Дзиньштейн - Ещё один человек

Даша сидела как на плохом кино — вроде, так похоже на правду, а поверить не выходит. Из раздумий ее вернул голос коменданта.

— Знаете, девушка… раз вы из Питера к нам добрались…. Да по пути столько всего… Мое вам предложение и совет. Одной вам в Подпорожье ловить нечего. Да и нам там ничего не светит… пока. Конечно…. Попробуем кое-что… но не скоро. Пока там сильны эти… правители… Так вот что. Мой вам совет. И просьба. Возвращайтесь в Питер.

…До дома Митрича добралась как в тумане — внезапно, наверное, от ощущения безопасности (даже автомат с собой не потащила, правда, пистолет был на поясе) — накатила усталость. Напомнил о себе сустав — изрядно ему сегодня досталось, ныл несильной постоянной тягучей болью… мышцы завтра на ногах будут болеть… Да и вообще… Просидели долго, пришел еще один, милицейский, стал тоже расспрашивать, потом еще говорили… Скоро уж и сумерки — день пролетел незаметно за хлопотами. Прошла по поселку, практически не смотря по сторонам — один раз только глаз зачепился — странная фигура попалась навстречу… Даша даже головой тряхнула… что за наваждение… Словно растиражированный в Советском Союзе образ Воина-Победителя сошел с экрана или плаката =- Навстречу ей прошел крупный мужчина, в старого вида военной форме, сапогах, в зеленой каске и плащ-палатке. На груди у него висел автомат ППШ с круглым магазином. Чудны дела твои, Господи! Проводив его взглядом, Даша потащилась дальше…

Придя, снова попала в атмосферу опеки и сюсюкания… что было как нельзя кстати. Тут, на ГЭС, каки в Волхове — все блага цивилизации сохранились. Даже компьютеры работали и Пашка-младший, по согласованию с комендантом соорудил какую-то сеть, благо этим раньше и занимался. Было светло, тепло, и из кранов шла горячая вода. Как объяснил Митрич, ГЭС обычно пускали в пиковые значения, но теперь будет работать один агрегат постоянно, благо потреблять почти некому. Военные вывезли много продовольствия из города, всем вроде всего хватало. Пока тут сохранялась такая тревожная, натянутая… так и лезло слово «прифронтовая» тишина. Дома все были огорожены заборами с проволокой, и Даше сразу пояснили — по сигналу тревоги и просто на ночь после одиннадцати — на них подают ток, и такое же заграждение идет по периметру. Хотя упырей в самом поселке почти и не видели — приехавших покусанных изолировали, а потом только от пробки на Подпорожье досаждали, пока военные не зачистили. Так что это больше было мерой профилактики… и успокоения нервов. По случаю «чудесного избавления» в доме намечалось торжество — хозяйки суетились, в большой комнате на первом этаже собралась мужская компания — и в том числе тот самый Вова-капитан — очевидно, близилось примирение и подписание пактов о безоговорочной дружбе на век на целый месяц, не иначе. Поговорив с бойкой девчушкой лет десяти, Даша выяснила — в доме не просто есть удобства — есть то, что было предметом ее вожделений последние дни — ванна с душем и горячей водой… и даже с пеной! Урча, как кот, тащащий Сосису, Даша рванула к себе. Кстати Васька вполне освоился, моментально забыв о Даше — в доме не оказалось иной животинки, и он стал несомненным любимцем всех детишек, да и взрослых. Даша легко простила ему предательство — она и сама бы может «предалась»… но разговор с Ильей Ильичем не давал покоя. Она взяла время на раздумье, не отвечая сразу — хотя ответ знала изначально. Ясно, что тут заваривается нехорошая каша… и в центре этой каши, возможно, ее родные… если они живы. И не расхлебав каши — не выяснить. А если уж хлебать — то и ложка нужна побольше… То, что она второй раз решила играть роль Хлестакова, намекая на то, что она «не что либо как» и не несчастной одиночкой на перекладных из Питера добралась, а чуть ли не «по заданию»… ну, уж как минимум «не просто так» — на этот раз сыграло плохую шутку. Ну, может и не плохую… но пришлось за слова отвечать. Впрочем, это все завтра, завтра… а сегодня — после торжественного ужина, ее ждет горячая ванна с пеной, душ… мррррр… и теплая мягкая постель потом… Даша даже прижмурилась от предвкушения.

Ужин был действительно шикарен. Мясо в ягодах, маринады… Вовка-капитан притащил, как он сказал, «примародеренный» дорогущий коньяк, и мужики налегли на него, причем капитан, под неодобрительное сопение Митрича все норовил уговорить Дашку «на пятьдесят грамм настоящей Франции». Но она выбрала какое-то особенно вкусное пиво, как обмолвилась жена Павла Степаныча, Ксения «у москвича прикупленное». Потом, уже изрядно наевшись, перешла вместе с остальными женщинами на наливки… потом… потом, кажется, Вова все же налил ей коньяку… но от второй спасла бойкая девчушка, чья-то племянница или еще кто… врубила музыку и стала «показывать класс» — очевидно, занималась где-то… до. Вскоре Даша сообразила, что она танцует с ней на пару, и даже наперегонки, причем танец все больше уходил в сторону тех заведений, куда детей принципиально не пускают… Сережа свет Митрич смотрел на нее открыв рот, раскрасневшийся от коньяка Вова-капитан только крутил головой, сам Митрич весело смеялся… Веселье остановилось, только когда Даша неловко наступила, и чуть не упала от резкой боли в суставе — перебор, однако! Тут же засуетились, всячески стали пытаться помочь, но она сказала, что все нормально, и ничего страшного. Принесли чай с пирогами, впрочем, кроме женщин, никто чай пить не стал, а пироги оказались неплохой закуской. Окончательно объевшись, Даша решила, что все же, хотя и будет тяжело — ванну надо принять сейчас. Ибо еще немного и она выключится прямо за столом — а горячую ванну очень уж хотелось. И, улучив момент, все же улизнула из самого разгара веселья почти незамеченной, правда Сережа, смущаясь и краснея, пытался ее сопроводить, поддерживая, чтобы не напрягать ногу, но она убедила его, что и так нормально.

Ванна была просто божественна — Ксения щедро предоставила все свои запасы — и Даша сдобрила ее и морской солью, и расслабляющей пеной… просто блаженство… Главное — не заснуть… Однако заснуть не пришлось — защелки на двери почему-то не было, как класса, и когда она уже чуть было не задремала от кайфа, в ванную ввалился Вова, пьянющий и расхристаный — и даже не просто так, а с бутылкой шампанского и двумя бокалами, с ходу выражая, как он очарован и восхищен, но когда повернулся, прикрыв дверь — то понял, что интима не будет, ибо его опередили. Да и втроем тоже не получится — товарищ Макаров смотрел на него хотя и одним глазом, но холодно и неприязненно. Вова открыл рот, чтобы что-то сказать, а товарищ Макаров щелкнул взводимым курком — и капитан, немного протрезвев, подобно аквалангисту с борта спиной вышел из ванной, быстро прикрыв дверь. Настроения от водной процедуры это не ухудшило, даже наоборот — а выйдя, Даша обнаружила у двери часового — Сережа тут же сделал вид, что просто мимо шел. Но Даша не удержалась, и, когда он проходил мимо нее, шепнула «Лучше все же защелку поставьте» — отчего парень совсем закраснел, и чуть не упал на лестнице, запнувшись.