Алсана Злолотце - Линия Между

— Все, — тихий, но уверенный голос ведьмы отвлек графа от размышлений, — приехали. Дальше пойдем пешком.

Несколько дюжин шагов по снегу, оказавшемся на проверку куда глубже, чем представлялось. Сначала вперед, а потом вдоль скал правее. Без остановок и размышлений — дриада задала такой темп, что не очень-то расслабишься, а отставать не хочется. Или нет, хочется: слишком уж как-то тяжело дышится, слишком уж как-то в животе пусто, а в голове странно. Что-то творится сейчас такое, от чего держаться бы подальше. Зачем смертным лезть в дела небожителей? Только под ногами мешаться.

Дерлесский укорил себя за боязливые мысли. Что значит «зачем»? Таисс же лезет, а ведь она очень даже смертная. Или нет? Какая-то слишком другая она сегодня. Сама не своя.

Но в любом случае, раз уж подвязался во все это — нужно идти до конца. Даже если этот конец выглядит устрашающе близким, а от предполагаемого места развязки несет хуже, чем от выгребной ямы в летний полдень.

Запах гнили и разложения был настолько силен, сто идти приходилось, хорошенько закрыв нос рукавом. Да и то вонь не исчезала, а лишь ослабевала.

После полуторы дюжины шагов отряд спасителей аргентского королевича уже было решил, что чем глубже в храм, тем хуже ароматы, и приготовился стойко вынести удар судьбы, но тут к тлену примешался «побочный эффект магии» — смесь запахов раскаленного камня, болотной жижи, горящего дегтя и чего-то неопределимого. Еще подюжины шагов вперед — и магия полностью перебила изначальную вонь.

«Схема Каоля почти готова к активации», — снисходительно пояснил Лао, пока Таисс с наслаждением втягивала носом эти сомнительные, но куда более приятные миазмы.

— Высокие, я уже думал, что нам до самого конца этой вонью дышать придется! — с облегчением выдохнул Мар, по примеру ведьмы убравший руку от лица. — Удивительно, как меняются потребности человека. Раньше я бы ни за что в жизни не стал бы дышать таким…

— Ну, это тоже не ночные фиалки, — заметил Арлес. — Но все равно лучше. И для нас, и для королевича.

Таисс отвлеклась от внимательного изучения камня под ногами.

— В каком смысле?

— А ты представляешь, каково это — столько дней здесь сидеть? Кстати, твой брат любит подземелья?

Дриада задумалась. Потом пожала плечами

— Вряд ли.

— Тогда нам следует поторопиться. В ответ на нелюбовь подземелья иногда сводят с ума.

Королевна одарила loo» len испепеляющим взглядом.

— Почему ты раньше-то молчал?!

— Ну мне-то внизу уютно, — вампир чуть виновато качнул головой. — Так что я только сейчас посмотрел на Велемира и подумал…

— Велен, ты как себя чувствуешь? — сложить вместе альту и ясвень, то есть слова клыкастого и стихийную направленность ар-принца, оказалось несложно. Марианн только озвучил мысленный вопрос, который Таисс задала на долю мгновения раньше.

«Ох ты, ах ты! Может, еще нос ему потрогаешь и удары сердца посчитаешь?» — издевательски заметил Лао, но королевна заткнула его усилием воли

Не развалюсь, — сдавленно прорычал маг. И добавил, почувствовала всплеск радости со стороны невесты: — И что смешного?

Необходимость сопротивляться давлению подземелья заставляла ар-принца все больше и больше концентрироваться на своих магических способностях, а значит и вытряхивать человеческое из-под звериного. Конечно же, Таисс не могла не радоваться. Но Лао вовсе не горел желанием что-то объяснять.

Тебе показалось, — сдержать посланную Стражем мысль королевне на этот раз не удалось.

Таисс! Что, встречные ветры, происходит?! — рявкнул Велемир с почти человеческой эмоциональностью. От такого «почти как раньше» Таисс вздрогнула и обернулась, готовая увидеть напротив родное лицо, но за спиной по-прежнему стоял Мирро.

Таи? — повторил маг. — Что с тобой творится?

Ничего. Тебе показалось.

«Я не собираюсь вмешивать тебя в почледствия моих излишне теплых отношений с богами и демонами», — но это уже только себе.

Велемир было замолк, но после небольшой паузы категорично заявил:

Если ты думаешь снова сбежать «для моего же блага», то у тебя ничего не выйдет. Второй раз я тебя не отпущу.

Я никуда не убегаю.

Мне кажется, что даже в страдне ты была ближе.

Мне тоже, — горько огрызнулась девушка.

Их молчаливую грызню прервал Марианн. Граф зябко повел плечами и нарочито громко вопросил:

— Давайте подумаем, где искать королевича?

— А чего его искать-то? — удивился вампир. — У вас же есть такой замечательный я.

— Особенно обрадуется Эрдон, — Мар хотел было потрогать стену, но в последний момент передумал. — Украли вроде как человеческого наследника, а вернулся вампирий.

— Сдался мне этот трон, — отмахнулся клыкастый. — Особенно аргентский.

— Да уж, Северный Престол привлекательнее, как ни крути…

— Арлес, ты чем его унюхал? — влезла в диалог дриада. Лао в очередной раз фыркнул, мол, а я и такое умею, и ты умеешь тоже, и если бы была умной девушкой, то не мучилась бы сейчас вопросами.

— Нюх в этих ароматах бессилен, — успокоил len» loo клыкастый. — Я кровь чувствую. Вернее, три.

— Чего три? — не понял граф.

— Три крови. Одна мертвая, вторая полумертвая, а третья живая. Полагаю, живая — это и есть Рэмиар.

— А полумертвая?

— Некромант, — за Арлеса ответила Таис. — И все они примерно в одном месте, я полагаю.

Вампир нахмурился.

— Не знаю… Нет, не могу сказать. Живую чувствую отлично, до трех шагов туда-обратно, а остальные… Может, схема глушит. Не знаю.

— Не оправдывайся, — оборвала его Таисс.

— В любом случае ловушка, я правильно понял? — уточнил Дерлесский.

Девушка кивнула. Знать бы еще, какая, хотя что тут знать-то. Для замыкания схемы Каоля нужен живой маг, а какой именно — не столь важно. Вряд ли некроманту известно о Страже, решившем пока не расставаться со смертным телом, значит, удар опасен и для Велена. А то и рассчитан на него: Ветер как ни как Первая Стихия.

Оценив два вопросительных и один выжидающий взгляды, королевна вытащила из ножен меч.

— Лично у меня нет никакого желания в нее попадать. Так что пойдем тихо и осторожно. Арлес, я рассчитываю на тебя.

Прикрой нас, пожалуйста, — добавила она про себя. Волк молча отошел на несколько шагов назад. Ему тоже явно не понравилось наличие в храме мертвой крови.

Скорость, с которой приходилось двигаться, угнетала. Казалось, улитки добрались бы до цели быстрее. Но чувствовать себя мышами, купившимися на дармовой сыр, не хотелось никому. Потому и шли вперед только тщательно этот самый перед проверив. Пока проносило.