Сергей Плотников - Паутина Света

В написанном было мало общеупотребимых терминов — хоть какая-то систематизация магической науки началась в Европе четырнадцатом веке нашей эры, а Гримуар явно относился к 4–5 векам после рождения Христа. Причем, судя по стилю, и он не был первоисточником в прямом смысле этого слова — маг в нем словно сводил воедино разрозненный опыт древних, причем напирая на то, что выстроил единую «теорию»… Понятно, за что эту «беллетристику» невзлюбили церковники и многие маги, «добрые христиане», неоднократно пытаясь сжечь. Сам томик в коже и серебре работал как амулет средней силы: в зарытом виде страницы от превратностей судьбы более-менее надежно защищала магия, в открытом — потихоньку сосала энергию из мага, собирая себе запас для само-поддержания. Немного — Тернер хватило повозиться с материалом неделю. Была надежда, что «отожравшись», амулетная штуковина подаст дополнительный знак, являющийся ключом к втиснутому на страницы ритуалу… но нет. Книга молчала, как бы намекая — «умный поймет»: в отличии от более поздних пособий по алхимии и другим «магическим» направлениям деятельности, ранне-средневековые источники редко шифровались специально. Или если шифровались — то не иносказанием, породившим в последствии несколько «кодунских» и «алхимических» «письменных диалектов» — а тупо впрямую: перестановкой букв, заменой последних на собственноручно выдуманные значки и прочее. «Супермагическая» книга, таким образом, вообще не была шифром — ее просто нужно было понять. По уровню «разжеванности» текста становилось понятно, что давно почивший создатель фолианта полагал не самый высокий уровень образования читающего… но Ри вообще ничего не понимала! И теперь приходилось, опираясь на редкие опознанные термины еще римской школы магии, урывшись в словари, монографии, более поздние описания и собственные накопленные записи пытаться понять… хотя бы — с какой стороны начинать «копать». Благо — под руками была школьная библиотека.

За два месяца непрерывного поиска упертой магичке начало казаться, что она занимается своими изысканиями чуть ли не вечность — отрывая время от сна, от вечерних посиделок с «подругами» и посылая нафиг необязательные занятия Тернер вникала, рылась в архива, снова вникала… дошло до того, что она даже красится перестала! Не замечала залегшие под глазами легкие темные круги. Разгадка была так близка, так желанна… поймать бы хоть какой-то хвост! И — как это часто случается в жизни — упорство оказалось вознаграждено. Помог случай.

Интерлюдия 38

Великобритания, БМА. Малый Библиотечный Кабинет номер шесть

Куэс Джингуджи, Риана Тернер

Молодую женщину, склонившуюся над сверх-толстой «аналогией мифов», Риана сразу отметила — во-первых, волосы ее, в отличии от Тернер прямые, были рыжие (фу, краска! — присмотрелась ведьмочка), а во-вторых на плечах не было своеобычной для преподавателей мантии. Нет, конечно мантии носили далеко не все — но во время занятий и при посещении «присутственных мест» вроде библиотеки их обычно одевали. Хотя бы потому, что отапливалось книгохранилище заметно слабее, чем остальные помещения (а летом — еще и охлаждалось — бумага любит режим! И не только бумага). Кроме того, многажды воспетый и столько же раз высмеянный «балахон: роба мага» неплохо заменял куда позднее придуманный «белый халат ученого» во время лабораторных работ. Магия-магией, а продырявить любимые шмотки кислотой, например, или прорезать скальпелем (не говоря уже о банальном меле/краске/крови) — довольно просто. Так что лучше уж балахон…

… женщину Тернер, разумеется, сразу же выкинула из головы — ну читает и читает, пустили — значит можно. Впрочем, по древней привилегии любой из учеников, закончивших БМА, мог вернуться в Alma Mater и даже пожить в общежитии студентов как в гостинице (несколько дней — бесплатно, потом за деньги): несмотря на то, что словосочетание «студенческое братство» уже давно потеряло актуальность, некоторые введенные века назад правила все еще продолжали выполняться натурально, не оставаясь мертвой типографской краской на студенческих контрактах… В числе «в живых» оставалось право на использование библиотечного ресурса Академии бывшими студентами: далеко не пустой звук для тех магов, которые собственными источниками информации о магических манипуляциях не обладали. Достаточно сказать, что многие семьи (из тех, что в теме разумеется) отправляли даже фактически бесталанных детей, имеющих самые крохи маны от источника учиться в БМА…

— …Хлоп!

Риана, битый час пытающаяся продраться через дебри очередного философско-магического понятия (что бы вы все сдохли, пустозвоны от колдовства!) с легким раздражением подняла глаза. Впрочем, раздражение тут же было вытеснено любопытством — не каждый же день видишь Куэс Джингуджи притащившую стопку Кратких Хроник выше собственной головы!

— Эм… Ку?

— Привет. — Джингуджи-химе скептически оглядела неустойчивую конструкцию из томов-«альбомов» формата А4 и толщиной в девичье запястье… и мастерским жестом выхватила самый нижний. — Я не помешаю?

— Нет, стол большой. — Хмыкнула Тернер и, не удержавшись, полюбопытствовала. — И еще мой кружок называют «книжными задротами», ха. Ты реально собралась все это читать?

— Нет, нужно найти кое-что…

— «Кое-что» среди «всего» в «Хрониках» найти довольно сложно. — Рыжая ведьма знала, о чем говорила: кому как не Риане приходилось раз за разом давиться книжной пылью, выискивая скупые описания событий… и итого этих событий — очень помогает не вляпаться с очередным «экспериментом» с непроверенным ритуалом, знаете ли! Не курицам же из кружка «Сжигателей запрещенных Гримуаров» доверять?

— В оцифрованной части архива я уже искала. — Носящая-полумесяц быстро-быстро листала предметный указатель, сам по себе занимавший тридцать листов на том.

— М-да. — Скептически наблюдая, как подруга проводит пальцем по нужной странице с определителями и номерами страниц, Риана позволила себе недоверчивую гримаску. — Ты так долго искать будешь. Не хочешь попросить… хм, Алекса? Его с архивами и каталогами специально обучали работать. Как-никак — одно из профильных занятий рода…

Рыжая знала, что говорила — ей эти весьма специфические навыки преподал отец. Она бы и сама с радостью помогла «принцессе» — Джингуджи отлично умела отдавать долги, но — оторваться от своего поиска? Выше ее сил, определенно.

— Нет, спасибо, я лучше дольше, но сама. — Со странным выражением лица отказалась Куэс.