Диана Дуэйн - Книга Лунной Ночи

– Думаю, нечасто все будет выглядеть так замечательно, – сказал он. – По этому признаку мы и поняли, что вы, там внизу, одержали крупную победу. Все руководство на какое-то время просто сошло с ума: все, что можно оказалось в них прочесть, было «обновление», «обновление»… но потом все успокоилось, и все заплаты, которые мы удерживали с таким трудом, вдруг взяли и приросли. Ну и облегчение мы испытали, скажу я вам!

Выйдя на улицу, Рхиоу поняла, о чем говорил Том: город блестел не только от солнечных лучей. Кругом царило необычное великолепие: небоскребы, казалось, намеренно подставляли себя свету, так что их стеклянные стены превратились в сверкающие драгоценности; серебряная игла Крайслер-билдинг выглядела как ослепительный символ победы; даже уличное движение было странно мирным – никаких пробок, никаких раздраженных гудков. Эххифы смотрели друг на друга несколько растерянно – неожиданно оказалось, что все довольны друг другом… по крайней мере на некоторое время.

– Город воскрес из мертвых, – сказала Рхиоу, – как и некоторые из нас. Только долго это не продлится.

– Что ж… Естественно было ожидать, что резонанс из центральной реальности докатится и досюда, – сказал Харл. – Что-то перелилось через край переполнившейся чаши… может быть, даже в Сердце Времен. Нельзя совершить настоящее обновление без того, чтобы оно не отразилось на соседних мирах, особенно тех, которые соединены структурой ворот и источников энергии.

– Через некоторое время все поблекнет и вернется к прежнему, – сказал Арху. – Таким мир долго оставаться не может: энтропию можно победить лишь временно, на местном уровне. Шепчущая говорит… такое никогда не длится. Но пока длится – нужно этому радоваться.

Маги по Сорок второй улице вышли к реке, к фонтану Делакорт, огромному серебряному перу, сияющему в солнечных лучах на южной оконечности Рикер-Айленд. Рхиоу принялась за свой отчет, понимая, что времени он займет много, а потому лучше начать, пока все случившееся свежо в памяти. Единственное, чего она не смогла бы передать слушателям, – это собственного ощущения от присутствия в ней Иау. Воспоминания о них стали улетучиваться почти сразу, как сами события закончились.

И к лучшему, пожалуй, – подумала Рхиоу. – Нельзя же влить океан в чайную чашку.

Наконец кошки и два советника подошли к парапету над Истсайдским хайвеем и Истривер. Кошки уселись, а люди прислонились к перилам; проговорили они, как казалось Рхиоу, несколько часов, но солнце сегодня двигалось по небу не со своей обычной скоростью… утро все длилось и длилось, превращая реку в поток света. В середине обсуждения технических деталей того, как Сааш вернула на место поток энергии, Том неожиданно поднял глаза и сказал:

– Значит, тебя на ферме не смогли удержать?

– Что такое ферма? – с невинным видом спросил Иф и прислонился к перилам, сложив лапы на груди.

– Кхм-м… – прокашлялась Рхиоу. – Харл, ты еще не встречался с нашим новым магом. Иф, это Харл, второй советник, присматривающий за нашим регионом.

– Я прибыл по делу, и я приветствую тебя, – вежливо сказал Иф и поклонился, взмахнув хвостом, так что Арху пришлось отскочить, чтобы не оказаться сбитым с ног.

– По делу? – насмешливо протянул Том. – Ты явился на пикник!

– Это называется «исследовательская поездка», – весело сказал Иф, бросив на Арху заговорщицкий взгляд. Тот закатил глаза, всем видом демонстрируя невинность.

Рхиоу чуть не хихикнула. Иф переменился в лучшую сторону, это теперь был совсем не тот мрачный и замкнутый тип, которого они повстречали в пещере, и она заподозрила, что Арху приложил к этому лапу и собирается продолжать в том же духе.

– Так или иначе, – сказала Рхиоу обоим советникам, – ворота между мирами снова в полном порядке, и я не думаю, что следует опасаться новых неприятностей со стороны Одинокой Силы. Дерево и питающие ворота потоки энергии теперь имеют охрану, которая никогда больше ее к ним не подпустит. Некоторые ящеры еще, может быть, не знают, что она замышляла, но Иф скоро их просветит.

Иф отвернулся от проходящей по реке баржи, которую с интересом рассматривал, и взглянул на Рхиоу.

– Я все больше и больше слышу в уме, – сказал он. – Мне объясняют, что от нас потребуют Вечные Силы. Наши обязанности будут не очень обременительны. А уж объяснять моему народу, что условия жизни теперь предпочтительнее прежних, и вовсе не потребуется. К голоду мы привычны, и до тех пор пока мы не распределимся по поверхности более равномерно, мы будем помогать друг другу найти пищу… не такими варварскими способами, как раньше. А пока, – он бросил на Рхиоу смущенный взгляд, – мне нужна помощь, чтобы создать заклинание, которое бы действовало на большой территории и не требовало особого внимания, – заклинание, защищающее от солнечных ожогов. – Иф улыбнулся. – Мы ведь очень долго жили в темноте.

Все, стоявшие у перил, взглянули на сверкающую реку.

– В темноте… – пробормотал Арху, не отрывая взгляда от воды, где по случаю обновления даже не плавал мусор. – Я никогда раньше не мог смотреть на реку. А теперь могу. Я даже ничего не буду иметь против того, чтобы она стала, как прежде, грязной. Раньше я не мог приблизиться к воде, я был прикован к суше. Думаю, что больше в этом нет необходимости.

– Конечно, нет, – сказал Харл. – К тому же на молодого мага-провидца будет очень большой спрос. И в других реальностях, – он посмотрел на Ифа, – и на других планетах. Тебе предстоит много работать.

– Я начинаю привыкать, – ответил ему Арху, снова бросив взгляд на Рхиоу, – работать в команде.

Рхиоу ласково посмотрела на него и улыбнулась, распушив усы.

– Добро пожаловать, – сказала она котенку. Некоторое время все молчали. Ощущение необыкновенных возможностей было сейчас таким же отчетливым, как биение сердца. В этот момент, в этом Нью-Йорке все было возможно. Рхиоу смотрела на великолепное обновленное утро – почти такое же великолепное, каким оно было бы в Сердце Времен, – и тихо, со светлой печалью прошептала:

– Я хотела сказать тебе… Тот тунец был не так уж и плох…

Ответа она не ожидала, но стены между реальностями этим утром были и в самом деле тонкими… Откуда-то донесся еле заметный отзвук мурлыканья… где-то, в бесконечной дали, Хуха улыбнулась.

Рхиоу моргнула, потом стала умываться, чтобы вернуть себе самообладание.

Скоро ей предстоит вернуться домой и постараться стать ближе Йайху: он в ней нуждается. Рхиоу ничего не смогла бы рассказать ему о том, что видела и пережила, но ведь теперь она стала другой…

И если при этом она принесет Йайху немного ощущения близости Хухи – не такой, конечно, какой она была, но Хухи, сделавшей шаг на ступень выше, – это, наверное, ему поможет.