Тэд Уильямс - Проспать Судный день

Может, это была и не настоящая кошка, может, у нее и кровь была серая, но умерла она, как обычное живое существо, проткнутая острыми кольями на дне ямы. Я не стал долго глядеть на это.

— Где Сэм? — едва дыша, спросил я, хватаясь за руку Клэренса и подымаясь.

— В доме.

У Клэренса наступила чистота сознания, боевая, когда усталость и страх уравновешивают друг друга. Голос у него был, как у робота.

— Тогда бежим, на хрен.

Я мельком глянул на Энаиту, которая явно не слишком огорчилась от гибели своих любимцев. Понятное дело, если она могла просто создать их в любой момент, но это не способствовало выполнению моего плана. Я хотел разозлить ее. Не до такой степени, чтобы она одним взмахом руки спалила дом и всех нас вместе с ним, но близко к тому. Клэренс и я ринулись к дому, сквозь смесь пепла и снега. К счастью, Энаита не считала нужным торопиться.

— Пригнись! — крикнул я Клэренсу, когда мы проскочили в дверь. Схватил его за голову и пригнул вниз, чтобы он не запутался.

— Она идет! — крикнул я остальным. Не то чтобы им надо было что-то говорить. Дверь, которую мы захлопнули за собой, разлетелась на куски с громким треском ломающихся досок и хлопком вытесненного воздуха. И Ангел Дождя вплыл внутрь, вслед за нами. Прямо в паутину веревок и погремушек, которые пилигримы Каиноса повесили на проходе. Яростно продираясь сквозь неожиданную преграду, она остановилась, а несколько мужчин и женщин встали из укрытий на галерее второго этажа, издав нечленораздельные боевые кличи (ладно, вопли едва сдерживаемого ужаса). И выпустили стрелы. Они слишком мало прожили здесь, чтобы стать хорошими лучниками, но в Энаиту вонзилось достаточное количество деревянных стрел, и она закричала от ярости. Выдрала стрелы, пробившие ее кожу, и отбросила в сторону, будто занозы и колючки после прогулки по сельской местности.

Лучники стреляли, а остальные по всему дому принялись молотить по стенам ветками деревьев и трясти погремушками, создав такой шум, что даже я на мгновение забыл, кто я и что я здесь делаю. А потом случайная стрела угодила Энаите промеж глаз.

Будь она человеком, это убило бы ее, но она, конечно, не была им. Но стрела привлекла ее внимание. Она повернулась к лучникам, и ее лицо перекосилось от ярости. А потом лестницы, ведущие на второй этаж, начали разлетаться на куски, будто в серии беззвучных взрывов. Куски дерева полетели во все стороны, один из них, достаточно большой, попал Клэренсу в ногу и опрокинул его. Несколько пилигримов Каиноса упали и уже не поднялись.

Но внезапный удар Энаиты по вопящим лучникам и другим, создававшим шум, дал мне время включиться. Пусть доски лестниц и превратились в деревянную шрапнель, я рухнул на колени и подполз к деревянному бюро, туда, где скрывался Куб Мекки — и кое-что еще. Это было ключевым компонентом, и если бы та штука не ждала меня там, что ж, Энаита могла бы в свое удовольствие разметать нас на молекулы по всему созданному ею миру, будто торнадо, разносящий пух одуванчиков. А я бы отправился туда, куда отправляются все ангелы, когда очень могущественный и высокопоставленный ангел решает от них избавиться.

Не вставая с колен, под дождем осколков досок, я протянул руку и открыл створки бюро. И сунул руку дальше, к самому Кубу Мекки.

Штука была на месте.

Энаита отбросила в сторону завесу у двери, порвав в куски веревки, будто паутину, и разбив вырезанные вручную погремушки, наполненные камешками и веточками. Она искрилась энергией, которая преломляла свет вокруг нее, а лицо ее было таким, что я не хотел бы увидеть подобное выражение даже у пятилетнего ребенка в припадке гнева, не говоря уже об одном из самых могущественных существ во вселенной.

— Стой! — крикнул я, вскакивая на ноги.

Она повернулась ко мне, и злоба просто… исчезла. Она стала холодна, будто статуя.

— Ты, — только и сказала она. Я понимал, что у меня есть секунда, может, две, и выставил перед собой то, что взял из бюро.

— Просто подумал, что ты сначала захочешь это увидеть, — сказал я, показывая ей рог.

Холодная, как статуя? Нет, холоднее. Будто снежная буря, от которой чернеет небо. Будто край ледника перед тем, как он обрушится на тебя и размажет по земле.

— Что это такое? — спросила она.

— Это? Да ладно, ты знаешь, что это.

Я подкинул на ладони штуку цвета слоновой кости, пару раз. Она весила несколько больше, чем я думал, — не как простой кусок рога десять сантиметров длиной, а, скорее, как окаменевший сувенир с раскопок. Судьба вселенной свелась к предмету весом с груз для бумаг.

— Это рог Элигора. Я нашел его. И он идет за ним.

И в тот же момент появился Элигор. Никакой пламенеющей линии в воздухе, никакой вспышки и серного дыма, он просто… уже был здесь. С лицом и телом Кеннета Валда, в костюме, будто перед вручением награды «Предприниматель Десятилетия» от какого-нибудь влиятельного фонда.

— Приветствую, Ангел Дождя, — сказал он.

Энаита поглядела на него, потом на меня, а потом на рог, который я держал в руке.

— Что это за ерунда? Что ты здесь делаешь, Элигор?

— Разве я не имею права здесь быть? — с улыбкой спросил он. — Не я ли помог тебе создать это место?

Она не улыбнулась в ответ.

— У нас с тобой сделка, Великий Герцог. Ты желаешь вмешаться? Ты действительно уверен, что хочешь сделать это?

— А кто вмешивается? Я просто пришел, чтобы вернуть свою собственность. Ангел Долориэль? Мне кажется, у тебя для меня кое-что есть.

— Невозможно, — только и сказала она, но за этим единственным мрачным словом и холодной маской безразличия было скрыто многое.

— Вот оно.

И я бросил ему рог. Глядел, как он летит, кувыркаясь. Все живые существа в огромном помещении тоже глядели, все пилигримы, спрятавшиеся за лестницами, и даже сама Энаита. Элигор поймал его с небрежностью человека, выставившего руку, чтобы проверить, не идет ли дождь. А затем рог окутало облачко мерцающего света, и Элигор поглотил его.

На полсекунды все будто окаменело. Энаита не пошевелилась, но внутри нее, похоже, что-то вскипало. Я почувствовал исходящую от нее пульсацию, силу, которая в состоянии разнести все внутри этого дома, выстроенного в виде храма.

— Невозможно, — снова сказала она, но менее уверенно, возможно, даже озадаченно. — Заговор!

Я затаил дыхание. Следующие секунды решат все. Если все пойдет правильно, возможно, лишь возможно…

— Нет, госпожа! Это обман!

Эд Уокер сбежал, едва не падая, со второго этажа, по лестнице. Зацепился тетивой лука за балясину, но не стал отцеплять, просто бросил. Отскочив, лук ударился о балясину и со стуком упал по лестнице. Уокер подбежал к Энаите и пал ниц.