НИЭННАХ ИЛЛЕТ - ЧЕРНАЯ КНИГА АРДЫ

Боль стиснула его сердце, словно чья-то равнодушная рука.

Не-Тьма враждебнее Тьме, чем Свет.

Не-Тьма царствовала в мире.

На мгновение Властелину Тьмы показалось – все кончено.

Ему показалось – это гибель.

Для Арты.

Для него.

И тогда он поднял руку.

И дрогнула земля под ногами Валар.

И рухнули Столпы Света: Тьма поглотила не-Тьму.

В трещинах земли показался огонь – словно пылающая кровь в открывшихся ранах.

По склонам вулканов ползла лава, выжигая язвы оставленные не-Тьмой на теле Арты, и с оглушительным грохотом столбы огня поднимались в небо.

Из глубин моря поднимались новые земли, рожденные из огня и воды, и белый пар клубился над неостывшей их поверхностью.

И была ночь.

…И над ночной пылающей землей на крыльях черного ветра летел он и смеялся свободно и радостно.

С грохотом рушились горы – и восставали вновь, выше прежних. И кто-то шепнул Мелькору: оставь свой след…

Он спустился вниз и ступил на землю. Он вдавил ладонь в незастывшую лаву, и огонь Арты не обжег руку его; он был – одно с этим миром.

И на черной ладье из остывшей лавы плыл он по пылающей реке, и огненным смехом смеялась Арта, освобождаясь от оков, и молодым, счастливым смехом вторил ей Мелькор, запрокинув лицо к небу, радуясь своей свободе и осознанной, наконец, силе.

…И был день. И в клубах раскаленного пара, в облаках медленно оседающего на землю черного пепла встало Солнце, и свет его был алым, багровым, кровавым.

И было затмение Солнца.

Оно обратилось в огненный, нестерпимо сияющий серп, а потом стало черным диском – пылающая тьма; и корона протуберанцев окружала его, и в их биении, в танце медленных хлопьев пепла слышался отголосок темной мятежной и грозной музыки; в нее вплетался печальный льдистый шорох и тихий звон звезд, как мучительная, болезненно нежная мелодия флейты; и стремительный ветер, ледяной и огненный, звучал как низкие голоса струнных; и приглушенный хор горных вершин – пение черного органа…

…Теперь он стоял на вершине горы. Он протянул руки к раскаленному черному диску, и темный меч с черной рукоятью из обсидиана лег на его ладони, и огненная вязь знаков змеиным узором текла по клинку: Меч Затменного Солнца.

Он шел по земле, вслушиваясь в прерывистое дыхание Арты. Он говорил, и музыкой были его слова. И произносил он Слова Силы, исцеляющие и изгоняющие боль – тогда ровно и уверенно стало биться огненное сердце Арты, и спокойным стало дыхание ее. Настала тишина в мире, и услышал Крылатый тихий шепот нерожденных растений, скрытых слоем пепла. И произносил он Слова Силы, обращающие смерть в сон, дабы в должный час пробудились в новом мире деревья и травы. Слова были Музыкой, что дарит жизнь, что творит живое из неживого.

Но пока говорил он, вновь рванулось в небо пламя вулкана, и расступилось, и вышли из него новые неведомые существа, пугающе-прекрасные. Пылающая тьма была плотью их, и глаза их – как озера огня. С изумлением смотрел на них Крылатый; и понял он, что не желая того, сам пробудил их к жизни, ибо были они рождены из пламени земли словом его. И увидел он, что живут они своей жизнью, и пришли они в мир, чтобы остаться в нем. Тогда подумал Крылатый: «Не по моей воле, но благодаря мне явились они, и я в ответе за них и не могу оставить их». И стали новые существа свитой его и войском его. Имя он нарек им – Ахэрэ, Пламя Тьмы. Были они иной природы, чем Майяр; огонь был их сущностью, и ни смирить, ни укротить их до конца не мог никто. Дети Илуватара, Перворожденные, назвали их Валараукар, и Балрогами – Могущественными Демонами. Жизнь их могла длиться вечно, но, если удавалось убить их, обращались они в пламя и возвращались в огонь земли, ибо не было им дано бессмертной души, но были они воплощением стихии огня, и огонь был сущностью их.

И было имя первому из Ахэрэ – Нээрэ, Огонь; но под другим именем узнали его Смертные и Эльфы. Стал он предводителем воинства Демонов Темного Пламени, когда пришло время войны, и Готмог, Воин-Ненависть, нарекли его Эльфы. Не знали бессмертные в земле Аман, как пришли в мир эти духи огня, и сочли их – Майяр. Потому так говорит «Валаквента»:

«Многих из Майяр привлекло величие Мелькора во дни его могущества, и остались они верны ему, когда склонился он к тьме; прочих же сделал он слугами своими, прельстив их лживыми речами и дарами, таившими предательство. Ужаснейшими среди духов этих были Валараукар, огненное бедствие, пламенный бич в руке Врага, те, что зовутся в Средиземье Балрогами, Демонами Ужаса».

Они были могучи и прекрасны. Но они не были Людьми.

…Когда утихла земля, и пепел укрыл ее, словно черный плащ, и развеялась тяжелая туманная мгла, Мелькор увидел новый мир.

Нарушена была симметрия вод и земель, и более не было в лике Арты сходства с застывшей маской. Горные цепи вставали на месте долин, море затопило холмы, и заливы остро врезались в сушу. Пенные бешеные неукрощенные реки, ревя на перекатах, несли воды к океану; и над водопадами в кисее мелких брызг из воды и лучей Солнца рождались радуги.

Так мир познал смерть; и вместе с Артой на грани смерти был Возлюбивший Мир.

Так мир возродился; и вместе с Артой обрел силы Возлюбивший Мир.

Мелькор вдохнул глубоко, всей грудью, воздух обновленного мира. И улыбался он, но рука его лежала на рукояти меча.

Бой был еще не окончен.

И, чтобы бороться с тварями Пустоты, новые существа были созданы Мелькором. Драконы – было имя их среди Людей.

Из огня и льда силой Музыки Творения, силой заклятий Тьмы и Света были созданы они. Арта дала силу и мощь телам их, Ночь наделила их разумом и речью. Велика была мудрость их, и с той поры говорили люди, что тот, кто убьет дракона и отведает от сердца его, станет мудрейшим из мудрых, и древние знания будут открыты ему, и будет он понимать речь всех живых существ, будь то даже зверь или птица, и речи богов будут внятны ему.

И Луна своими чарами наделила создания Властелина Тьмы, поэтому завораживал взгляд их.

Первыми явились в мир Драконы Земли. Тяжелой была поступь их, огнем было дыхание их, и глаза их горели яростным золотом, и гнев Мастера, создавшего их, пылал в их сердцах. Красной медью одело их восходящее Солнце, так что, когда шли они, казалось – пламя вырывается из-под пластин чешуи. И в создании их помогали Властелину демоны Темного Огня, Балроги. Из рода Драконов Земли был Глаурунг, которого называют еще Отцом Драконов.

И был полдень, и создал Мастер Драконов Огня. Золотой броней гибкой чешуи одело их тела Солнце, и золотыми были огромные крылья их, и глаза их были цвета бледного сапфира, цвета неба пустыни. Веянье крыльев их – раскаленный ветер, и даже металл расплавится от жара дыхания их. Гибкие, изящные, стремительные, как крылатые стрелы, они прекрасны – и красота их смертоносна. В создании их помогал Властелину ученик его Гортхауэр, чье имя означает – «Владеющий Силой Пламени». Из рода Драконов Огня известно лишь имя одного из последних – Смауг, Золотой Дракон.