Ками Гарсия - Прекрасное искупление

Линк провел рукой по волосам.

- Ты только что проведала его у него дома. Потом ты проверила водонапорную башню и свою спальню, теперь ты пришла на его могилу. Может, тебе стоит найти себе другое занятие, кроме походов к Итану."

- Может, тебе стоит найти себе другое занятие, кроме того, чтобы доставать меня, Линк."

"Я обещал Итану позаботиться о тебе."

"Ты не понимаешь," сказала она.

Линк смотрел с досадой, Лена казалась разочарованной. "О чем ты говоришь? Ты думаешь, я не понимаю? Он был моим лучшим другом еще с детского сада."

"Не говори так. Он по-прежнему твой лучший друг."

"Лена." Линк ничего не добился.

"Не ленкай мне (?). Я думала, что из всех, ты бы понял, как обстоят дела." Её лицо выглядело бледным, а губы выглядели странно, словно она собиралась улыбнуться или заплакать, только пока не могла решить, что именно.

Лена, все будет хорошо. Я здесь.

Но даже когда я думал об этом, я знал, никто не может исправить этого. По правде говоря, в тот момент, когда я сошел с водонапорной башни, все изменилось, и ничего не собирается меняться обратно.

Не в ближайшее время.

Я никогда не знал, как тяжело это чувствуется с этой стороны. По крайней мере, для меня. Потому что я видел все это, но я не мог ничего сделать, чтобы изменить.

Я взял ее за руку, переплетаясь своими пальцами с ее. Мои руки скользнули насквозь, но если я хорошенько сосредоточусь, то могу их почувствовать, тяжелые и твердые.

Впервые за все время меня не трясло. Не обжигало. И не было похоже, будто я засунул пальцы в электрическую розетку.

Наверное, смерть всему виной

- Лена, ну помоги же мне. Я не очень-то умею говорить, цыпочка — ты знаешь это — и Рид нету, чтобы переводить мне.”

"Цыпочка?" Лена бросила на него уничтожающий взгляд.

- Ай, ладно тебе. Я по-английски то с трудом говорю, если только не считать своего рода сельский английский."

"Я думала ты искал Ридли," сказала Лена.

- Я и искал, все Туннели обошел. Везде, куда Мейкон посылал меня, и еще в нескольких местах, куда он ни за что не позволил бы пойти. И, черт возьми, не нашел никого, кто видел бы ее.”

Лена села и поправила линию камней вокруг моей могилы. "Мне нужно, что бы она вернулась. Ридли знает как все это работает. Она поможет мне понять, что делать."

"Что ты говоришь?" Линк сел рядом с ней, и рядом со мной.

Как в старые времена, когда мы втроем сидели на трибуне в Jackson High (Джексон Хай). Просто они не знали об этом.

- Он не мертв. Как не был мертв и дядя Мэйкон. Итан вернется… вот увидите. Возможно, он ищет меня прямо сейчас."

Я сжал её руку. Она была права, по крайней мере в этом.

- А тебе не кажется, что если бы это было так, ты бы почувствовала?” - Линк все еще сомневался. - “И если бы он был здесь, разве он не подал нам какой-нибудь сигнал или что-то в этом роде?”

Я попытался взять ее за руку, но это было бесполезно.

Вы двое обратите внимание?

Лена покачала головой, не обращая внимания. " Это не так. Я не говорю, что он сидит прямо здесь или что-то ещё."

Но я делал это. Сидел рядом с ними или что-то ещё.

Ребята? Я здесь?

Даже при том, что я использовал келтинг, я чувствовал, что кричал.

- Да? Откуда ты знаешь, где он сейчас находится или нет? Раз уж ты так уверенна во всем этом? ” - Занятия Линка в воскресной школе, похоже, пропали даром. Он, скорее всего, представлял меня в окружении домов из облаков и херувимчиков с крылышками.

- Дядя Мейкон сказал, что новые духи не сразу понимают, где они и что им делать. Они едва ли знают, как умерли, или что с ними случилось в реальной жизни. Неприятно вдруг очнуться в Иномирье. Итан может даже не знать, кто он такой, или кто я."

Я знал, кто она такая. Как я мог забыть, что-то подобное?

- Да? Ну, предположим, что ты права. Если это так, то тебе не о чем волноваться. Лив сказала мне, что может найти его. У нее есть эти ее часы, она их полностью настроит, и получится такой специальный Итан-Уэйт-ометр.”

Лена вздохнула.

- Хотелось бы мне, что бы всё было так просто.” - Она подошла к деревянному кресту. - “Эта штука опять накренилась.”

Линк выглядел смущенным.

- Да ну? Никто не выдает значки за рытье могил, вообще-то. Уж точно не на Гэтлинских подготовительных курсах."

"Я говорю о кресте, а не о могиле."

- Ты сама не позволила нам поставить надгробье", - сказал Линк.

- Ему не нужно надгробия. Он не…"

Затем её рука замерла, потому что она заметила. Серебряная пуговица не там, где она её оставила.

Конечно не там. Она была там, где я её уранил.

"Линк, посмотри!"

"Это крест. Или две зависшие палочки на нем, на которые ты уставилась." Линк прищурился. Он начал отключаться, я мог опредилить по его остекленелому взгляду, который я наблюдал каждый учебный день.

"Не это." Лена указала. "На пуговицу."

- Ага. Пуговица, все верно. В любом случае, почисть ее." - Линк уставился на Лену, как будто она внезапно свихнулась. Должно быть, то была ужасающая мысль.

"Это моя пуговица. И она не там, где я её положила."

Линк пожал плечами. "И что?"

"Разве ты не понимаешь?" в голосе Лены звучала надежда.

"Обычно нет."

"Итан был здесь. Он передвинул её."

Аллилуйя, Ли. Самое время. Мы делаем кое-какие успехи.

Я протянул к ней руки, а она обвила руками Линка и крепко обняла его. Логично.

Она, взволнованная, отстранилась от Линка.

- Эй.” - Линк был совершенно смущен. - “Наверное, это все ветер. Или, может,… я не знаю …. дикая природа и всё такое.”

- Вовсе нет.” - Я знал это настроение. Теперь никто и ничто не могли изменить ее мнения, независимо от того насколько абсурдным оно казалось всем кроме нее.

- Ты, вроде как, абсолютно уверенна в этом.”

- Так и есть.” - Щеки Лены были розовыми, а глаза - яркими. Она открыла свой блокнот, одной рукой снимая маркер "Sharpie" со своего ожерелья. Я улыбнулся себе, потому что это я подарил ей его на вершине водонапорной башни Самервиля, не так давно.

Я вздрогнул от этой мысли.

Лена нацарапала что-то в блокноте и вырвала страницу. Она положила записку на вершину креста и поставила сверху камень, что бы ветер не унес ее.

Бумага затрепетала на ветру, но остались на месте.

Она смахнула со щеки слезу и улыбнулась.

В записке было всего одно слово, но мы оба знали, что это означало. Оно возвращало нас в один из первых наших разговоров, когда она рассказывала мне о могиле поэта Буковски. Его эпитафия включала только два слова: «Не пытайся.»

Но обрывок бумаги на моей могиле был отмечен только одним словом, и всё заглавными буквами. Все еще влажный и все еще пахнущий маркером.