Светлана Дениженко - Пропасть, чтобы вернуться

Она потянулась и обратилась собой. Зей удовлетворенно осмотрел её и кивнул:

— Хорошо. Собственно, речь я никакую не готовил.

— Да же так? — съязвила Хельга, но вновь почувствовала неловкость от его укоризненного взгляда. — Извини. Продолжай.

— Если позволишь, я хотел бы тебе напомнить, что в нашу последнюю встречу, в прошлом… я сделал тебе предложение, на которое ты согласилась.

— Это было слишком давно, — ответила Хельга, опуская взгляд.

О, да! Она помнила тот дивный вечер и заливистое пение соловья. Помнила прикосновение рук, сплетающихся на её талии его пальцев… Но, к несчастью, для Зея она так же помнила и многое другое.

— Ты права, давно, слишком давно. Но я готов повторить все, что сказал тогда — сейчас, — он подошел близко, так близко, что был слышен стук его сердца.

— Нет! — Хельга отшатнулась, — Нет, Жусс!

— Но почему?

Почему? — хороший вопрос, особенно он важен в детстве. Хельга часто его задавала сама, а вот отвечать на него ей почти не приходилось. Она не знала, что сказать, как объяснить — куда и почему делись прежние чувства. Быть может — никогда и не было любви?

Симпатия, общие интересы, привязанность, дружеское расположение, уважение — это совсем не то, что соединяют браком. 'Деймы не созданы для любви!' — снова вспомнились слова Грейс, возможно, именно в этом дело? Возможно ли? Неужели долгое время Хельга обманывала Жусса и обманывалась сама? Неужели?!

Она помнила, как была счастлива когда-то, как ей было уютно в компании Зея, как безгранично верила каждому его слову, дарила свои чувства, наслаждалась теми подарками, что получала от него. Каждый взгляд, улыбка, прикосновения — вспыхивали искрами огня в её душе, а сердце замирало от его голоса…

Хельга помнила все подробности, каждую мелочь, каждый вздох, объятие, поцелуй, но не чувствовала сейчас — ничего. Прежние эмоции не трогали больше её душу.

— Почему? — тихо и настойчиво Жусс повторил свой вопрос.

— Ты любил другую Хельгу, — ответила она, делая шаг назад. — Тогда я была другой.

— Нет. Эту. Единственную… — Зей попытался взять её за руку, но Хельга не позволила, гневно посмотрела на него и спрятала руки за спину.

— Молчи! Дай мне сказать. Я была такой же, как и ты — своенравной, эгоистичной, почти всемогущей и оттого бесстрашной. Я и правда ничего не боялась. Верила в свои силы. Мне казалось, что так будет всегда, — она замолчала, перевела дух и тихо добавила, — Мне нравилось быть с тобой, нам было хорошо вместе — это правда. Любила ли я тогда — не знаю. Но сейчас я другая. Меня изменили — Грейс, Жило, Злата, мои друзья. А в прошлой жизни их не было. Был долг, который я выполняла с усердием, был повелитель, был ты, и была я — гордая, неприступная, полная достоинств, но зачастую не тех, которыми можно гордиться.

— Милая, что ты такое говоришь? Зачем? Ты никогда не была такой!

— Нет. Зей, послушай — ты придумал себе несуществующую меня! Пойми же, наконец! Я не могу быть с тобой. То, что было — оно было. Назад уже не вернуть. Нельзя пройти по одному и тому же пути дважды. Это будет уже новый путь.

— Нет. Нет, ты не понимаешь, милая! Ты пока не полностью понимаешь свои чувства, — ей показалось, что Жусс сходит с ума, настолько невнятными стали его речи, — Память вернулась к тебе, но ты заморожена, ты не чувствуешь еще. Я знаю, к тебе скоро вернутся чувства и да, ты права — мы начнем новый путь. Все сначала, как раньше. Нет! Лучше, чем раньше!

— Это ты не понимаешь, Зей. Что ты говоришь? Ко мне вернулись все чувства. Все до единого. И я точно знаю, что не люблю тебя. Не люблю сейчас и не уверена, что любила раньше… привязанность, дружба, уважение — это другое! Это не любовь! — с отчаянием она смотрела в глаза Жусса, не в силах достучаться до его сердца.

Он всё-таки не верил ей.

— Я ждал… я очень долго ждал твое возвращение. Я ждал, когда ты вспомнишь, — он покачал головой и вдохнул глубоко, так, будто ему не хватало воздуха, — Я надеялся, верил. Я верил — в нас!

— Нас больше нет, Жусс. Давно нет. Мы остались в прошлом!

Хранитель тайн покачнулся от этих её слов, отступил и будто весь сжался. Хельга не знала, что будет так сложно. Ей было жаль его, но в тоже время она не могла дарить надежду и продлевать эту пытку для них обоих. Лучше один раз испытать боль, а потом исцелиться, чем мучить себя долгие годы, не решаясь разорвать давящую душу связь. Жусс молчал, со стороны казалось, что он ушел глубоко в себя. Хельга подошла, положила ему на плечо руку, заглянула в потухшие, полные печали глаза.

— Мне очень жаль…

— Нет. Не надо, — он взял её за руку, — не жалей. Я жил все эти годы мечтой о тебе, о нас. Твои бусы, помнишь? Каждую жемчужину, я сам достал со дна, а ты смеялась и нанизывала их одну за другой, считала, сколько звезд своей любви я повешу тебе на шею.

— Ровно девяносто девять…

— Чтобы одна осталась на удачу, — Жусс грустно улыбнулся, — теперь у меня нет любви, а удача — коварная дама.

— Обещаю, что удача не отвернется от тебя, поверь, — Хельга потянулась к его губам, он ответил жарким поцелуем, не осознавая еще, почему в душу вдруг прокрался холод.

Когда отстранился — было уже слишком поздно что-то предпринимать. Хельга хорошо подготовилась к этой встрече и, догадалась перед ней выпить эликсир, который взяла у брата. Дважды в своей жизни ей приходилось его использовать, чтобы охладить пыл слишком навязчивых ухажеров. Но раньше ей бы и в голову не пришло испытывать его на Зее.

— Поцелуй забвения? — ошеломленно прошептал он, ощущая холод на своих губах, — Но зачем?

— Я не хочу, чтобы ты страдал, Жусс. Ты часть моей жизни и дорог мне, — в этот миг за её спиной раздался тихий хруст.

Хельга обернулась на звук и увидела повисший на ветке вяза свой кулон. Она поискала взглядом, но тот, кто его принес — бесследно исчез.

'Прости меня, девочка! Будь счастлива!' — теплый любимый голос, раздавшийся в её сознании, ударил сильнее кинжала. Болью сжалась душа.

Хельга сделала несколько шагов к дереву, сняла кулон, спрятала его на груди.

— Что случилось? — Жусс подошел к ней, заглянул в мокрые глаза, по-дружески обнял за плечи.

— Арлен… — тихо ответила она, смахивая слезы, — он был здесь и все видел.

— Я догоню его! — Хранитель изменился в лице и решительно двинулся вглубь сада, — Он поймет, вот увидишь.

— Не надо, — Хельга ухватилась рукой за рукав его пиджака, — сейчас нельзя. Будет только хуже.

-

Арлен винил одного лишь себя за то, что пришлось испытать несколько мгновений назад. Ни разу еще он не чувствовал себя так скверно — словно вырвали душу. Если бы в последний момент не передумал, отправил бы с поручением Векина, то возможно все было бы по-другому.