Кеннет Бёг Андерсен - Ошибка кота Люцифакса

Филипп молча кивнул. Сатана знал, по-видимому его мысли лучше, чем он сам.

— Да, Примерно, так, — сказал он.

— Но ты, Филипп, так думаешь потому, что ты стоишь в одном углу. Тебе кажется, что ты видишь все, но это неверно. — Люцифер встал со стула и подбросил полено в камин. Огонь отблагодарил шипением. — Зло необходимо.

— Как это необходимо? — взглянул на него Филипп, ничего не понимая. — Почему?

— Я рад, что ты спрашиваешь, — ответил Дьявол и быстро обернулся.

Теперь он никак не был похож на больного. Напротив. Голос его стал ровным и гладким, как змеиная кожа.

— Попробуй представить себе, Филипп. Мир без зла. Без гнева, ненависти, войн, болезней, разрушений и всего того, что ты включаешь в понятия «ужасы». Солнце сияет, птицы поют, и все милые и приятные люди тоже напевают песенки, потому что им хорошо. Они приветствуют друг друга, всегда идут навстречу друг другу, помогают. Можешь ты представить себе такую картину, Филипп?

— Да, — неуверенно ответил мальчик. — Но с трудом.

— Конечно, это трудно, а сейчас будет еще труднее.

От приступа кашля его голос начал дрожать, но Люцифер поборол приступ.

— Отсутствует неуважение друг к другу, лень и эгоизм. Нет зависти, а поэтому нет никаких спортивных соревнований и конкурсов. Инстинкт победителя умер, потому что при поражении человек не сердится и не раздражается, а радуется за успех противника. А если радость одинакова при выигрыше и при поражении, то зачем соревноваться? Книгам и фильмам не о ком рассказывать, потому что в таком мире нет злодеев, а значит, и героев. Газеты так же лишены содержания, как и книги, писать не о чем. Нет преступлений, скандалов, обманов, политической коррупции, нет вообще ничего.

Люцифер, вздыхая, покачал головой, словно это видение будущего подействовало на него угнетающе.

— Драматически вырастет безработица. Если бы ты знал, Филипп, как много людей работает только потому, что человек ведет себя неподобающим образом. Полиция не нужна, если нет преступлений, которые надо расследовать. Адвокаты и судьи тоже, потому что некого защищать, обвинять или судить. Ревизоры, политики, журналисты и, в какой-то мере, врачи и медсестры. Военная промышленность и армия станут лишними. Развлечения и искусство исчезнут, всеобщая доброта задушит их. И что хуже того, Филипп: на земле не будет места переменам. Не будет войн, химических выбросов, природных катастроф или аварий на дорогах, которые сдерживают прирост населения. Кончится все это катастрофой. Или говоря по-другому: если Ад закроется, то мир пойдет ко всем чертям.

Люцифер замолк, а Филипп был в ужасе от картины, которая появилась перед его внутренним взором во время длинной речи Сатаны.

— А почему? — пробормотал он. — Ну почему так?

— Потому, что добро существует только при наличии зла, и наоборот, — ответил Люцифер. — Если нет тьмы, то нет и света. Если нет ночи, нет и дня. Если нет зла, нет и добра. Если вещи расчленить, они исчезают. Позволь, я проиллюстрирую. — Он жестом подозвал Филиппа и повернул его лицом к бегающим огонькам. — Расскажи мне, что ты видишь.

Огонь в камине неожиданно стал увеличиваться не только в размерах, но и в силе. Он горел все ярче и ярче, смотреть на него стало все равно что смотреть на солнце, и Филипп почувствовал, как пламя окутывает его, заполняет мир, ослепляет его.

— Я ничего не вижу, — сказал он.

— Вот именно, — раскатистый голос Сатаны прозвучал у него прямо над ухом. — А теперь обернись.

Филипп повернулся: теперь, когда огонь горел сзади, зрение к нему вернулось. От яркого света тени в кабинете были совершенно отчетливыми.

— Теперь ты опять способен видеть, так?

Он кивнул.

— Понимаешь ли, Филипп. Мы ничего не видим, если нет света. Но мы ничего не видим и тогда, когда нет тьмы. Нам нужно то и другое, чтобы ориентироваться. — Дьявол замолчал, за спиной у них огонь в камине опять стал спокойным и наполнил кабинет мягкими отблесками. Сатана откинулся на стуле. — Зло необходимо, Филипп. Без него мир будет ужасным местом. А этого ты не хочешь, правда?

Филипп помедлил. Покачал головой. Конечно, он не хотел этого.

— Ну вот, а если бы ты это хотел, — Дьявол широко улыбнулся, его черные глаза мерцали, — то ты был бы злым человеком. Парадокс, правда? Вот поэтому у тебя нет выбора. Тебе придется стать моим преемником.

Очень долго Филипп ничего не говорил. Слова Люцифера смутили его, мысли метались в голове. Неужели дела обстоят именно так, как говорит Люцифер? Филиппу пришлось признать, что слова Сатаны были очень убедительными.

— Но даже если бы я захотел, — сказал Филипп немного спустя, — по-моему, у меня ничего не получилось бы. Я не такой, как Сёрен. Я не люблю совершать плохие поступки.

— Да, конечно, тут есть маленькая проблема, — признал Дьявол и подпер голову руками. — Но все проблемы можно разрешить. И эту тоже. У каждого есть теневая сторона. — Он показал на черную тень, которая начиналась у ног Филиппа. — Даже у тебя, мой юный ученик. Даже у тебя!

Филипп подвинулся, тень повторила его движение.

— Она крепко приделана к тебе, правда? — сказал Люцифер и встал. — Уроки начнутся в начале ночи. А пока можешь погулять по городу. Я мог бы попросить Люцифакса проводить тебя, но ему не нравится гулять без шкуры. И еще, Филипп. Прошу никому не говорить о нашем маленьком разговоре. Если станет известно, насколько серьезно я болен, возникнет паника. И не в последнюю очередь, если узнают, что мой преемник… хм-хм, бойскаут.

— Конечно, я никому не скажу, — пообещал Филипп. И тут же пожал плечами: — Если только кто-нибудь не спросит меня. Тогда мне придется ответить, а я…

— Это правда, да-да. Ты никогда не лжешь, — сказал Дьявол и улыбнулся. По его улыбке было ясно видно, что он знает больше, чем говорит. — Например, ты совсем не лгал, когда Драная Борода спросил, понравилось ли тебе пиво. Конечно, ты сказал, что пиво хорошее, и вылил его в окно, когда он отвернулся.

— Откуда вам это известно? — начал Филипп, но остановился. Смысла продолжать разговор не было.

— У каждого есть теневая сторона, Филипп. — Дьявол наклонил голову, и его рога нацелились прямо на Филиппа. — Скоро мы начнем искать твою теневую сторону.

10

Огненный пруд и ворованные яблоки

В своей комнате Филипп открыл шкаф. На полках лежала чистая одежда, брюки, рубашки, носки, нижнее белье. К его большому удивлению, все это было именно его размера, а не размера Сёрена. Кто-то, должно быть, положил все сюда, пока он разговаривал с Люцифером.