Диана Дуэйн - Визит к королеве

— Ну, свой долг по этой части я выполнил. — Рхиоу тоже улыбнулась, зная, что Йафх успел стать отцом не менее пятидесяти котят, прежде чем его кастрировали.

— Ты сделал гораздо больше, — сказала Рхиоу. — Удачной охоты тебе, Йафх. Скоро увидимся. Тебе что-нибудь принести из Хлоххохна?

— Крысы там упитанные?

— Я тебя умоляю! — рассмеялась Рхиоу и побежала к своему дому.

Чтобы проделать последнюю часть пути, Рхиоу сделала «шаг вбок»: иначе из окон соседнего дома ее могли заметить. Она помедлила рядом с запертыми стальными воротами, ведущими в проход рядом со зданием, огляделась, чтобы удостовериться: никто на нее не смотрит, — и сделала шаг в сторону, не двигаясь с места. Ее усы, кончики ушей и хвоста словно опалило жаром, когда Рхиоу переместилась в соседнюю реальность, в которой гиперструны, соединяющие вакуум и материю, были отчетливо видны, а свет от предметов и тел не отражался. Благодаря последнему обстоятельству Рхиоу сделалась невидимой; она пробиралась между тонкими, как волоски, нитями из света всех цветов радуги, убегающими в бесконечность космоса и уходящими вниз, в земное ядро или дальше. Зная, что эххифы теперь ее не увидят, Рхиоу проскользнула под воротами в проход между домами.

Там опять скопились черные пластиковые мешки с мусором. Рхиоу помедлила, прислушиваясь, не раздастся ли красноречивое шуршание…

Сегодня тут крыс нет. А впрочем, Йафх, наверное, уже побывал здесь, — подумала она. Рхиоу прошла мимо мусорных мешков, посмотрела на стену дома слева и еле слышно произнесла несколько слов на Речи.

Все живое во вселенной, да и неживое, бывшее живым в прошлом или готовящееся стать им в будущем, понимает Речь, которой пользуются маги. Воздух — покладистое вещество; ему легко напомнить о том, что когда-то он был частью древнего камня, входил в окислы или нитраты. С тех же пор, как он освободился, воздух побывал в стольких легких, что среди магов возник спор: следует ли считать его просто веществом или уже чем-то живым. Как бы то ни было, работать с воздухом было легко. Рхиоу произнесла еще несколько слов, и гиперструны очертили в воздухе контур невидимой лестницы; воздух послушно затвердел там, где следовало быть ступеням.

Оставаясь невидимой, Рхиоу поднялась на высоту восьми этажей, добралась до крыши здания и перепрыгнула через парапет. Серый гравий на крыше всегда ранил ее лапы, и Рхиоу поморщилась; оглянувшись через плечо, кошка произнесла слово, освобождающее воздух, который стал не более твердым, чем бывал всегда из-за смога, и гиперструны. Рхиоу прошла по крыше туда, где она примыкала к соседнему дому — тому, где было логово ее эххифа.

Когда строители возводили этот дом, они украсили кладку узором из выступающих примерно на дюйм кирпичей, которые ступеньками поднимались прямо к балкону хозяйской квартиры. Рхиоу вскочила на парапет, а оттуда осторожно дотянулась до первого из выступающих кирпичей. Она поднималась медленно, хотя и хорошо знала дорогу: упасть с такой высоты было бы неприятно. Добравшись до последнего из кирпичей-ступеней, она снова сделалась видимой, прыгнула на балкон, проскользнула под стоящим на нем столом и толкнула носом прозрачный пластик, служивший кошачьей дверцей.

— Ну вот и ты.

Йайх сидел в глубине комнаты в кожаном кресле под торшером. Насколько Рхиоу разбиралась в человеческих логовах, хозяйская квартира была весьма комфортабельной; она состояла из спальни и гостиной, полной кожаной мебели и книжных полок, с большим мягким ковром на паркетном полу. Квартира была чистой и просторной, и кошка могла найти в ней для себя местечки, где можно свернуться клубочком и спать, не опасаясь быть потревоженной солнечным светом или шумом. Комнаты не казались ни заставленными, ни слишком пустыми…

По крайней мере, — подумала Рхиоу, — слишком пустыми они не казались до недавнего времени. — Она подошла к Йайху и вспрыгнула к нему на колени, прежде чем он успел встать. Всегда было очень трудно заставить его сидеть смирно — а теперь особенно.

— Привет, — продолжал Йайх и почесал Рхиоу ушко, — мы с тобой сегодня друзья? — Хозяин устало вздохнул. Рхиоу посмотрела ему в лицо, гадая, являются ли морщинки вокруг глаз признаком возраста или же следствием тяжелых переживаний. На ее взгляд, Йайх для эххифа был вполне привлекателен — правильные черты лица, короткие темные волосы, высокая стройная фигура: он поддерживал форму, каждое утро совершая пробежку. В глазах Йайха Рхиоу иногда замечала тот же озорной блеск, что и в глазах Урруаха, — отражение того, что, дай он себе волю, он совершил бы нечто ужасно забавное. Впрочем, за последний месяц веселья в глазах Йайха Рхиоу не замечала…

— Я всегда веду себя по-дружески, — сказала Рхиоу, вспрыгнула на подлокотник кресла, чтобы потереться о плечо хозяина, — ты же знаешь. За исключением тех моментов, конечно, когда ты держишь меня вниз головой и играешь в «раскачай кошку».

— Ух ты, — пробормотал Йайх, — как же ты громко мурлычешь! — Он почесал Рхиоу шейку.

— Ну да, — согласилась Рхиоу, — у тебя такой вид, что ты в этом явно нуждаешься. Должно быть, у тебя был занятый день. Надеюсь только, что ты избежал таких же неприятностей, как у меня. — Рхиоу, конечно, знала, что разговаривать с эххифами на айлуринском — с ее стороны глупость: Йайх не мог слышать его инфразвуковой части. Однако, как многие представители Народа, делящие логово с эххифами, Рхиоу не желала обращаться с хозяевами как с бессловесными животными. По крайней мере благодаря своей работе она хорошо понимала слова Йайха — это было немалым преимуществом, поскольку большинству кошек приходилось догадываться о сказанном хозяевами по интонации или языку тела.

— Ты голодная? Что-то ты почти ничего не съела из того, что я оставил тебе утром.

— Ты снова забыл вымыть мисочку, — ответила Рхиоу, опять устраиваясь на коленях Йайха. — Остатки вчерашней и позавчерашней еды засохли, так что соблазнительным угощение никак нельзя назвать. Немного погодя я поем того сухого корма, что ты купил.

Она улеглась поудобнее: не так уж часто Йайх ее гладил.

— Милая ты киска, — сказал он.

— Почеши горлышко, — прошептала Рхиоу. — Правее… вот тут. — Она вытянула шею и замурлыкала еще громче. Некоторое время они сидели, глядя, как блестящий квадрат, нарисованный лучами вечернего солнца, перемещается по полу.

— И почему это люди у меня на службе не могут быть такими же покладистыми… — пробормотал Йайх. — Ты просто принимаешь все, что тебе выпадает, и никогда не устраиваешь сцен.

Рхиоу вытянула лапы и закрыла глаза.