Алла Щедрина - Право вредности

— Ты же голову ему отрубил?

— Иначе он встал бы через пару минут. А так у нас есть фора где-то полдня. Но, думаю, разумней покончить с ним сейчас.

Арика, восприняв это, как призыв к действию, направила на труп огненное заклинание. К ее удивлению, безголовое тело стало корчиться, как будто ощущало огонь. Жорот, отступивший от пылающего трупа, пинком подкатил поближе голову. Предложил:

— Отойди подальше, — и добавил в костер пару ампул. Женщина, ожидавшая взрывов, инстинктивно прикрыла локтем глаза, но огонь лишь взметнулся выше, да пахнуло жаром.

— А как определять лича не по шрамам? — уточнила Арика.

— Ты ауры видишь?

Она отрицательно покачала головой.

— Тогда — только на глаз. Выглядит как труп, коим он, фактически, и является. Лич — это некромант, прошедший через смерть. Этот явно свежеобращенный, не больше пары лет назад. С годами они ссыхаются, становятся похожими на мумии.

— Вот тебе и граничное событие двухлетней давности, — заметила Арика.

— Очень может быть.

— Значит, при желании ты тоже сможешь стать таким же чудно-красивым и не совсем живым? — подколола женщина колдуна.

— Я — вряд ли. У меня некромантия не профилирующая, а для подобного преображения нужно иметь уровень не ниже первого. Если подозреваешь, что противник — лич, наиболее рационально атаковать огнем.

— А ты почему водой?

— У меня огонь для лича слишком слабый, — сообщил колдун, ногой вороша уже догоревшие останки. — Так. Идем искать его ученика. Не думаю, что он телепортировался из храма. Скорей всего, в одной из комнат сидит.

— Это тот, который Кима ранил — ученик?

— Либо молодой маг. Ким его почти прикончил, кстати, — говоря это, Жорот направился к одной из двух дверей, не являющихся входом.

— Мага? Это как Ким ухитрился? — уточнила Арика, не отставая от колдуна.

— Тот не поставил защиту против холодного оружия. Против огнестрельного поставил, а Ким достал его ножом. Я по неопытности тоже так попадал.

Говоря это, колдун толкнул правую дверь. За ней была не комната, как Арика ожидала, а коридор. По левой стороне коридора были четыре двери, по правой — две.

Жорот уверенно прошел к третьей двери из четырех. За ней оказалось что-то вроде лаборатории — громадный стол, занимающий большую часть комнаты, полки вдоль стен, заваленые всякой алхимической дребеденью.

За столом, в дальнем углу скорчилась знакомая фигура, что-то делая. Мужчина вскинулся — вероятно, на входе стоял звоночек — рывком встал, выставив защиту. Он был без рубашки и Арика разглядела рану — где-то в области сердца. А судя по тому, что Ким профессионал, промахнулся он вряд ли… Да уж.

— Договориваться будем? — вдруг спросил Жорот. — Или предпочитаешь умереть?

— О чем договариваться? — выплюнул мужчина.

— Мне не улыбается разбираться месяцами в ваших заметках. Либо отлавливать зомби по лесам. Поможешь призвать их или упокоить — останешься жить.

— Хочешь сказать, ты меня отпустишь?

— Нет, конечно. Меньше всего мне хочется лет через пятьдесят-сто зачищать тут все заново. Отправлю в Клан, либо передам вашему правительству.

— Так это та же смерть, только отсроченная! — издевательски отозвался некромант.

— Как скажешь, — стремительный жест послал в противника ледяное заклинание. Щит некроманта рассыпался, он упал лицом вниз на столешницу.

— Он прав, кстати, — сообщил Жорот, подходя к телу и взваливая его на плечо. — На их счету слишком много жизней. И, несмотря на то, что инициатром и главным исполнителем был его учитель, его это не спасло бы, — он вынес тело в коридор. Скинув на пол, отошел подальше и запустил в тело ампулу. — Но, с другой стороны, многие согласны и на отсрочку. А мне меньше работы было бы…

Арика невольно передернулась, как от озноба. Обыденность, с которой Жорот убивал, ввела ее в легкий ступор. И всколыхнула старые страхи, до сих пор уютно дремлющие где-то на перифирии сознания.

Жорот то ли догадался каким-то образом, то ли просто понял, о чем она думает. Негромко сказал:

— Удовольствия мне это не доставляет, поверь. Но угрызений совести и жалости я тоже не испытываю — согласись, оба получили по заслугам. Да, работа грязная, но я ее выбрал сам. А ты думай — возможно, просто не сможешь спокойно убивать. Иногда раненных, беспомощных. А это необходимая составляющая боевого. К сожалению. Так, ладно, — он решительно принялся сгребать бумаги со стола в одну кучу. — Лирику в сторону, я сажусь работать. А то действительно придется неделями зомби по тайге отлавливать. А ты иди домой — отдыхать. Если что, у меня есть амулет телепортации.

— Какой еще амулет, — проворчала Арика. — Тут же щиты!

— Зато зомби уже выход не охраняют — после смерти хозяев они перестали подчиняться их приказам. Да и блокировка дверей снята.

— Кстати, ты уверен, что магов было только двое? — уточнила женщина.

— Здесь следы только их аур, — отозвался колдун, уже уткнувшийся в бумаги.

— Может, я чем могу помочь?

— Вряд ли. Ты ж в некромантии вообще не смыслишь.

— Ладно. Пойду узнаю что с Кимом.

Карина еще сидела у постели раненного. Роджер стоял рядом, похоже, выполняя обязанности медсестры.

— Ну как? — поинтересовалась женщина.

— Жить будет, — отозвалась целитель. Искоса глянула на Арику. Сообщила:

— Тебе желательно поесть и отоспаться.

Та кивнула.

— Кого это ты кровью отпаивала?

— Контур рисовала.

— И давно? — Карина заинтересованно подняла брови.

— С полчаса.

— Гм-м… Твое Умение — это нечто. Классический маг лежал бы пластом — при такой-то кровопередаче на заклинание.

— Знаешь, я тоже не особенно бодрая, — проворчала Арика.

— Однако ходишь и даже не спотыкаешься при этом, — Карина наконец встала, сообщила Роджеру:

— Он проспит до завтрашнего утра. Не будить. Завтра постельный режим, будет возмущаться — хоть привязывай. Я с утра наведаюсь. Если что — вызывай, — она повернулась к Арике, — Тебе советую отлежаться хотя бы пару дней.

Арика кивнула. Дождавшись, пока Карина исчезнет в овале телепорта, женщина повернулась к роботу:

— Извини. Пожалуйста, принеси какой-нибудь еды, я посижу здесь пока. В смысле, на двоих.

— Я понял.

Роджер вернулся с большой корзиной, вручил ее Арике.

— Пойдет?

— Спасибо. У нас все нормально, Жорот с бумагами разбирается.

Она вышагнула в храме, с трудом доволокла корзину до лаборатории. Тронула колдуна за руку.

— Да?

— Поешь, пожалуйста. А то я тебя знаю, опять забудешь обо всем не свете.