Fallenfromgrace - Академия Познаний. Сердце шести стихий

— А потом все еще удивляются, почему по нему студентки сохнут, — ворчливо пробормотал Стремительный, наблюдая, как поначалу довольно неуклюже, а потом все увереннее и увереннее повторяет Сазонова фигуры весеннего вальса вслед за Арегваном. — А некоторые так вообще штурмом крепость осаждают…

Эрик, подпиравший стену рядом с одним из окон, только усмехнулся, бросив на друга веселый взгляд, Ифа растянула губы в почти бесшабашной улыбке, а вот Амаринэ, недовольно нахмурившись и явно чувствуя укол ревности, возразила:

— Во-первых, Валя не Силь, и будь ты хоть немного наблюдательнее, давно бы уже заметил это. Во-вторых, насколько я могу судить, они сейчас занимаются не чем иным, как обучением.

— Да ну? — протянул последнее слово демон, с недоверием глядя на Аму.

— Точнее — он учит девочку проникать в сознание без вреда для здоровья, — уточнила Ифиэль, внимательно разглядывая кружащуюся пару. — Смотри сам: они не разрывают зрительного контакта, а Валя при этом напряжена до предела. Ты же демон, должен ощущать борьбу.

— Что за странный способ обучения? — все еще не желая признавать очевидное, сопротивлялся блондин.

— Очень действенный, милорд Стремительный, — в разговор вступило новое действующее лицо, появившееся в башне незаметно для остальных: Илиана неслышно, будто ступая по воздуху, приблизилась с другой стороны окна, занятого деканом менталистов, заставляя боевика сквозь зубы процедить «ведьма…» и бросая на него пристальный взгляд больших зеленых глаз:

— Ведьма есть магиня необученная. Не стоит меня оскорблять без видимых на то причин, — а дальше, словно и не звучало в голосе демона неприязни, вернулась к созерцанию танцующей на противоположной стене пары. — Девочка напугана. Даже после двух месяцев расслабляющих медитаций. И виноват в этом кто-то из преподавателей. Златоглазого отметаю сразу — его в это время на территории Академии не было, вы двое, — последовал кивок в сторону декана и целительницы, — вообще белые ойкудаки на фоне остальных, а Грозная не настолько грозна, как хочет порой казаться, — тут уж заскрежетала зубами Амаринэ, но возражать не решилась: было, все-таки, в Илиане что-то, заставляющее остальных трепетать. — Остаетесь вы, милорд Стремительный. И почему я не удивлена? — насмешливо обернувшись в сторону почти кипевшего от злости Андо, продолжила она. — Не мешайте Златоглазому. Он избрал нелегкий, но очень действенный путь: приручать будет постепенно.

— Главное, чтоб не доприручался на свою голову, — бросил небрежно Стремительный.

— На этот счет не беспокойтесь: у девочки сильная воля, — отмахнулась женщина, преподающая музыкальное воспитание. — К тому же он, думаю, и сам догадывается об одной простой истине, которую вам не рассказал.

— О чем ты, Илиана? — нахмурилась Амаринэ.

— Валь сильнее… — тихо заметила эфемерная дама. — Я бы даже сказала, что к ее созданию приложили руку боги. Но она стопроцентный человек, ведь так, Ифа? — получив утвердительный кивок со стороны эльфийки, Светлая сдержанно улыбнулась. — И то, что Арегван это знает, будет только подстегивать.

— Как с твоими ощущениями? — поинтересовалась Ама. — У меня столько плохих предчувствий, Иль…

— Успокойся, — теплая улыбка была адресована одной стихийнице: Илиана, как и Грозная, обладала даром предвиденья. — Мы успеем. Обязательно.

Словно в завершение ее слов, раздался цокот каблучков по каменному полу, и собрание ученого совета нарушила еще одна женщина. Ее приятный грудной голос разлился в пространстве, словно густой медовый напиток:

— Милорд Дальновидный, я вам больше…не нужна? — а запнулась она как раз в тот момент, когда мельком заглянула в окно, терзаемая любопытством: нечасто собрания остальных преподавателей посещала не от мира сего Светлая. Но, увидев причину всеобщего интереса, только поджала губы, потому что в этот самый момент на той стороне стены, которую разглядывали остальные, Арегван Златоглазый поддерживал сотрясающую головой студентку, даря ей одновременно участливую и ласковую улыбку. Больших трудов эльфийке стоило не заскрежетать зубами, однако она ограничилась лишь поджатием губ.

— Все хорошо, Эмманиэль, — тепло улыбнулся декан менталистов. — Вы можете быть свободны.

— Благодарю, — произнесла женщина, после чего бросила последний неприязненный взгляд на пару, вновь начавшую танец, и скрылась из башни.

— Вот и еще один сторонник мыслей Андо, — философски заметил Дальновидный.

— Только вот не надо обвинять меня в банальной ревности, — скривился физрук. — Эти бабские проблемы…какая чушь!

Амаринэ улыбнулась. На сердце стало легко оттого, что наконец-то открылась причина истинного негодования демона. Надо же, профессиональная гордость оказалась задета… Однако за бабские проблемы кто-то сегодня останется без сладкого. Уж она об этом позаботится…

— Валя! Да Валя же! Просыпайся! — на этот раз Амина своего добилась: я все-таки глаза открыла и села. — Опять Златоглазый? — она уже не веселилась: подруга смотрела озабоченно и хмуро.

— Все в порядке, — я была уверена в этом, как никогда. — Просто после вчерашнего недосыпа никак не могу восстановиться.

— Чтобы я еще раз тебя с друидом отпустила — да никогда! — безапелляционно заявила магичка, и мне оставалось только с улыбкой кивнуть: Амина, сама того не ведая, взяла надо мной шефство как более взрослый обитатель комнаты. — Я все предусмотрела — у тебя десять минут на все про все: потом здесь появится Хайджи и сопроводит нас в столовую. И ты сама знаешь, каким способом, — наклонившись к моей сонной мордашке, заговорщически сообщила она, со значением подняв вверх указательный палец.

Когда смысл ее слов до меня, наконец-то, дошел, я вскочила, как ошпаренная: да нас же телепортируют прямо на завтрак! Мысли из головы вылетели, и я, метнувшись в сторону умывальни, в рекордные сроки привела себя в порядок прохладной водой из ванночки, чтобы вернуться в комнату со страдальческим выражением лица:

— Я не успею уложить волосы!

— Да не переживай, — хитро улыбнулась Амина. — Через двадцать минут Хайджи будет, мы как раз управимся, — сама она при этом уже держала наготове расческу, и я, сияя почище медного таза, уселась на кровать, предоставив себя заботам полуэльфийки. Когда все было готово, а я с удивлением обнаружила простую косу, правда, с интересным плетением, Амина только заметила:

— Мы парня тебе ищем или как? Товар надо показать лицом, Валя! — и, пользуясь моей ошарашенной реакцией, просто вернула расческу на стол. — Торопись — тебе еще переодеться надо: не станешь же ты в ночном в столовой появляться? Хотя… — она на мгновение окинула меня оценивающим взглядом. — Нет, товар, конечно, будет рассмотрен со всех сторон, но давай хоть что-нибудь оставим на потом, ладно? — и, хитро улыбнувшись снова, она еле успела скрыться за дверью, ведущую в прихожую, поскольку именно туда я бросила свою подушку.