Норман Хьюз - Обитель драконов

Конечно, саму наемницу едва ли можно было отнести к обычным людям. Какие-то барьеры ей удалось сломать — но гораздо больше их оставалось нетронутыми, и едва ли когда-нибудь ей выпадет шанс…

Хотя вот Амальрику, похоже, это удалось.

Вспомнив о нем, Палома помрачнела. Странная история — и надо же было случиться, чтобы заняться этим поручили именно ей! Что, в Вертрауэне мало подходящих людей? Одного круга с бароном Торским?

Митра свидетель, подобраться к нему будет нелегко, ведь ее бывший суженый остановился даже не на постоялом дворе; нет, как сообщил всеведущий Марициус, в Бельверусе барона приютил сам советник Гертран, один из приближенных Нимеда и, по слухам, казначей Ордена Черного Кречета. Слишком влиятельное лицо, чтобы Палома могла вот так запросто заявиться к его воротам и потребовать пропустить ее к гостю советника. Да ее просто выставят вон, не станут даже и слушать!..

Конан, заметив, как внезапно нахмурилась его спутница, вопросительно покосился на нее.

А почему бы и нет, собственно? Уж если кто и сможет дать ей дельный совет…

Не называя имен и не влезая в суть дела, наемница коротко обрисовала свою проблему.

Судя по пренебрежительному хмыканью, задача представлялась киммерийцу пустяшной.

— Когда-нибудь он должен выходить из дворца. Подкарауль его на улице.

— В этом квартале богачей? Да меня первая же стража схватит, если я начну там крутиться без дела!

— Ну, так придумай дело! Хоть бродячей торговкой нарядись, что ли?

— Здесь их нет. Ты забываешь — мы в Бельверусе! Тут покой знати охраняют, как королевскую сокровищницу…

— А по-моему, ты ломаешь себе голову на пустом месте. Перелезь через забор — и дело с концом!

Ох уж эти ей воровские замашки…

По счастью, в этот миг показались ворота их постоялого двора, и язвительная отповедь замерла на языке.

— Ладно, ты как хочешь, а я еще прогуляюсь, — объявил ей Конан. — Поищу, может, встречу кого из старых приятелей… А то так и от тоски загнуться недолго! — И, не дожидаясь ответа, на ходу выпрыгнул из паланкина и исчез в лабиринте темных улиц.

Палома проводила его взглядом.

Сама она, как ни странно, чувствовала себя куда более усталой, чем если бы провела весь день в седле. Нужно лечь пораньше, сказала она себе.

Это был самый лучший способ больше ни о чем не думать…

Наутро она наконец осознала, что за мысль подспудно мучила ее все это время, небольшое, но важное упущение, не дававшее покоя растревоженному мозгу.

— Тебе придется вернуться в Церваль, — без околичностей сообщила она Конану за завтраком.

Тот поглядел на нее мрачно — злой, непроспавшийся после ночного кутежа, недовольный тем, что его подняли чуть свет… а тут еще такие новости!

— Шутишь? — неприязненно осведомился он. Палома стойко выдержала его взгляд.

— И не думала. Видишь ли, мы должны разобраться со смертью Теренция. Хотя бы потому что он нанял нас, заплатил деньги, чтобы мы доставили его в Бельверус — а мы оплошали. На нас долг чести.

Она знала, на какой струне сыграть. Эти слова были близки и понятны варвару; несмотря на дурное настроение, он приосанился, и теперь смотрел на свою спутницу даже с некоторым подобием слабого интереса.

— У нас есть несколько ниточек, которые могут привести нас к разгадке. Одна из них — это то, что он вез с собой. Шкатулка и письмо. За ними и приходил убийца…

— Но, — Конан нахмурился, — ведь он знает, что теперь это все у нас. Почему же не пытается украсть?

— О! — Наемница беззаботно рассмеялась. — Вчера, пока нас не было, он обшарил наши комнаты. Я нарочно лала ему такую возможность… Разумеется, вещи Теренция были у меня с собой.

— Предупреждать надо! — Киммериец был возмущен, но Палома отмахнулась.

— Это не важно. Когда ты уедешь, он осмелеет и повторит попытку. Я буду наготове — и попробую схватить его.

Ее спутник покачал головой, осуждая столь безрассудный план, но девушка стояла на своем.

— Со мной все будет в порядке. Я знаю, чего ждать — он меня врасплох не застанет! А тебе действительно нужно вернуться в Цер, я это придумала отнюдь не для того, чтобы отослать из города!

— Для чего же?

— Понимаешь, я только сегодня поняла. Парнишку-то ведь убили именно после того, как он отлучился с постоялого двора. Он с кем-то встретился, рассказал о своем поручении — и тут же поплатился за доверчивость. Мы должны выяснить, кто это был.

— Каким образом? Надеюсь, ты не забыла, что нас с тобой в Цервале ищет стража?

— Помню. Но, во-первых, ты будешь один, а они ищут мужчину и женщину. Во-вторых, прошла уже целая седмица, за это время все должно было утихнуть. Кому какое дело до убитого приезжего, нищего и никому не известного?! Так что если ты будешь осторожен…

— Рога Нергала! Я все равно не могу понять, как ты хочешь, чтобы я нашел, к кому он ходил! По запаху разве что?!

Палома засмеялась. Это было так очевидно — но и ей самой понадобилось семь дней, чтобы понять…

— Он ушел, когда стемнело. Значит, с ним должен был пойти факельщик. Скорее всего, один из тех, у постоялого двора. В конце концов, это их работа — провожать гостей. Факельщик должен помнить дом, куда ходил Теренций. Ты выяснишь имя того, кто там живет — но только сразу же возвращайся! Ни в коем случае не пытайся сам встретиться с ним.

— Почему? — Столь явное недоверие не на шутку задело варвара. — Неужели ты мне даже такой пустяк поручить не можешь, как вытрясти из какого-то ублюдка, зачем он велел прирезать парнишку?!

Палома покачала головой.

— Не в том дело. Сперва я должна выяснить, кто этот человек. Если он принадлежит Кречету — это одно. Если нет…

— Какое там — нет?! Ты же сама говорила, кинжал…

— Для этого может быть тысяча объяснений. Ну… точнее, три, но этого достаточно. Кинжал мог принадлежать убийце, и тот действительно член Ордена. Кинжал мог принадлежать убийце, но Кречет здесь ни при чем, а убийца желал бросить тень на Орден. И, наконец, кинжал принадлежал самому Теренцию, вор вытащил его из ножен у парня на поясе. Ножны, кстати, были пусты, я это заметила… Так что, пока я не буду знать наверняка…

— Ладно, ладно, убедила. — С тяжким вздохом варвар тряхнул черноволосой головой — Кром, до чего же я не люблю трогаться в путь сразу после попойки… Ну, хоть ветер голову продует!.. — Он пристально посмотрел на Палому. — Ты это, Оса… поосторожней тут без меня. А то что я Месьору скажу?..

Растроганная, наемница, изменив всем своим принципам, попросила Лиланду принести им кувшин вина и, несмотря на раннее утро, с удовольствием опустошила его с северянином на пару.