Марина Казанцева - Свет Дивояра

— Да ничего не знаю! Наткнулся как-то в своих странствиях на эту штуку и решил подкинуть вашему дивоярцу — посмотреть, что выйдет. Я думал повлиять на его волю при помощи этой штуки. А что, Перстень в самом деле исчез?

— Лембистор, — вкрадчиво заговорила волшебница, приблизясь к лицу Фазиско, так что он вынужден был откинуться назад, — ты понимаешь, что теперь у нас на крючке. Я не уйду, пока не получу объяснения этим странностям с Дерн-Хорасадом.

— Когда я был драконом-магом, — глухо отвечал Лембистор, глядя в пол, — я переделал одну зону наваждения под ложную — хотел заманить в неё вашего дивоярца. Вот так же я обманул его и во второй раз. Мне было нужно принудить его согласиться на мои условия.

— Как же Паф жил всё это время — разве он не был в Красном Кристалле? Кто же тогда был в этом кристалле? — удивилась волшебница.

— Я держал Пафа в состоянии магического сна, а потом Лён явился и спас его, как в сказке про спящую царевну, — неохотно отвечал Лембистор.

— Я так и думала, что здесь что-то не то, — покачала головой Брунгильда, — Да, тут ты провёл нас, демон. Здорово обкрутил. И всё же, я думаю, ты что-то скрываешь касательно этого таинственного перстня и души, заключённой в чёрном бриллианте. Слышала я кое-что о том как получаются такие камни и называются они Исполнение Желаний. И я думаю, ты, Лембистор, знаешь где берутся такие камушки.

— Я? — усмехнулся тот, — Да уж точно, я бы от такого камушка не отказался. Знать бы, где они лежат.

Валькирия перестала сверлить его взглядом и поднялась со стула.

— Хочу тебе сказать, — произнесла она, надевая капюшон, — мы следим за тобой. Я не верю в твои мирные намерения и думаю, что ты затаился неспроста — ты чего-то ждёшь.

С этими словами она покинула дом лекаря и ушла в прохладную ночь, перед самым наступлением рассвета, когда должна была начаться вторая волна переселения — в Бреннархайм.

Фазиско вытер вспотевший лоб дрожащей ладонью.

— О, лимб проклятый, чуть не прокололся! — прошептал он.

Затем глубоко вздохнул и огляделся на груду упакованных вещей. Чуть не бегом бросился он в свою одинокую, маленькую спальню, где на стуле была аккуратно повешена одежда для выхода.

Одетый в куртку с накось застёгнутыми пуговицами и неряшливо торчащей рубашкой, лекарь с усилием отодвинул большой комод у стены. За мебелью скрывалась потайная дверца стенного сейфа. Из него выгреб Лембистор мешочки с золотом, покидал всё в сумку и огляделся.

— Как жаль, — чуть иронично обронил он, — непосильным трудом нажитое добро бросаю.

А потом решительно покинул дом и ускользнул в глухую предрассветную тьму.

11 мая 2011 г.