Елена Лобанова - Реализация

Баська был зачислен в предатели-перебежчики. Гномыш даже удивиться не успел и спросить, кого он предал и куда перебежал. Ему быстро и доходчиво разъяснили, что он - славный сын потомственных шахтёров истинно пролетарского происхождения, продался за миску похлёбки проклятым капиталистам. Проклятый ушастый капиталист оказался самым мудрым и сделал вид, что он - глухой.

"Пенсионерку Ядвигу" Сталин определил в "белополячки", исходя из имени, а по роду занятий - в шарлатанки, за то, что она отрицала возможности современной медицины и пользовала народ заговорами и травами. "А казалась такой образованной жэншиной!" - непритворно сокрушался попадан-в-вожди.

Талик надеялся, что с ним-то точно будет заминка. О графском титуле он не сообщил, а вот демоном-вампиром-магом-оборотнем представился с удовольствием. Даже оскалился на радостях. Пусть помучаются. Разве можно такое воплощённое совершенство присобачить к политике? Но его именно присобачили:

- Был у нас такой врэдитель, - на ходу пыхтел трубкой "Сталин", - Вавылов. Гэнэтик. Я всэгда говорил: гэнэтика - продажная дэвка капэтализма, - многозначительно ронял фразы "отец народов". - Правэльно расстрэляли. Как врага народа. Вот, товарищ Павлов - собак рэзал, но чэловэка с лэтучей мышью, псом и бараном нэ скрэщивал! - с ударением на "нэ" завершил цепочку рассуждений полит-попаданец.

Витольд мысленно зашипел не хуже Бутончика. За барана следовало отомстить. Сущности немедленно собрались на совещание, и прочие бредни вождей Талик дослушивал в одиночестве.

Хоббиты попали в "трудовое крестьянство" - тёмное и безграмотное. Нисколько не смущаясь присутствием представителей власти, вожди на своём пешем совещании постановили освободить слабоумных крестьян из крепостного рабства и организовать им ликбез. И дались всем эти хоббиты? Чуть что - отбить пытаются!

"Товарища Александру Коллонтай" попаданцы пока всерьёз не воспринимали, несмотря на наличие у неё маузера. Наверняка собирались экспроприировать оружие при первом удобном случае. Так что, Сильмэ их всё-таки недооценила. В своей вторичной Мути вожди-ораторы чувствовали себя полными хозяевами.

- Матг'осиков у нас нет, уж не обессудьте, - юродствовал лысый "вождь", - пег'еводы тоже писать не на чем.

- А товарищ Алэксандра в Мэксикэ нэплохо сэбя послом зарэкомэндовала, - хитро щурился усатый. - Вот, в Мэхико и пошлём. С важным партийным заданиэм.

- Точно, батенька, точно, - радостно согласился псевдо-Ульянов, - к иудушке Тг'оцкому и пошлём.

- Надэюсь, Вы поддэржитэ мою инициативу на съэздэ, - полу-утвердительно спросил лысого усатый.

- Непг'еменно, - подтвердил своё согласие "Ильич".

Оба вождя прямо-таки лучились от счастья, разве что не хихикали. Талик сходу раскусил их замысел. Попаданцы намеревались разоружить "товарища Александру" и отправить к тому самому Троцкому, который обзавёлся полусотней бойцов. Если молодые бойцы и не поубивают друг-друга из-за женщины, то, как минимум - передерутся. А что там будет с "товарищем Александрой" друзей-политиков вообще не интересовало. Даже Витольд от такого коварства опешил:

- Думаешь, дотянулся, проклятый?! - мысленно рычал демон.

- Врёшь, не возьмёшь, - в унисон с ним бухтел Бормотун.

- Горло перегрызу, - рычал оборотень.

- Моими зубами, - щедро предложил Бутончик. - Вдруг вампирами станут?

- Могут, - предположил Талик.

- Потом перекусают друг друга... - продолжил развивать идею демон.

- И историческая справедливость будет восстановлена, - подытожил Бормотун.

Когда на горизонте показался посёлок, Катерина не выдержала и принялась вышёптывать Талику всё, что накипело:

- Невероятно! - захлёбывалась возмущением попаданка, - Как можно так относиться к истории и историческим личностям?! Куклы! Эти фальшивые вожди - глупые гротескные куклы! Насмотрелись нелепых фильмов, начитались псевдоисторических статеек и возомнили себя ровней! - страдала "деклассированная шарлатанка Ядвига".

Талик ёрзал в седле и не знал, что сказать. Спрашивать, как реализовалась сама Катерина, и чем ей приглянулись вовсе не исторические романы, он счёл ненужной тратой времени. И так всё ясно. С историей Катерина была знакома очень даже хорошо, а вот с личной жизнью - не очень или совсем никак. Родственная душа, практически. Не в историческом аспекте, конечно. Почему-то именно исторические попаданцы явили писателю Золотову всю нелепость и убогость криво слепленных образов героев. Интересно, его герои были лучше? И если - да - то чем? Талик благоразумно задавил в зародыше тягу к самокопанию.

- Всё верно, но лучше со здешними вождями не спорить, - дипломатично поддержал Катерину писатель Золотов.

Чем ближе они подъезжали к посёлку, тем явственнее оттуда была слышна нестройная песня. "А молодого командира несли с пробитой головой...", - наконец разобрал слова Талик. Пылящие позади бойцы-попаданцы, повинуясь отмашке усатого вождя, нестройно грянули "Артиллеристы, Сталин дал приказ", стараясь переорать явно пьяный хор соратников из посёлка.

- Всо в порядкэ у нас с сознатэльностью, - ещё раз, но уже не так уверенно заявил "Сталин". - Сначала будэт парад, потом ужин и мавзолэй. Ночью - съэзд, - обозначил культурную программу по встрече "товарища Александры" усатый.

- Да-да, - подтвердил лысый, - моё пг'исутствие на съезде непг'емено и аг'хиважно, как и договаривались. Так, что придётся нам, батенька, поменять смены. Я буду лежать в гг'обу дг'угие двое суток. А этот самозванец пусть нынче ночью поспит и постог'ожит мой мавзолейчик!

- Эта... - влез в диалог вождей подъехавший поближе Баська. - В гробу? Вампир, значит?!

- Самозванец! - Истерично выкрикнул лысый. - Вампиг'ы - пог'ождение опиума для наг'ода!

"Сталин" не счёл нужным реагировать на баськин вопрос и только активнее запыхтел трубкой.

Талик задумался было над загадкой: "на какие шиши здешние попаданцы покупают табак", но заметил, что эльф проехался рысью по обочине, переглянулся с Сильмэ и кивнул. А раз так, значит, ушастый подтвердил правильность направления, и жертвы пролетарского произвола томились где-то в местном "Сталинграде". Вот, и - славно. К "иудушке Троцкому", он же - "политическая проститутка", Талик совсем не стремился. Катерина уже успела просветить писателя Золотова относительно кровожадной сущности поджигателя революционных пожаров. Если кто-то и стал попаданцем по образу и подобию оригинального массового убийцы, то - только завзятый маньяк.

Дорога плавно перетекла в главную улицу посёлка, никуда не виляя и не сворачивая. На первом бараке краснела надпись "Граница СССР". То же значилось и на табличке, приколоченной к характерно-полосатому чёрно-белому столбу. По обе стороны от столба на жердях колыхались транспаранты, в которых без труда угадывались результаты ткачества из грубой дерюги: "Враг не пройдёт" и "Граница на замке".