Алексей Дуров - Прямые пути

Задерживаться не стали, только наполнили фляги у колодца и купили в местном кабаке лепех с соленым творогом. Сжевали по одной в седлах.

От погони, судя по всему, оторвались, а дальше-то как?

— Может, повернем на север, а с переправой через Стремнину договоримся с плотогонами? — предложила Леск, видимо, ей, как и Ресу, не хотелось убегать в противоположную от границы сторону.

— Мест не знаем. Вдруг между нами и Стремниной бурелом или болото какое? Да и, если есть здесь лесные разъезды, то наши следы найдут, погонятся. Дорога ведет к Мосту Тивага, там и переправимся. И надо бы нам личину сменить, вдруг будут искать двоих южан. Одежу новую надо, это точно.

Заночевать пришлось в лесу — развели костер для тепла, стреножили лошадей и завалились на кучах листьев. Если бы в эту ночь их настигла погоня или обнаружил разъезд, то взяли бы сонными. Слишком устали беглецы.

Проснулись жутко голодные и сразу влезли на коней. Оставшиеся лепехи съели также в седлах — погоня там сзади, или нет погони, а спешить надо. Скоро дорога раздвоилась, свернули вправо, к городу Мост Тивага.

Встретилась целая вереница телег — несколько купеческих обозов сразу. Тоже где-то серебром скидывались, чтобы кордон пройти, тоже задержались, теперь так и едут, вместе. Уже обычаи особые появляются, как будто надолго кордоны на дорогах выставлены. Может и надолго — сейчас на побережников гонения, а там еще на кого Император взъестся.

Лес закончился, потянулись поля. Показались неказистые серые стены города Мост Тивага, справа заблестела река.

Открытая вода постоянно притягивала взгляд Реса, да и Леск поглядывала. Правду говорят, что в крови народа побережья речная вода с морской перемешана, где нет моря или большой реки, там и побережники не селятся. Леск даже предложила:

— Может, нам подняться по Стремнине? На купеческой барже или собственной лодке?

— Большие реки в империи тоже патрулируются, а уж в последнее время к обычным патрульным галерам другие служивые присоединились. По Бездонной тяжелая пехота на лодках рыскала.

— Пехота?

— Ну. Набрали среди пехотинцев таких, кто умел лодкой управлять, и послали.

Ворота в город были открыты и не охранялись, зато внутри издалека видно стражников — бродят по улицам пятерками, присматриваются к прохожим. Неужто были обозы побережников, которые рисковали передвигаться через города? Или стражники ловят одиночек, таких, как Леск и Рес? Или еще кого-то?

Городишко так себе, грязный и пованивает, горожане выглядят болезненно. Не даром побережники предпочитают в слободах селиться, вне городских стен.

Зато много кабаков, беглецы выбрали самый неприметный. Сняли комнату, оставили лошадей в конюшне. Рес наконец-то посмотрел, что в трофейном кошеле — довольно много там было серебра и золота. Выгодно это, в кордоне стоять. Но лучше трофейные деньги пока не тратить, вдруг приметны они чем-то, вдруг опознают их.

Первым делом надо было приодеться и купить припасов в дорогу. Решили не таскаться по улицам вдвоем, чтобы незаметнее, Рес пошел за едой, Леск — за одеждой.

Рес закупился сушеной рыбой и сухарями, подобрал седельные сумки и пару новых заплечных мешков. Когда вернулся в кабак, Леск была уже в комнате — смешивала краски для волос, пробовала срезанными у себя прядями. Когда добилась, чтобы цвет был русый с рыжиной, удовлетворенно кивнула.

— И в кого же мы будем краситься? — удивился Рес. — Такие вот рыжеватые, да с серыми глазами — это же народ пустошей, дворяне сплошные либо их слуги!

— Ими и будем притворяться. Смотри, что я купила.

И Леск показала два набора одежды, женский и мужской. Все тонкой ярко-зеленой ткани, пуговицы и застежки посеребряные, с гербом: три кольца, перевитые виноградной лозой. Простой рисунок, а занчит и род, которому герб принадлежит, древний, уважаемый, всех из этого рода другие дворяне знают наперечет.

— Это чей герб? — недовольно спросил Рес, ему мысль притворяться дворянами не нравилась.

— Род медного ножа.

— А, ну этих, хотя бы, много. Может и сами всех своих не знают. Да только сможем ли мы дворянами прикидываться?

Леск пожала плечами:

— Держись с достоинством, сдержано, говори без простецких словечек. Если вырвется одно, делай вид, что в шутку, многие дворяне полагают, что это смешно…

— С этим-то я управлюсь, невелика наука. Да только вдруг мы какого дворянина встретим?

— И что?

— А вдруг распознает нас как-то? К примеру, дворяне друг у друга всю родословную помнят, как степняки всех своих предков до самой войны с драконами, а то и раньше.

— У дворян не принято обсуждать родословные. Считается неприличным.

— А одежа? Впору будет? Им же их собственные портные шьют, точно по телу чтоб.

— Все равно придется подкладывать тряпки, чтобы нашу тонкокостость скрыть. Не бойся, шить я умею.

— Да я и сам могу. Выйдет ли, боюсь. А второе, чего боюсь — у дворян оружие знатное. Клинок дымчатой стали знаешь, сколько стоит? Селение можно построить и заселить. И оно же все с гербами на рукоятях.

— Оружие мы подберем. Дымчатой стали не обещаю, но у перекупщиков можно купить очень хорошие клинки.

— Краденые? А гербы?

— Герб обычно ставится на навершии, иногда на крестовине, и то, и другое можно заменить. А многие дворяне не хотят портить оружие гербами, хотя бы потому, что герб может быть поврежден в поединке. Они подвешивают пуговицы с гербами на темляках, запасные пуговицы есть.

— Где ты вообще нашла эту одежу?

— В лавке перекупщика — какой-то дворянин заказал одежду себе и сестре у портного, а потом не выкупил. Портной отнес перекупщику.

— Да, тут повезло. А клинки у того перекупщика были?

— У другого.

Отправились, не мешкая — Рес рассудил, что надо начать с оружия, если его не подберут, то и волосы красить бессмысленно.

Скупщик Ресу не понравился — суетливый, потливый, с заискивающей улыбочкой, а глаза как у дохлой рыбы. Наверняка доносчик, беглецам нельзя с такими людьми даже видеться. Рес развернулся бы и ушел, но увидел с порога меч.

Длинный, слегка изогнутый клинок, отлично можно и колоть, и рубить, сталь не дымчатая, но все равно очень хорошая, литая, широченные гарда и дужка надежно защищают кисть, в то же время не мешают вертеть мечом как угодно, развесовка такая, что точка равновесия, кажется, прямо в рукояти. Ножны красного дерева не подойдут к зеленой одежде, но этот меч совершенно не обязан к чему-то там подходить. Имеет право быть самим собой.

Рес понял, что никуда без меча не уйдет. И в цене сошлись — Рес сумел прикинуться, что товар его не очень-то интересует, а скупщик не знал настоящей цены мечу.