Светлана Графная - Монета встанет на ребро

Лир философски пожал плечами, с высоты мужского всепрощения промолчал и отправился следом за мной.

В пещерах было сыро, грязно и скользко. Даже ведьминский взгляд выхватывал из темноты только куски темных, на совесть закопченных сотнями факелов стен и обрывистый пол, в щели которого то и дело пытался попасть каблук, страстно, видимо, желая там на веки вечные и остаться. Арлирриг терпеливо шел следом, ни разу не запнувшись, не споткнувшись и неизменно поддерживая меня под локоть, когда я оступалась.

– Пахнет сырым и затхлым подвалом, - поделилась впечатлениями я после недолгого осмотра. - Или склепом.

– Тебе видней, - со смешком согласился виттар и, видя мое недовольное непонимание, пояснил: - Как профессионалу. Склепы там всякие, урочища с упырями, неспокойные кладбища…

– И упокоением отдельных антиобщественных элементов тоже не брезгую, - веско просветила я вельда, медленно приходя к унылому выводу, что пробраться по лабиринтам к другим пещерам нам уже не удастся: грязь под ногами скользила, не давая забраться ни в один мало-мальски приличный лаз, так что оставалось только плюнуть с досады и оставить осмотр до лучших времен. - Ладно, возвращаемся.

– А как же обещанный осмотр всего каскада пещер? - мстительно съязвил виттар.

– В следующий раз, - отрезала я. - А не то, боюсь, мы здесь зазимуем, а обедать нечего. Далеко до ближайшей таверны?

– У меня ещё печенье с вином осталось, - нахально соблазнял вельд. - А до лаза могу и подсадить…

– После вина? - наигранно испугалась я. - Опасаюсь, подсадишь ты меня куда-нибудь не туда, а потом ещё и снимать откажешься! Нет уж, пойдем к выходу!

Легко сказать: пойдем! - красиво развернуться и решительно направиться в сторону тускло светлеющего где-то довольно далеко узкого входа в пещеру. Не учла я только одного: что спускаться по скользким острым камням гораздо сложнее, чем подниматься.

Крупитчатая грязь с готовностью поехала под каблуками - и я с отчаянным воплем полетела вниз, судорожно пытаясь уцепиться за что-нибудь руками. Вспышка слепящего ужаса, мелькнувшие своды пещеры, сменившиеся серым небом, сосущее ощущение свободного падения, злая мысль: "Ну на кой йыр я туда полезла?!!" - и болезненный рывок в запястье.

– Тихо, спокойно, - ровным голосом увещевал Лир, беззвучно кинувшийся следом за мной, лишь заслышав крик, и стальной хваткой сжавший мне руку.

Я судорожно сглотнула, отгоняя мысленный образ той бездны, от падения в которую меня сейчас удерживала только ладонь виттара. Причем удерживала, надо признать, с нечеловеческой, почти звериной силой, без малейшего напряжения.

– Дай мне вторую руку, - спокойно попросил виттар, не меняя непроницаемого выражения лица и всем своим видом не позволяя сомневаться в том, что он меня вытащит. Где-то в глубине души трусливая струнка напомнила, что, как ни крути, а я всё же женщина - то есть существо изящное, хрупкое и беззащитное. Захотелось заорать не своим голосом, но я упрямо прихлопнула панику безжалостной дланью самообладания и медленно, стараясь особо не дергаться, протянула виттару левую руку.

– Так, хорошо, - похвалил он. - А теперь цепляйся и подтягивайся, я помогу тебе рывком. Давай: раз, два, три!

Я резко подалась наверх, и Лир, сильно дернув, втащил меня на площадку перед лазом.

– Вот леший… - глухо пробормотала я, медленно оседая на землю. Виттар бережно поддержал меня под руки, усадил, прислонив спиной к скале, и уселся на корточки рядом. Мир хмельно качался перед глазами, к горлу подкатывала тошнота, к голове - запоздалый страх.

Странно, сколько раз стояла вот так, один на один со смертью в лице вьютры, вурдалака или кого ещё похлеще - и ничего, ни один мускул не дрожал. А здесь пальцы меленько тряслись от пережитого ужаса.

Впрочем, идя на бой с нежитью, я готова к этому бою: меч в руке, полусогнутые в готовности швырнуть любое заклинание пальцы, ледяная пустота и сосредоточенность в голове. А здесь всё было слишком быстро и неожиданно.

– Ты как? - Арлирриг осторожно приподнял мое лицо за подбородок и заглянул в глаза. - Испугалась?

Я неопределенно пожала плечами и отвела взгляд, стыдясь признаваться, что да, и не в силах лгать, что нет.

– Не знаю, Лир… Я не боюсь смерти: когда то и дело подмигиваешь старухе, выглядывающей на твоем пути из-за кустов, перестаешь каждый раз суеверно креститься. Все мы, маги-воины, слишком хорошо понимаем, что встали на тот путь, конец которому наступит не дома в постели и окружении десятка детей и внуков. Умереть было бы не страшно, но… обидно.

Виттар рассмеялся и беспечно потрепал меня по плечу:

– Не бойся, не умрешь! Это моя работа. Нудная и тяжелая.

– Вот как?! - возмутилась я. Призрак бездонной бездны таял в воспоминаниях, заслоняясь язвительными речами вельда.

– Зато увлекательная и интересная! - мигом исправился виттар, поднимаясь на ноги и протягивая мне руку. На мужском запястье багровели пять глубоких кровоточащих дуг - памятка от слишком сильно вцепившейся в свое единственное спасение ведьмы.

– Тебе не больно? - поразилась я, осторожно, подушечками пальцев касаясь ранок.

Виттар равнодушно пожал плечами:

– А то ты сама не знаешь.

– То есть? - нахмурилась я, озабоченно разглядывая его руку, так непохожую на привычные загребущие лапы мужчин: не намного шире меня в кости, она обладала какой-то неестественной силой, удержавшей меня - признаться, не бесплотную - над обрывом.

– То есть сознание не воспринимает боль тела, - послушно объяснил виттар. - Тот дар, который ты получила в Храме Змия - просто часть способностей вельдов. Этакое "приобщение". Так ты идешь?

Я покорно поднялась на ноги, искренне сомневаясь, что они будут меня держать. Но ничего, обошлось. Опираясь на локоть Арлиррига, я даже смогла снова подойти с тому обрыву и начать долгий спуск вниз. О том, как быстро я могла бы спуститься, если бы не виттар, думать не хотелось.

Арлирриг шел впереди и на всякий случай крепко держал меня за руку, развлекая дурацкими побасенками. А я со всей осторожностью выбирала место для ступни, вполуха слушала его и мучительно размышляла, кто же такой этот странный человек, умеющий смеяться одними глазами, мгновенно превращаться из ледяного демона в иронизирующего скептика или беспечного спутника и сохранять абсолютное хладнокровие перед зияющей пастью смерти.

Да и человек ли?..

Вельде, гостеприимно распахнувшей перед нами калитку, навскидку можно было дать лет сорок. Ну, может, чуть-чуть больше. Приветливая улыбка не сходила с подвижного лица, озаренного какой-то по-девичьи шаловливой радостью.