого почва, – ответил брат Адамус.

– Вы хотите сказать, что душа де Бриена не чиста? – спросил Гуго.

– Он сильный человек с хорошей душевной броней, как и большинство рыцарей в этом отряде, но он дал волю гневу и через врата гнева впустил беса внутрь себя. Ибо гнев открывает ворота для тьмы. Я же изгнал беса древним заклинанием, – сказал монах.

– Языческим заклинанием? – спросил рыцарь.

– Скажем так: дохристианским. Многие тайные знания ведомы братьям нашего ордена, – просто ответил капеллан.

– Но откуда здесь оказался бес? – задал новый вопрос де Пейн.

– Не может не наполниться тьмой то место, где едят человечину. Запах смерти, исходящий с этого места, привлек сюда темные сущности из нижних слоев тонкого мира. И это место, где мы стоим, теперь проклято, – произнес монах.

– Тогда скорее уходим отсюда, – сказал де Пейн.

– Я поймал их всех! – внезапно раздался чуть в отдалении звонкий голос Джеральда. Он медленно ехал, натянув свой лук, а на прицеле его стрелы, впереди всадника, понуро брели пожиратели мертвых.

– Я считаю, что их нужно простить. Лютый голод и крайнее отчаяние толкнули этих несчастных на преступление, – тихо сказал де Пейну брат Адамус.

– И что же, их так и оставить при столь ужасном занятии? – недоумевая, проговорил де Пейн.

– Накормите их нормальной пищей и отправьте в Вивье. Епископ о них позаботится, если вы напишете ему записку, – предложил монах.

– Вы полагаете, они не съедят епископа? – косясь на людоедов, произнес Гуго.

– Поверьте, тьма не полностью завладела ими, и сердца их еще могут оттаять. Они не врут. Они действительно никого не убили. Они ели уже мертвых, – сказал брат Адамус.

– Но это же так отвратительно! – воскликнул де Пейн.

– Отвратительно, разумеется, – согласился монах, даже кивнул, но добавил:

– Поймите, для них это действительно было единственным выходом, когда в этих краях стало нечего есть.

– Но почему же они не ушли отсюда? – недоумевал молодой рыцарь.

– Спросите лучше у них, – сказал монах.

Гуго подошел к задержанным и повторил свой вопрос.

– Мы боялись покинуть родное пепелище. Мы простые крестьяне, и мы боялись, что если нас заметят, то непременно зарежут или повесят. Мы боялись лесного народа и людей графа, – сбивчиво ответил тощий седой человек, назвавшийся вольным крестьянином Жильбером.

– А кого из них вы боялись больше? – спросил рыцарь.

– Они одинаково страшные и беспощадные, – сказали сразу несколько крестьян.

– А что это за лесной народ? – задал новый вопрос Гуго. Жильбер ответил:

– Это, монсеньор, страшные варвары, еретики, живущие в лесу за болотом. Они ведут войну с нашим графом. Зимой они сожгли семь деревень вдоль дороги. И нашу деревню тоже. Многих жителей они убили, многих забрали в рабство. Только нам удалось уцелеть.

– А что за граф у вас тут, и почему вы его боитесь? – продолжал допрашивать крестьян командир отряда шампанцев. Крестьянин Жильбер побледнел, но ответил сразу:

– Граф наш Жиром Жеводан. А боимся его потому, что он свиреп непомерно и вешает в этих краях всех, кто попадается ему на глаза. Вы, наверное, видели виселицы? Так вот, люди графа повесили всех моих сыновей, а их у меня было пятеро. Граф Жеводан считает, что жители деревень вдоль дороги предали его, сами сожгли свои деревни и добровольно ушли к лесным людям, чтобы воевать на их стороне против власти. И потому мы попали между молотом и наковальней и не можем уйти с этого места, нам некуда идти. Потому прячемся в этих развалинах и питаемся мертвечиной.

Гуго де Пейн внимательно выслушал старого крестьянина, затем спросил:

– Способны ли вы вернуться к нормальной жизни, если я позабочусь о вас?

– Конечно, монсеньор, с радостью! – одновременно подали голос все задержанные.

– Обращайтесь ко мне «мессир». Я ношу звание рыцаря, и мое имя Гуго де Пейн, – сказал рыцарь.

– Хорошо, добрый мессир де Пейн, как вам будет угодно, мессир де Пейн, – затараторили людоедствующие крестьяне на разные голоса.

– Итак, я выделю вам продовольствие, одежду, немного денег и дам письмо к епископу Вивье. Можете идти спокойно: мы только что проехали этой дорогой, и опасностей на ней нет. Думаю, через день пути пешком до Вивье вы доберетесь, – сказал Гуго.

– Огромное спасибо вам, мессир, да хранит вас Господь. За вашу доброту и мы отблагодарим вас. Не езжайте по этой дороге дальше. Впереди, за поворотом, устроена засада. Вчера мы собирали хворост для костра и видели, как там собрались солдаты графа Жеводана. Около сотни пеших и три десятка конных, – сказали селяне.