Наталия Затеева - Ката-Риос

Капли воды, соскальзывая с его волос, падали на мое лицо и словно горькие слезы прокладывали переливающиеся дорожки по щекам, медленно стекая на грудь.

Звуки и запахи постепенно менялись, плавно перетекая во что-то знакомое и домашнее. В прохладном воздухе среди прочих угадывался запах готовящейся пищи, где-то звякала посуда, слышались веселые мужские голоса.

Мужчина остановился, наклонил голову и ласково прошептал на ухо, - Открывай глазки, Кэт.

Я дернулась как от пощечины и подняла голову, - Откуда вы знаете мое имя?

– Я много чего о тебе знаю, девочка, - улыбнулся мужчина уголками губ, и, глядя в глаза, вывалил кучу информации. Он знал обо мне все, даже цвет нижнего белья, лежащего в шкафу на нижней полке!

Кровь отхлынула от лица, холодный озноб пробежал по спине. Я поняла, что никакой ошибки нет, и они знали, кого похищали, - Зачем я вам? - чуть слышно прошептали онемевшие губы.

Мужчина услышал этот жалкий шепот, довольно ухмыльнулся, чмокнул меня в макушку и поставил на пол, - Все вопросы и ответы потом. Сейчас ты приведешь себя в порядок, мы полечим твои синяки, а потом наступит время разговоров. И он, легко подтолкнув, провел меня в небольшую ванную комнату, на двери которой не было замков.

Я лежала в каменной ванне, больше похожей на небольшой бассейн, и разглядывала браслеты, которые поначалу приняла за кандалы. Утомившись, закрыла глаза и попыталась найти выход из западни, в которую угодила. Горячая вода, лаская истерзанное тело, притупляла боль. Уютный желтоватый свет пламени свечей, расставленных вдоль бортика, успокаивал. Витающий в воздухе тонкий терпкий запах мужского парфюма, завораживающе действовал на натянутые как струны нервы.

– Так, первый сон мне приснился, когда на меня одели браслеты. И мне непонятно для чего это понадобилось моим похитителям. Скорее всего, эти браслеты таят какое-то зло. Кроме того, они, по-видимому, старинные и, наверняка, дорогие. О чем это говорит, Кэт? Во-первых, о том, что похитители ни на минуту не могут представить себе, что отсюда можно убежать. А во-вторых, о том, что ритуал, о котором они вчера говорили, как-то связан со мной и этими цацками. Отсюда следует вывод - надо бежать из этого страшного места и снять эти чертовы побрякушки. А для начала необходимо попытаться расположить к себе непонятного мужчину, который вчера чуть не убил меня, а сегодня трогательно заботится. Но как, как черт меня побери это сделать, если я от одного только его вида впадаю в ступор?! - я раздосадованная своей беспомощностью с головой нырнула под воду.

Вынырнув и кое-как смыв с лица белую пену, я продолжила свои размышления, - Стоп! Как это он сказал? Пока я его слушаюсь, я в безопасности. Попробовать выполнять все его приказы? А если он захочет чего-нибудь этакого? Нет! Это исключено! Я не смогу! Да ни за что на свете!!! Надо немедленно снять браслеты и попытаться сбежать!

Господин стоял в дверях и с наслаждением наблюдал за лежащей в его ванне девушкой. Вот она грациозным движением откидывает только что вымытые, потемневшие от воды, тяжелые пряди волос. Вот с головой опускается под воду и тут же выныривает, с нежной улыбкой стряхивая с ресниц капли воды - от ее порывистых движений полная округлая грудь слегка колышется. Вот устало опустила на бортик голову, забавно хмуря тонкие в разлет брови. Ее длинные пальцы нервно ощупывают браслеты на запястьях. Вот она приподнялась и достала упавшее с бортика мыло.

Господин чуть вздрогнул, увидев уродливые синяки на спине и округлых ягодицах Кэт. Ему хотелось разорвать самого себя на мелкие кусочки - он никогда не испытывал удовольствия от мучений жертвы, стараясь во время ритуалов как можно быстрее прекратить ее страдания. Демоны, а ведь это еще только начало! Господин нахмурился и постарался убедить себя в том, что дело есть дело и не важно при помощи каких способов они доберутся до заветной цели. Как говорится - на войне все способы хороши, только вот воевать придется с беспомощной доверчивой девушкой.

Тут его внимание привлекли странные манипуляции, которые проделывала Кэт с браслетами. Господин ухмыльнулся, - Малышка пыталась снять украшения!

Снять побрякушки у меня никак не получалось. Чего я только не пробовала, и руку мылом натирала, и пальцы поджимала, и найденной тут же какой-то железкой ковыряла. Остановил меня только ехидный мужской смех, - Не мучайся, они не снимутся. Никогда!

Я завизжала и попыталась спрятаться, глубже опустившись в ванну - получилось плохо. Мужчина еще раз хохотнул и, вытащив меня из воды, кинул на огромную кровать. Мои жалкие попытки прикрыться чем-нибудь или убежать были пресечены в зародыше. Сильная рука, схватив за горло, грубо придавила к постели, - Лежать! - гаркнул он. И я послушно замерла на черных шелковых простынях, судорожно сжимая кулаки и крепко сощурив от страха веки.

Мужчина навис надо мной, подавляя видом огромного тела, медленно слизнул капли воды со щеки и хищно прошипел мне на ухо, - А ты неплохо смотришься на моей кровати, девочка, жаль, что ты нужна нам девственницей.

Я тихо-тихо, почти не дыша, лежала, зажмурившись, и трясясь мелкой дрожью. Мне казалось, что если я не вижу опасности, то ее и не существует. В мозгу билась одна единственная мысль, - Затаись, и враг тебя не заметит!

– Х-мм, а моя наука пошла впрок, - засмеялся этот садюга, - Не трясись, сейчас будем тебя лечить. И он, круговыми движениями возбуждающе медленно начал втирать в мое тело жирную, пахнувшую травами мазь, притупляющую боль от ударов. Напряжение стало постепенно спадать, но лежать голой в постели незнакомого полураздетого мужчины, да еще позволять дотрагиваться до всех частей своего тела, мне было мучительно стыдно.

Господин нежно втирал мазь в измученное тело Кэт и с интересом следил за ее реакцией. Девушка вздрагивала от каждого прикосновения. Страх и стыд боролись в ней. Господин улыбнулся, пора было приступать к осуществлению плана по подчинению пленницы. Настало время пряника. И он, прикрыв глаза, представил, как невесомый черный полог мягко опускается на девушку, укрывая ее с головой.

Мужчина, очевидно заметив мое напряжение, ласково улыбнулся и низко склонился ко мне, почти касаясь губами.

– Расслабься… расслабься… я не сделаю тебе ничего плохого… - шептал он. Его голос погружал меня в какое-то странное состояние, руки и ноги налились приятным теплом и отяжелели, захотелось раствориться и уснуть в его объятиях.

– Доверься мне, девочка… расслабься… все хорошо, милая, все хорошо… - продолжал тихо шептать завораживающий мужской голос. И мне стало казаться, что я уже очень давно знаю этого сероглазого мужчину, и нет никого дороже и роднее его на всем свете. Стало таким естественным, что я лежу в его надежных руках, а он нежно целует и обнимает, любуясь моим телом.