Диана Дуэйн - Книга Лунной Ночи

Древняя Змея тихо зашипела, разворачивая свои кольца.

– Глупец, – сказала она; гнев так открыто и не прозвучал в благозвучном голосе. – Глупец, порождение народа глупцов. Верно было сказано, что ты слишком долго оскверняешь собой этот мир. Но я положу этому конец…

– Слишком поздно, Змея, – сказала Рхиоу-Иау. – Выбор сделан.

Все вокруг начало меняться. Равнина стала менее каменистой, поток энергии – менее угрожающим и своевольным; он сделался похож на реку, в которой огонь струился как вода. Рхиоу, увидев это, обрадовалась; теперь она ясно видела, что так и должно быть: Река Огня и должна протекать у корней Дерева, на месте древней Битвы, где души всего Народа рано или поздно пройдут через свой выбор; это было то место, где родилась великая Игра – хауисс. Она должна послужить напоминанием тем, кто будет приходить сюда между жизнями, что выбор может быть не окончательным, что в мире много работы – не в глубинах прошедших времен, а в глубинах грядущего. Впрочем, время не казалось больше таким уж бездонным…

– Перемены для них начались, – сказала Ааурх, медленно выходя вперед. – Ты можешь уничтожить всю эту расу, и все равно у ящеров появились возможности, которых они никогда не получили бы, если бы не этот их сын, их отец, выбравший для них новый путь. Теперь этот народ пойдет своей дорогой.

– Они умрут! – прошипела древняя Змея.

– И чья же в том вина? – сказала Саррахх. – Многие века не будешь ты знать, во что они превратятся. А пока тебе следует позаботиться о собственном превращении.

– Древняя Змея, – воскликнула Иау, – выходи на бой! Сегодня твой последний день… до нашей следующей битвы.

Змея еще больше отползла от Дерева; Рхиоу с опозданием поняла, что это отступление было всего лишь тактической уловкой. Чудовище кинулось на четверку противников; его огромное тело обрушилось на них, как гигантское дерево, в окружении сверкающих молний.

То, что начало происходить после этого, Рхиоу воспринимала с трудом. Четверка воителей кинулась на древнюю Змею; клыки сверкали, там, где в противницу вонзались когти Урруа, ослепительно вспыхивала плазма, Ааурх и Саррахх обрушивали на Одинокую Силу пламя. Как и Хаат, та тут же исцеляла себя. Четверка продолжала нападать, и энергии схватки хватило бы, смутно подумала Рхиоу, чтобы уничтожить целые континенты, а то и испепелить поверхность не слишком большой планеты. Рхиоу дралась так же, как сделала бы это в собственном мире: кусалась, царапалась, получала раны. Однако ужасная боль от них несла в себе триумф, а насилие было исполнено величия. Эта битва много раз происходила в прошлом и много раз случится в будущем… хотя на этот раз в ритуале оказались некоторые небольшие изменения.

Впрочем, одно из них нельзя было назвать небольшим, и Рхиоу смотрела во все глаза. Неожиданно среди них появился пятый воитель; Саррахх рассмеялась от радости и с новым пылом кинулась в битву рядом с ним; остальные вскрикнули от изумления. Это тоже была змея, такая же огромная, как и их противница, но не темная, а сияющая – каждая ее чешуя сверкала бриллиантовым блеском. Сияющая змея подняла свою огромную голову и вонзила клыки, подобные протуберанцам звезды, в тело древней Змеи и стиснула ту в смертельных объятиях.

Рхиоу неожиданно вспомнила о посохе в руках бога эххифов на крыше Гранд-Сентрал: посох обвивали две змеи.

Как они узнали? – подумала Рхиоу. – Как удалось догадаться об этом эххифам, когда даже мы никогда…

Сияющая змея начала одолевать темную; та извивалась и билась, заставляя весь мир содрогаться… И Дерево начало клониться к земле.

– Скорее! – воскликнула сияющая змея. – Рана! Ее следует исцелить!

– Снова должна пролиться кровь древней Змеи! – изрек Урруа, и Рхиоу-Иау увидела, как он поднялся на задние лапы и взмахнул мечом. По крайней мере в древности, слыша рассказы о Битве, эххифы называли это мечом… На самом же деле Урруа держал в лапе ослепительно сверкающую гиперструну, в сотни раз более тонкую, чем волос. – Не дай ей сбежать, Иф! Много времени это не займет. Да, вот так!

Древняя Змея взвизгнула – ее голова, отсеченная от тела, покатилась к Дереву, орошая кровью его корни. Кровь потекла в Реку Огня, окрасив ее волны, – как и много раз до того…

Из обезглавленного извивающегося тела кровь хлынула в рану на стволе Дерева. Дерево содрогнулось и застонало, и небо и земля подхватили его крик.

Потом стон стих. На глазах победителей рана стала медленно закрываться. И так же медленно тело древней Змеи начало растворяться во тьме, пока от него не осталось ничего, кроме нескольких блестящих между камнями чешуи. Дерево стояло целое и невредимое.

В наступившей тишине пятеро победителей посмотрели друг на друга.

– Мы снова остались одни? – спросил Арху, в недоумении озираясь: и его тело, и тела остальных не обрели своего прежнего вида.

Рхиоу прислушалась к своему рассудку, но услышала только себя…

– После всего, что случилось, – ответила она Арху, – сомневаюсь, что хоть кто-нибудь из нас когда-нибудь сможет быть уверен, что остался один… Но тише определенно стало.

– Намного, – улыбнулась Сааш. – Иф, ты прекрасно поработал.

Сияющая змея моргнула. Мгновением позже Иф обрел свой прежний вид, хотя огонь, горевший в его глазах, похоже, не собирался гаснуть.

– Мне сказали, – заговорил он, – что испытание я выдержал. – Он ударил хвостом. – И еще мне сказали, что нередко подробности этого представляются… расплывчатыми.

Рхиоу усмехнулась.

– То, что случилось со всеми нами, – сказала она, – связано с моим испытанием, той его частью, которая оставалась незавершенной. Подробности представляются расплывчатыми, говоришь? Я пыталась разобраться в них не один год… Однако я думаю, что наша работа здесь закончена.

– Осталось только одно, – ответила ей Сааш. – Давайте вернемся наверх…

Рхиоу заморгала. Они тут же оказались в огромной пещере, у «озера», образованного перехваченным потоком энергии. Урруах огляделся и тихо выругался.

– Я же говорил, что здесь все легко поддается изменениям.

– Возможно, это сделал я, – сообщил Иф. – Я еще плохо понимаю природу пространства. Это то место, куда вы хотели попасть?

– То самое, – ответила ему Сааш. Она помедлила, глядя на балконы, где ящеров теперь было гораздо меньше, чем раньше. – Думаю, что смогу вернуть цепь в прежнее состояние и не дать энергии вырваться на свободу и все здесь уничтожить. – Она наклонилась и собралась погрузить лапу в озеро.

– Это безопасно? – спросил Арху. Сааш улыбнулась ему.

– На этот раз вполне безопасно. Смотри.

Она коснулась лапой холодного потока света, потом выпрямилась и отодвинулась от берега. Жидкий огонь начал медленно тянуться вверх, как саженец, вырастающий из земли; деревце становилось толще и выше, выбрасывало ветки и веточки, уходившие в глубь камня стен и потолка пещеры. Потом все дерево содрогнулось, как под порывом ветра, и потоки энергии потекли по положенным им руслам. Озадаченные ящеры поспешно отбегали в стороны: струи огня пронизывали камень, как нож – масло.