Евгений Малинин - Драконье горе

– Что?! – опешил бедный Демиург.

– То, что слышал! – нагло ответил я и вернулся к прерванной трапезе.

Дракон немного подумал и, видимо, решил, что ссориться со мной не стоит. Он коренным образом сменил тон и принялся меня уговаривать:

– Ладно, Человек… Сэр Владимир… Извини за «сквота», погорячился… Но и ты меня пойми, представь, что твой ребенок пропал, и ты его почти год разыскиваешь!…

– Не могу, – перебил я его. – Я детей пока не имею…

– Ну все равно! – махнул он здоровенной когтистой лапой. – Есть же у тебя воображение! Представь, каково мне было и… есть!

– Слушай! – снова перебил я его нетерпеливо. – Я что-то не пойму, какие проблемы?! Ты возвращаешь мне Юрку, и мы сразу же занимаемся твоим горем!

– Но… – Он очень нехорошо замялся… Настолько нехорошо, что у меня похолодело внутри!

– …Понимаешь, я не могу… это… доставить тебе твоего друга…

– Почему?… – Я едва сдерживал себя, чтобы снова не сорваться в крик. – Разве ты не хозяин этого Мира?!

– Хозяин, хозяин… – как-то не слишком убедительно ответил дракон. – Но твой Юрка находится в руках графа Альты, в его замке, а я дал слово не вмешиваться в дела сквотов…

– А ты и не вмешивайся! – воскликнул я. – И это вовсе не «дела сквотов», это мое дело!

– Нет, ты не понимаешь! – Он закрыл все три пары глаз и покрутил всеми тремя головами. – Я не могу нарушить собственное слово, иначе я перестану быть Демиургом!

«Вот так!… – ошарашенно подумал я, и следом за этим у меня мелькнула совершенно другая мысль. – Классно было бы ввести такое ограничение для наших, земных депутатов, президентов, премьер-министров и прочих… избранников!»

– Но ты же сам во время нашего предыдущего разговора обещал графа Альту… как это… – Я почесал затылок, припоминая. – Ах да, уничтожить, испепелить, стереть в порошок! Может быть, ты этим займешься? А после твоего наказания, ведь граф заслуживает наказания, и это не будет «вмешательством в дела сквотов», так вот, после твоего наказания Юрка станет свободным, и я совершенно спокойно смогу его забрать, опять-таки, не вмешиваясь в дела твоих милых сквотов!…

И снова этот хваленый Демиург нехорошо замялся и его прекрасные янтарные глаза забегали из стороны в сторону:

– Понимаешь… я опасаюсь немедленно… э-э-э… применять санкции к этому графу…

– Ты что, его боишься?! – изумился я.

– Да ты что?! – возмутился Демиург. – Но, видишь ли, вполне возможно, что он связал заклятием собственную жизнь с существованием… э-э-э… выброшенного из Мира… объекта. И если теперь я уничтожу этого сквота, с Кушамандыкбараштатуном может…

– Понял!… – кивнул я и замолчал.

Несколько секунд в столовой стояла тишина, а потом…

– Ну так что?… – жалобно поинтересовалась жертва обстоятельств.

А что я мог ему ответить?

– Тебе придется ждать, когда я освобожу Юрку сам…

На мое удивление, он не стал со мной спорить, давить на жалость и уговаривать меня. Вместо этого он перешел к делу.

– Какая тебе понадобится помощь?

– Ну… – Я на секунду задумался. – Сам ты на моей стороне выступить не сможешь, хотя это было бы… убедительно. Значит, постарайся как можно быстрее переправить меня и моих спутников поближе к замку Сорта… И было бы неплохо… вернуть Крохе ее… э-э-э… возможности. Да, еще одно… Видишь ли, мне, наверное, придется рассказать графу Альта, где я тебя нашел и… какие у тебя габариты, так что ты, на всякий случай, поостерегись. Ну а больше, пожалуй, ничего…

Дракон кивнул сразу тремя головами и заревел:

– Грокл!!!

«Если Грокл завтра исчезнет, этот Демиург станет совершенно беспомощен!» – подумал я.

– Слушаю, хозяин, – раздался голос Тени, хотя ее самой не наблюдалось.

– Пригласи сюда фею Годену!…

Буквально через минуту в зал вплыл призрак Крохи и раздался ее тихий мелодичный голосок:

– Ты звал меня, повелитель?…

– Да. – Левая голова дракона повернулась к ней. – Твой новый… подопечный и в самом деле благородный сэр. Он со вчерашнего дня умоляет меня вернуть тебе твой настоящий облик и твою силу…

«Умоляет!… – насмешливо подумал я. – Софист!» – но спорить с формулировкой Демиурга не стал – в конце концов, дело важнее… формулировок.

– Я решил удовлетворить его просьбу…

– Не надо, повелитель! – неожиданно воскликнула фея.

– Почему?! – удивились мы с Демиургом.

Призрак медленно приблизился ко мне, и я вдруг увидел на его личике… слезы. Кроха долго вглядывалась мне в лицо, а потом сказала:

– Я… я боюсь, сэр Владимир, что ты разочаруешься, увидев меня в моем настоящем обличье!… Я… не хочу терять твою любовь!…

Поднявшись со стула, я ответил дрогнувшим голосом:

– Моя любовь к тебе не зависит от твоего облика… Ты всегда будешь для меня самой лучшей, самой милой, самой… Но ты должна стать собой, я знаю, как это важно для тебя… и для меня тоже!…

Хотя в голове у меня крутилась мыслишка «Лучшее – враг хорошего…»

Призрак снова долго молчал, а потом, вздохнув, прошептал:

– Хорошо, сэр Владимир, твое желание для меня закон!… – И, повернувшись к Демиургу, добавил: – Я благодарю тебя, повелитель, за твою доброту и щедрость!…

Она отплыла от стола и остановилась у самой стены. Демиург поднял лапу, на которой блеснули черные когти, и проговорил нечто непонятное. Со среднего когтя сорвалась оранжевая искра и стремительно понеслась к призраку. Через мгновение оранжевое сияние окутало призрачную фигуру, превратив ее в бесформенный, постоянно меняющийся оранжевый ком. Я смотрел на происходящую трансформацию, открыв рот. С минуту этот ком ворочался, словно внутри него происходила какая-то борьба, а потом он вдруг начал осыпаться на пол твердеющей оранжевой шелухой. А из-под этой шелухи показалась!…

Я никогда в жизни не видел такой красоты и, наверное, уже больше никогда не увижу! Высокая, белокурая женщина, лет двадцати пяти, с чуть удлиненным матово-бледным лицом и яркими синими глазами под темными ресницами, одетая в открытое длинное, до пола, белое платье, украшенное кружевами, с некоторым испугом смотрела на меня. В ее руке дрожала небольшая, тоненькая блестящая палочка, украшенная крошечной сияющей звездочкой.

Несколько секунд в комнате висела звенящая тишина, а потом раздался знакомый голосок Крохи, звучавший, правда, глубже и мелодичнее:

– Ты разочарован, сэр Владимир?… Фея Годена нравится тебе гораздо меньше малютки Крохи?

Ее голос словно пробудил меня к жизни, я стремительно подошел к ней и, взяв ее руку, припал к ней губами.

– Благоро-о-о-дный сэр!… – раздался позади меня чуть насмешливый голос Демиурга, в котором тем не менее чувствовалось явное одобрение.