Деннис Маккирнан - Рассветный меч

— Как же так, Араван, ты был там, в Высшем Мире, а теперь ты здесь? Что, Разделение больше не действует?

— Нет, Ванидар, но пути крови все еще в силе. Только в образе сокола я мог перейти из Мира в Мир и только потому, что меня нес на себе этот юноша, сын…

— Бэйр! — воскликнул Серебряный Лист. — Сын Риаты и Уруса? — Он повернулся к Бэйру. — Когда я последний раз видел тебя, ты был новорожденным младенцем и…— Внезапно глаза Серебряного Листа расширились. — Ага, теперь–то я наконец вижу ответ на свой вопрос: в тебе течет кровь двух Миров.

Бэйр, улыбаясь, поднял руку:

— В действительности четырех.

— Четырех Миров? — недоверчиво переспросил Серебряный Лист.

Бэйр пожал плечами:

— Моя мать дала мне кровь одного Мира; остальное я получил по линии отца.

Серебряный Лист сощурился, озадаченный ответом Бэйра. А потом сказал:

— Тогда, юноша, объясни мне вот что: клинок, что ты держишь в руке, — это тот самый меч, которому судьбой предназначено убить самого Темного бога? А если это так, то не являешься ли ты тем самым Рассветным Всадником, пришедшим на помощь в это горестное время?

— Действительно, некоторые именно так меня и называют, — ответил Бэйр.

Серебряный Лист радостно кивнул:

— Очень хорошо, Рассветный Всадник, ты пришел вовремя. Огромная армия, нагрянувшая с Востока, свирепствует на Митгаре, гоня впереди себя толпы беженцев и оставляя за собой разрушения, болезни, мор, голод, чуму и смерть. И этому врагу помогают драконы — ну кто может противостоять этой силище?!.

— Драконы, — задумчиво вздохнув, произнес Араван. — Мы слышали об одном из них, Эбонскайте.

— Он один из многих, — сказал Ванидар. Араван нахмурился:

— Неужели многие нарушили обет?

— Похоже что так, — ответил Серебряный Лист. — Кажется, что ужасное видение Арин Огненной Колдуньи снизошло наконец на нас и стало явью.

Араван вдохнул и протяжно выдохнул; лицо его стало задумчивым.

— Какие страшные новости сообщил ты мне, Ванидар.

— Новости действительно страшные, поэтому я и спросил: этот юноша с серебряным мечом пришел, чтобы повести нас за собой по призыву Верховного правителя?

— Это правда, что он Рассветный Всадник, — ответил Араван, глядя на Бэйра, — и в руках у него Рассветный меч. Однако мы пришли сюда не затем, чтобы вместе с вами поспешить на призыв Верховного правителя, — у нас другая, и очень важная, задача.

При этих словах отказа у всех, кто собрался в центре дильванского поселения, вырвался крик протеста. И Бэйр, не веря услышанному, покачал головой и, вспоминая когда–то рассказанную ему Араваном историю, сказал:

— Вспомни кровавую резню, что видела Арин Огненная Колдунья: кровь и пламя, извергаемое драконами, опустошающее землю, вырубленные леса, чуму и страшные болезни, голод и смерть в тех местах, по которым прошла война. А в центре всего этого кошмара зеленый камень, Камень Драконов. Дядя, не эти ли бедствия и горе, надвигающиеся с Востока, предвидел Додона? Мы должны присоединиться к союзнической армии, ведь при нас Рассветный меч.

— Нет, Бэйр, — ответил Араван, — хотя меч и мог бы стать мощным оружием против врагов, но все же мы должны взять его с собой на остров близ Великого Водоворота, потому что именно там ему предназначено свершить предначертанное судьбой. Наша задача — остановить Идрала до того, как наступит Триада и он сможет открыть дорогу Гифону для возвращения на Митгар.

— Но ведь мы даже не знаем, что у этого Идрала на уме, — недовольным голосом возразил Бэйр, — мы даже не знаем, направляется ли он в действительности к Великому Водовороту, а не в какое–нибудь другое место, к примеру в Железную Башню в Гроне.

— Элар, мы должны доверять Эльмару. Он знает, о чем предупреждали руны, высеченные на стенах кристаллической пещеры. Нет, хотя Верховный правитель сейчас в опасном положении, угроза, с которой предстоит бороться нам, таит в себе куда большую опасность.

Бэйр вздохнул и мрачно кивнул в знак согласия. Он вложил меч в ножны и передвинул перевязь с ними за спину. Все стоящие вокруг эльфы тоже разом вздохнули.

Араван подошел к Ванидару:

— Иди, друг мой, и объясни собравшимся, что у нас другая задача.

— Как жаль, что тебя не будет с нами, — промолвил Серебряный Лист, садясь на коня, — у нас всего сотня клинков и сотня луков, а ты со своим копьем стоишь не меньше сотни клинков.

— Мое копье, — ответил Араван с горечью в голосе, — может быть, вообще пропало навсегда.

Ванидар озадаченно посмотрел на Аравана, но тот поднял руку, дабы пресечь расспросы, и нетерпеливо сказал:

— Ну все, Ванидар, иди. Иди на зов Верховного правителя. Если мы выживем, я расскажу тебе, через что нам пришлось пройти.

— А если мы выживем, — ответил Ванидар, — я расскажу тебе то же самое про нас. — Эльф вскочил в седло, повернул лошадь и дал знак горнисту. Прозвучал сигнал к выступлению. Оставив лишь горстку дильванов для защиты всего леса, отряд эльфов, сопровождаемый большим обозом вьючных и подменных лошадей, двинулся к острову Олорин, где они намеревались переправиться через могучий Аргон, а затем взять путь на юг, обходя Большой Откос, с которого лошади не смогли бы спуститься.

— Бэйр, слезай с коня и попроси стражу присмотреть за ним, — сказал Араван, — пойдем со мной в архив, там я покажу тебе интересную карту…

— Вот каким путем полетит Валке. — Араван провел линию из центра Дара Галион до порта города на острове Арбалин. — Это примерно триста лье. Но для тебя, то есть для Охотника, это будет тоже триста лье. — Араван прочертил линию, но теперь с уклоном на юго–восток, к Большому Откосу. Затем линия поворачивала на юг, пересекала равнины Валона, выходила к Аргонской переправе, шла дальше на юг и заканчивалась в гроте, расположенном в Тельской пещере, где покоился «Эройен».

— Дядя, а что, если Валке не сможет лететь?

— Он чувствует себя нормально, — ответил Араван, поглаживая себя по груди, — так же как и я. Далор ведь сказал, что потребуется еще семь дней для выздоровления, а сегодня уже восьмой. Валке готов подняться в воздух.

— Приятно это слышать, дядя, — произнес Бэйр с некоторым недоверием в голосе, — но, прости меня, я не совсем уверен, что это именно так, поэтому я еще раз спрашиваю: что будет, если Валке не сможет лететь?

— Тогда будет так, как я говорил прежде: я поеду верхом до Большого Откоса, спущусь с него на Валон, а это, как известно, земля, где никто не ходит пешком, — там я надеюсь без труда добыть лошадь и двинуться дальше верхом. В этом случае ты пойдешь рядом со мной, а если Валке все–таки сможет лететь, то ты скорым ходом направишься к Тельской пещере.