Шавина Виктория - Научи меня летать

- Это не мужчина и не женщина, - уныло ответил Гебье. - Он ведь не человек и не эльф, потому не стоит и мерить его лишь им подходящими мерками.

- А кто объяснит это нашим соседям?!

- Я думаю, он справится сам.

Надани громко расхохоталась. Ведун лишь молча смотрел на неё.

- Я ему не верю, - наконец, произнесла женщина. - Пусть покажет лицо.

- Он не нарушит традицию.

- Гебье, - медленно выговорила Надани, - он не у себя дома, а среди людей, и у нас таких традиций нет.

- Согласно купчим на землю, он у себя дома, - спокойно ответил ей ведун. - И он даже вправе обязать нас всех ходить на головах, хотя это плохо для него кончится. Но право у него есть. Госпожа Одезри, прошу вас, успокойтесь.

- И ты ещё говоришь, что ты на моей стороне, - покачала головой женщина.

- Я на вашей стороне и пытаюсь удержать вас от ошибок, - уныло промолвил Гебье.

- Тогда скажи мне, что написано в послании, - потребовала Надани. - Если ты не скажешь, я стану доверять тебе не больше, чем уану.

Ведун сдался.

- Келеф молод, он воин воздушной армии Весны - да, того самого ужаса, перед которым трепещут летни. До сих пор никем не командовал, кроме своего ящера, и ничем не управлял.

- Почему же выбрали его?

Гебье тяжело вздохнул:

- За провинность. Подробностей не знаю, но они решили, что это поручение исправит его характер.

- Боги… Боги, Боги, - забормотала женщина. - Он что, убийца?

Ведун выставил перед собою ладони.

- Госпожа Одезри, прошу вас, успокойтесь. Сил'ан не легкомысленны, и если они обещали…

- Он - убийца?! - закричала Надани.

- Раз воин, значит, убивал, - уныло выговорил Гебье. - Но, госпожа Одезри, кто из летней не…

- Провинность, - не слушая его, забормотала женщина, прошлась по комнате и остановилась перед ведуном. - Он совершил что-то ужасное, так? И ты просто мне не говоришь.

- Клянусь Водой, я не знаю, - ответил весен.

Надани закусила губу и уставилась в пол, что-то обдумывая. Ведун ещё раз попытался образумить её.

- Госпожа Одезри, они дали слово помочь вам. И не важно по какой причине его выбрали, он наверняка достоин и справится!

Женщина хмуро посмотрела на него:

- Ты сам в это веришь?

Гебье вздохнул:

- Если честно, то у меня есть сомнения.

- Если честно, - передразнила его Надани, - цена этих сомнений - жизни, моя и моего сына.

- Выбора нет, - уныло заметил ведун.

- Что же делать? - прошептала женщина и вновь прошлась по комнате.

- Да, ещё он очень не любит детей, - не к месту вспомнил Гебье.

Надани подняла голову и недобро усмехнулась.

- Вот и прекрасно. Потому что общаться с Хином ему всё равно не светит. Как и его зверинцу.

Хахманух сунул голову в комнату, которую выбрал для себя Сил'ан. Не встретив возражений, подтянул внутрь и тело. Келеф сидел на полу и смотрел в низкое окно.

Червь принюхался и сообщил:

- Сколько здесь пыли! За год не вычистить.

Изящное существо ничего не ответило. Хахманух подошёл к нему ближе и тоже заглянул в окно.

- А снаружи-то, погляди, ужас! - высказался он. - Хлам, вытоптанная земля. Стены едва держатся. Гарнизон - десяток заморышей. Повсюду запах лени, крови, страха, малодушия. Именем Дэсмэр, это выгребная яма. Ты видел лица?

Не дождавшись ответа, червь продолжил:

- Я уже забыл, как выглядят люди. Честное слово, лучше бы не вспоминал. Тот, упрямый с ключами - неповоротливая бочка. Ну и формы!

- Это одежда, - тихо сказал Келеф.

- Хорошо, а те два нижних отростка, что торчали из мелкого, который Хин, и толстого, что забавно ругался? Я так понимаю, это ноги. Но, право, мне смешно. Когда они вот так под туловищем, то смотрятся на удивление нелепо. Чувствую, бегают люди плохо, на таких-то выростах. А уж как выглядит такой бегун - я даже боюсь представить. В общем, друг мой, ты в опасности: серьёзно рискуешь умереть от смеха.

Сил'ан промолчал, червь высунул голову в окно, огляделся и вернулся обратно.

- Всё дело в том, - сказал он, - что они довольно похожи на вас. Особенно сверху - до пояса. Не во всём, но так, в общем. И я как представлю вас с этими двумя отростками-ногами… Зрелище и жуткое, и смешное. Ты бы смог удержаться на таких?

- Ты смеялся над ними? - тихо спросил Келеф.

Червь хмыкнул.

- Ты стал понимать беглый общий? Или… интонации, да? Ты это понял по моим интонациям?

- Зря, - только и сказал Сил'ан.

Хахманух опустил голову ему на плечо.

- Не грусти, - сказал он. - Здесь, конечно, паршиво, но может стать лучше. Может, мне даже удастся развить у них чувство юмора, - пауза. - Думаешь, я настроил их против тебя?

Келеф пощекотал гребень на голове червя, затем снял его голову со своего плеча и лёг на пол.

- Будешь спать? - спросил Хахманух. - Тогда я тоже пойду. Ох, ужас, на полу, в пыли. В мои-то годы!

- Ты ещё не достиг зрелости, - напомнил ему Сил'ан.

- Но когда достигну, - воспрянул духом червь, - у меня будет роскошный клубок. Хочешь, опишу тебе всех пятерых моих спутников?

- Ночь коротка.

- Улыбаешься, - хмыкнул Хахманух. - Тогда я буду наслаждаться мечтами в одиночестве.

Он вышел из комнаты и хвостом притворил дверь.

Перед тем как лечь спать, Тадонг решил успокоить нервы. Он прошёл на кухню мимо громко храпящей кухарки, достал из шкафа настойку, вытащил пробку и хлебнул из горла. Голова тотчас закружилась, а тело стало легче и немного согрелось.

Тадонг глотнул ещё. Храп раздражал его, подниматься наверх с бутылкой он не стал - Надани иногда страдала бессонницей и принималась бродить по коридорам. Объясняться с ней летню не хотелось, тем более что женщина могла сорвать на нём злость за события этой ночи. Нет уж, Гебье - ведун, пусть он и отдувается. Тадонгу же хватало своих проблем.

Ругаясь сквозь зубы, он вышел наружу - в ночной холод, под презрительные взоры звёзд. "Осуждайте, сколько хотите, - молча сказал он им. - Посмотрел бы я на вас, если б вы родились людьми. Чай не сверкали бы так".

Он отыскал среди хлама во дворе большой камень, выковырянный из полотна дороги, поставил его у стены - так, чтобы можно было опереться о неё спиной - и сел.

- Как же надоела эта жизнь, - пробормотал он.

Ни бутылка, ни звёзды ничего ему не ответили. Тадонг отхлебнул ещё глоток и закрыл глаза. Он не заметил, как задремал.

- Эй, - разбудил его смутно знакомый голос, - не спи. Прольёшь. Да и замёрзнешь.

Летень приоткрыл один глаз. Перед ним стояли двое стражников.

- А вам чего не спится? - вяло полюбопытствовал Тадонг.

Стражники вели себя не так как обычно: вместо того, чтобы уйти, они переглянулись. Мужчине показалось, они хотят его о чём-то попросить. С каких это пор летни Онни стали считать его достойным большего, чем невразумительное приветствие?