Эд Гринвуд - Судьба дракона

Домоправительница покачала головой и вздохнула.

— Мальчишки так и остаются мальчишками.

Через мгновение с воплем испустил дух наместник Торнвуд, которому отрубил пальцы стражник его соперника, а другой пронзил копьем, а неподалеку наместник Харбридж получил в лицо змеиный кинжал и упал на груду тел своих латников.

Развалины тронного зала были усеяны телами мертвых и умирающих, и когда наместник Меспер бросил вызов своему сопернику Тарншару и побежал ему на встречу, Эмбра Серебряное Древо внезапно раскинула руки и воскликнула:

— Довольно!

От голоса ее пошатнулся замок, эхо его раскатилось по берегам Серебряной и отдалось от развалин Дома Безмолвия.

На ее щеках на миг проступили чешуйки. Драконья чешуя.

— Ситра доурр, — прошептала она.

Голос ее был все еще полон громовой силы Дракона, и все мечи, кинжалы, копья и другое оружие вдруг взлетело в воздух и повисло там. Над лишенной крыши частью тронного зала небо наполнилось мечами, а там, где еще сохранилась кровля, оружие глубоко вонзилось в закопченный камень.

Воцарилось звенящее молчание, и ошарашенные люди стали поворачиваться к Владычице Самоцветов.

Эмбра Серебряное Древо тяжело дышала, в глазах ее читалась ярость, а волосы стояли дыбом.

— Довольно смертей. Аглирта вкусила их уже сверх меры, — с бешенством в голосе проговорила она. — Прекратите. Немедленно.

Повисла еще более глубокая тишина. Люди искоса посматривали друг на друга и на высокую хрупкую женщину, окутанную языками голубого пламени. Никто не знал, что она предпримет в следующее мгновение и что они осмелятся сделать перед лицом ее гнева.

— Король жив, — в полной тишине сказал Краер Делнбон.

— Помогите подняться, — решительно попросил Ролин.

Хоукрил Анхару шагнул вперед и поднял короля Аглирты на ноги.

Лицо Ролина было смертельно бледным, он все еще был весь в крови, нагрудная пластина его доспехов куда-то подевалась, да и прочие латы были помяты и порублены. Но казался король куда более спокойным и взрослым, чем когда-либо прежде. Он окинул взглядом толпу и провозгласил:

— Я очень устал от змеиных жрецов, воинственных баронов и наместников. Да будет ведомо всем в Аглирте, что отныне змеепоклонничество карается смертью. Больше не будет баронов, и любой наместник, который не проявит преданности мне и не докажет ее службой в армии, которую я ныне собираю, дабы очистить Долину, будет лишен своего звания и жизни. Верные аглиртцы, ко мне! Больше не будет…

— Нет, — твердо сказала леди Серебряное Древо, стоя позади него. — Нет, Ролин. Это не тот путь. Преданность и доверие надо заслужить, но не путем еще более жестокой тирании, чем во времена правления тех, кого ты называешь предателями.

Она наклонилась и подняла корону.

— Мне кажется, Аглирта заслуживает лучшего.

Толпа зашепталась. Корона блеснула в руках Эмбры, отразив солнечный свет.

— Что ты хочешь сказать? — прошептал Ролин, обернувшись к ней. — Ты же знаешь, что я никогда не хотел этой короны.

— И именно потому ты был куда лучшим королем, чем многие жадные до власти, — ответила наследница рода Серебряное Древо, — но в Долине до сих пор неспокойно, и мечи обнажены, и змеиные жрецы строят козни.

Она медленно обвела взглядом толпу.

— Я могу все это изменить, — спокойно сказала она. — Я — Дракон. Новая Змея восстает уже сейчас, но если ей не будут поклоняться, то она останется просто человеком, а сейчас я властвую в Аглирте и потому могу делать то, что желаю. — Она обернулась к королю и мягко добавила: — И я желаю, чтобы Ролин Дворцовый Плащ был свободен от тягот престола.

— Ура! Да сгинет король! — вскричал кто-то среди воинов.

Эмбра быстро повернулась на голос.

— Нет! Лучше скажи — да восстанет король! Много лет истинный король спал, и Аглирта была Землей Без Короля. Проклятием страны были жадные до власти воинственные людишки — каждый барон мнил себя королем в своем баронстве и рвался захватить власть во всей Долине. И сейчас они — проклятие королевства. У народа Аглирты слишком много правителей.

Она взобралась на груду камней, чтобы ее видели все, и медленно обвела взглядом окружавших ее людей. Корона сверкала в ее руках.

— Было время, когда я не осмелилась бы сомневаться в правоте деяний королей и знати. Это время миновало. Слушайте же мою волю. Отныне в Аглирте не будет королей, не будет баронов — только наместники, которые будут управлять войсками, выносить судебные решения и заботиться о народе, порученном им в попечение, от имени регента. Все они будут править во имя народа.

Эмбра вздохнула, посмотрела на корону и продолжила:

— Регент будет постоянно ездить по Долине во главе армии, которая будет строить, восстанавливать, беречь урожай, следить за дорогами и улаживать раздоры. Остров Плывущей Пены станет местом суда и исцеления, где о людях будут заботиться жрецы Троих, которым не будет дозволено возводить храмы — только алтари под открытым небом. Никто не смеет поклоняться Змее в Аглирте под угрозой изгнания, и точно так же никто не будет поклоняться Дракону.

Вокруг послышались вздохи облегчения. Люди ожидали установления новой тирании или магической власти, но теперь они спокойно могли обдумывать слова Владычицы Самоцветов.

— Я прекращаю древнюю вражду Змеи и Дракона, — продолжала Эмбра, — и пока я сдерживаю свою силу, пока никто не станет поклоняться мне или Чешуйчатому, новая Змея никогда не станет сильнее меня. Безумие и превращение людей в чудовищ было делом змеиной магии. Все кончится, когда змеиные жрецы будут истреблены или изгнаны из Аглирты. Дваеры спрятаны, запечатаны моей силой там, куда их разнесло, и я узнаю сразу же, если кто потревожит их. Мои друзья вместе со мной тоже отрекутся от того, что было им дано, — от титулов Высочайших Князей Аглирты. Наша задача выполнена.

Она подбросила корону и сделала какой-то короткий и простой жест — и королевский венец Аглирты разлетелся на куски, которые вспыхнули пламенем и исчезли.

Снова общий вздох. Эмбра спустилась со своего возвышения, сказав по дороге:

— И все же мы должны навсегда остаться стражами Аглирты. Если мы понадобимся ей — мы придем.

Она подошла к своим друзьям из Банды Четырех, бросив через плечо собравшимся людям:

— Постарайтесь, чтобы Аглирта больше в нас не нуждалась.

На миг воцарилось благоговейное молчание, а потом Флаерос Делкампер вскричал:

— Вот Стражи Аглирты!

— Стражи Аглирты! — с воодушевлением подхватила толпа его клич.

— Постойте! — проворчал какой-то наместник. — Дворцовый Плащ, вы-то согласны на это?