Шерит Болдри - Заклятие монастырского котла

Дверь внезапно распахнулась, и на пороге появился шериф Торсон собственной персоной.

— А ну прекратите! По домам!

— Уйдём, когда покончим с поганым убийцей! — выкрикнул Дикон Карвер.

— Долгонько вам придётся ждать, — спокойно ответил шериф. — Никаких наказаний пока не проведено расследование!

Толпа разразилась протестующими криками. Громче всех возмущался Рис Фримен:

— А что будет с торговлей? Об этом вы подумали, мастер Торсон? Кто вообще сюда приедет, если у нас тут убийцы по улицам разгуливают?

— Ну, если Бедвин, как вы говорите, убийца, то уж по улицам он точно не разгуливает, — заметил шериф. — Парень заперт у меня в погребе — там он и останется до окончания следствия.

— А долго ль продлится следствие? — поинтересовался Мэтт Грин.

— А этого, мастер Грин, я пока сказать не могу, — покачал головой шериф. — Важнее всего сейчас найти Элеонор. И кстати… — он нахмурился. — Вам, ребята, чем торчать у меня под окнами, лучше бы заняться поисками.

— Мерзавец не оставил её в живых! — настаивал Дикон Карвер. — А лорд Ральф — королевский сенешаль. Что о нас подумает король Ричард, когда вернётся домой?

Толпа притихла, и Финн Торсон немедленно воспользовался этим, чтобы ещё раз призвать всех к порядку. Ворча люди начали расходиться. Гвинет заколебалась. Может, спросить у шерифа, не разрешит ли он ей поговорить с Бедвином? Но что-то подсказывало ей, что это вряд ли получится.

«Что же мне делать?»

Меньше всего на свете Гвинет хотелось возвращаться домой к Герварду. И тут она вспомнила о человеке, который действительно мог ей помочь. Решительно повернувшись спиной к дому шерифа, Гвинет зашагала к Тору.

Подобрав подол юбки, чтобы не выпачкать его в болотной грязи, Гвинет осторожно перепрыгнула с кочки на кочку. Солнце уже садилось. Если она не отыщет Урсуса до темноты, придётся ей признать своё поражение и возвращаться.

— Ну пожалуйста, Урсус, ну найдись хоть на этот раз! — прошептала она.

Она обогнула заросли ежевики и вышла к реке неподалёку от того места, где ставил свои верши Рис Фримен. Урсус спокойно сидел под деревом и наблюдал за цаплей, важно разгуливавшей по мелководью. Степенная птица молниеносным движением вонзила в воду клюв и вытащила сверкающую рыбёшку.

Отшельник повернулся к Гвинет и улыбаясь помахал рукой. Гвинет не разбирая дороги бросилась к нему.

— Урсус! Ох, Урсус, я так вас искала!

Урсус приподнял брови. В отличие от Бедвина говорить он мог, но ценил каждое слово на вес золота.

— Вы ведь были в деревне, когда арестовали каменщика Бедвина, — затараторила Гвинет, присаживаясь рядом с отшельником. — Все говорят, будто он убил Элеонор, дочурку лорда Ральфа, но я не верю! И я боюсь, что его повесят.

Урсус ответил ей добрым понимающим взглядом, и Гвинет принялась рассказывать, как Элеонор не оказалось утром в постели, а Бедвин работал в аббатстве поздно вечером, как он подарил ей кулон, и что сказал лорд Ральф, когда его увидел…

— А я все равно не верю, — закончила она решительно. — Я считаю, что Бедвин — хороший человек.

— Твой ум ясен, — сказал Урсус.

— Но никто меня не слушает, даже Гервард!

— Однажды они тебя услышали, — заметил Урсус. — В тот день, когда ты принесла в аббатство крест короля Артура.

— Тогда у меня был крест! — возразила Гвинет. — И именно вы помогли нам его найти! Может, вы подскажете, как мне доказать невиновность Бедвина? — добавила она с надеждой.

Но Урсус покачал головой.

— Увы, не знаю. Но если сердце твоё исполнено веры, ты должна продолжать поиски.

И Гвинет почувствовала, что этот понимающий уверенный голос придал ей сил.

— Спасибо, сэр, — раскланялась она, вставая. — Я так и сделаю.

— Это все, что ты хотела спросить?

Только сейчас Гвинет вспомнила, зачем они с Гервардом приходили сюда в первый раз. Беспокойство за Элеонор и Бедвина вытеснило у неё из головы все другие мысли.

— Нет, сэр, не все. Есть ещё маленький Эдмунд Хардвик. У него падучая, а брат Патрик ничем не может помочь, и отец Эдмунда боится, что он скоро умрёт! Вы не знаете каких-нибудь трав от падучей?

Она запнулась, вспомнив, как они прощались с Эдмундом, и как мужественно держался больной мальчик, узнав о возможной смерти.

Урсус нахмурился, и у Гвинет упало сердце. На мгновение она подумала, что Урсус сейчас скажет, что болезнь Эдмунда неизлечима.

— Да, — кивнул, наконец, Урсус, — есть такие травы, хотя они редко встречаются. Я поищу их на склонах Тора. Приходи завтра в этот же час, и с Божьей помощью я принесу их тебе.

— Спасибо, сэр! — обрадовалась Гвинет. И вспомнив, как вылетела из комнаты Марион ле Февр, когда та отказалась признать невиновность Бедвина, добавила виновато:

— А вы не могли бы поискать ещё трав от больного горла и головы? Наша гостья заболела.

— Хорошо, я и для неё соберу травы.

Гвинет поблагодарила снова и повернулась, чтобы идти, но Урсус протянул руку, чтобы задержать её.

— Помнишь, что я сказал вам, когда вы искали крест? — спросил он серьёзно. — В своё время все отыщется. И если можно доказать невиновность Бедвина, ты непременно найдёшь, как это сделать.

Глава седьмая

— Что это с Гвинет? — спросила Айдони Мэйсон, оставив на минуту булькающий над огнём горшок. — Вы что, поссорились?

Гервард замялся. Он не хотел ссориться с сестрой. Но стоило ему только предположить, что Бедвин может оказаться виновным, и Гвинет вышла из себя. Вот всегда она так — вобьёт себе что-нибудь в голову, и слушать ничего не желает!

— Она расстроена из-за Элеонор, — объяснил он. — И из-за Бедвина.

— Как и все мы.

Айдони проверила, как Гвинет справилась с тестом, вернула его в глиняный чан и закрыла чистым льняным полотном.

— Ты бы поискал её, Гервард. Нельзя, чтобы она носилась по всей деревне в таком виде.

Гервард поспешил воспользоваться советом. Ему не хотелось признавать, что именно после его слов Гвинет сорвалась с места, а теперь мать дала ему возможность исправить положение и поговорить с сестрой ещё раз. Пусть даже он не уверен в невиновности Бедвина, он ведь не жаждет, чтобы каменщика повесили без суда и следствия! И Элеонор лучше искать вдвоём… Может, Гвинет всё-таки успокоится, и они сумеют обсудить дальнейшие планы?

Однако на улице он Гвинет не увидел. Может, она пошла в аббатство или отправилась искать Урсуса? Гервард решил проверить оба варианта — сначала он забежит в аббатство, а если сестры там не окажется, пойдёт к Тору.

В аббатстве никого не было. Только в новой церкви возились несколько каменщиков — остальные, по-видимому, продолжали поиски.

Гервард выскочил на улицу и чуть не столкнулся в воротах каким-то человеком в чёрном плаще. Среднего роста седой бородатый незнакомец шагнул из тёмного проёма ему навстречу.