Илья Гутман - Возвращение Утренней Звезды

Маги остолбенели, а Феникс продолжила развивать свои идеи. Оказывается, это самое бессмертие — лишь первый шаг в войне со смертью. Следующим важным шагом должно стать воскрешение всех, кто уже умер — мол, нужно отвоевать у Смерти все её жертвы до единой. Причём под воскрешением не подразумевалась некромантия — нет, Феникс планировала полное восстановление всех отживших существ в их первоначальном виде.

Нечего и говорить, что весь Совет был в ужасе. Павшую волшебницу попытались уничтожить прямо на месте — но не тут-то было: выяснилось, что она действительно овладела какими-то странными силами. Феникс даже почти не защищалась, но ни одно заклинание не могло её убить. Даже ритуал полного развоплощения, проведённый объединившимися магами, не помог. Самое страшное, что заклинания действовали — то есть волшебница не отражала их и не пользовалась никакой защитой. Подействовало и развоплощение, только не прошло и пары мгновений, как Феникс возродилась из праха. А потом она прожгла дыру в ткани реальности — и вновь покинула наш мир, пообещав, что вернётся, когда мы будем готовы воспринять её «гениальные» идеи.

Всего через год началось Первое Вторжение из империи Укбуфур. А затем… затем боги разгневались на нас. И за то, что часть Перворождённых сражалась на стороне демонов, и за порабощение младших народов. А Феникс выступила в роли карателя. Она окружила весь мир огненным барьером, сжигающим любого, кто пытается пройти без её разрешения. Эта стена пылает до сих пор, сильно ограничивая наши магические способности. К тому же Феникс запретила нам вмешиваться в ход истории мира, пообещав испепелить каждого нарушителя запрета…

Гнев позволяет наиболее эффективно использовать мощь Хаоса. Зная об этом, Ларри специально вызвал у себя вспышку ярости, перейдя в контратаку.

— Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому, дура! — рявкнул он, отбрасывая клинок Зарины ударом Аморильона. Меч с неприятным скрежетом скользнул вдоль лезвия, срубив часть гарды и покалечив кисть руки намейры. Взмах Зариндуилом, воздух взвыл, не успевая расступаться перед стремительно летящим лезвием — и пылающий клинок обрушился на плечо Зарины, отрубив ей левую руку. Одновременно паладин отбросил намейру мощным пинком, добавив ещё и разрядом хаотической молнии.

Зарина отлетела к противоположной стенке. По сонму теней прошла лёгкая дрожь и пронёсся возбуждённый шёпот. Духи Хаоса сменили ритм пляски, окутывая упавшую девушку, которая мгновение спустя поднялась на ноги как ни в чём не бывало. Она даже не выронила меча, из ужасной раны не вытекло ни капли крови, да и боли намейра похоже не чувствовала. По её лицу расплылась довольная полубезумная улыбка.

— Что я вижу? — восхищённо произнесла Зарина. — Тёмные силы совершенно не покинули тебя, Арастиор! Сражаясь с тобой, я вновь ощутила их! — в её голосе звучало искренне восхищение. Ларри невольно поёжился.

— Я — Ларратос, — мрачно ответил паладин, вновь поднимая клинок. — Я больше не Арастиор. Переходи обратно на мою сторону — и я всё прощу.

Ответом ему стал звенящий смех, подхваченный тенями.

— Ты сам-то хоть понял, какую глупость сказал?! Ты — Арастиор, Баал Хариб! Ты — владыка шеддитов — по праву рождения! Именно ты должен править Масхоном, а не Хаммон!

— Править, править, править, править, — оживились тени, вновь формируя пару чёрных крыльев вокруг девушки. Ещё несколько теней, уплотнившись, опустились на её плечо, образуя подобие когтистой призрачной лапы.

— Признай свою истинную сущность, — продолжила Зарина, — и вместе мы будем править Масхоном — как в старые времена! Даже более того — мы будем править всем Вестландом, что Хаммон уже завоевал — он завоевал Вестланд для нас! Он станет нашим, после того, как мы его убьём! — глаза намейры пылали торжеством.

— Нет, Зарина! Я отвергаю сторону Хаоса! Я больше не стану её рабом!

Вспышка гнева.

— Так умри же, безумец!

— Безумец? Безумец? — неуверенный шёпот духов.

Зарина метнула клинок из Небесной стали в Ларратоса. Тот попытался отбить его — но меч, столкнувшись с Аморильоном, взорвался. Ларри едва не лишился сознания, потеряв свой щит и один из мечей. В себя он пришёл уже возле стенки под аккомпанемент довольного хохота Зарины и возбуждённого гула духов.

— Может, всё-таки сдашься? — прохрипел Ларри, стирая кровь с лица и медленно поднимаясь на ноги. С каждым мгновением силы возвращались к нему, а намейра осталась вообще без оружия: тени гоняли по залу тоненькие струйки дыма — всё, что осталось от клинка.

Зарина улыбнулась, чуть облизнув губы, медленно-медленно вытянув теневую руку вперёд. Коготь указывал прямо в грудь Ларратосу.

Паладин лихорадочно выставил щит, вскинул Зариндуил и постарался захватить как можно больше хаотических эманаций, почувствовав чудовищный выхлоп Хаоса. Зал наполнился яростным шипением. Тени замерли… а потом чёрным стремительным потоком обрушились на Ларратоса. Зариндуил протестующе вспыхнул и зазвенел, отражая атаку. Ларри прижало к стенке, он усилием воли увеличил пламя меча до предела, отражая волну враждебной силы.

Зарина хохотала как сумасшедшая. Ларри, превозмогая Хаос, отлепился от стены, двинувшись к намейре. Зариндуил мелко дрожал, отдаваясь противным гудением. Бешеный поток теней норовил смести паладина, клинок вырывало из рук, мотало из стороны в сторону. Тени гибли тысячами — но возрождались десятками тысяч. Их поток казался бесконечным. Некоторым духам удавалось пробиться сквозь заслон, но они сгорали в хаотическом щите. Шаг. Ещё шаг. Напор теней всё возрастает. От непрекращающегося хохота Зарины кружится голова. Но с каждым шагом противница всё ближе. Ещё немного… Ещё чуть-чуть… Перед глазами всё расплылось. Впереди маячит неясное пятно — и две багровые точки. Ларри отмахнулся мечом почти наугад — но, видимо, попал: поток резко ослаб, тени ринулись в разные стороны.

Мгновение тишины.

Звук, как будто упал походный рюкзак.

Стон.

Внутреннее зрение резко включилось — и Ларри увидел Зарину, стоящую на коленях, всю в крови.

— Сдаёшься? — хрипло выдохнул он, пошатнувшись.

Ещё одна волна силы. Тишина разлетелась в клочья, в лицо пахнуло порывом ветра, а воздух наполнился мечущимися тенями.

— Н-нет, — пролепетала Зарина. Ларри облегчённо вздохнул: голос намейры звучал абсолютно нормально. Но, как оказалось, радоваться ещё рано. — Тогда убей меня! — исступлённо выкрикнула девушка. Её глаза вновь засветились багровым, а лицо исказилось в безумной гримасе. — Я не хочу быть должной тебе жизнью дважды! Забери свой долг!