Андрей Легостаев - Любовь опаснее меча

— Мы не можем покинуть дворец без наших жен и дочерей! — воскликнул герцог Вольдемар. — И без принцессы Рогнеды!

— И, кроме рыцарей, во дворце были наши оруженосцы и воины! — сказал граф Маридунский.

— Граф, — вздохнул барон. — Первый бой вами проигран, но не вся война. Если же враги коварством и подлостью захватят ваш замок… то у бриттов почти не останется шансов вновь поднять голову.

Граф пристально посмотрел на барона. Откуда француз знает? Но не время сейчас выяснять подробности, а сомневаться в честности и благородстве барона Ансеиса теперь-то уж у Отлака не было никаких оснований.

— Но было бы низостью с нашей стороны бежать, бросив здесь товарищей и женщин на растерзание врагам. Даже если мы погибнем, мы обязаны попытаться.

Герцог Вольдемар уже отодвигал засов ближайшей темницы.

Барон низко склонил голову в поклоне.

— Я здесь иноземец, граф. Вы здесь хозяин, вам решать. Я свою миссию выполнил. Но мой меч и моя рука принадлежит вам.

— Спасибо, барон. Вы самый благородный и храбрый рыцарь, которого я знал.

Бриттские рыцари прекрасно знали внутренние расположения дворца своего Верховного короля. Наземной его части. Но никто из них никогда не бывал в подземелье. Нельзя сказать, что они даже не догадывались о его существовании, нет — они знали, что в каждом замке должна быть тюрьма, но просто интересоваться подземельем дворца им было ни к чему. И теперь, если бы не герцог Вольдемар, которому приходилось спускаться сюда по долгу службы, рыцари просто заблудились бы в сложных и запутанных лабиринтах мрачных подземных переходов.

Через четверть часа или чуть больше все рыцари были освобождены из темниц. Часть из них вооружилась короткими мечами охранников. Убивали всех варлаков и саксонцев без предварительных разговоров — во-первых, кипела ярость и жажда мести, а, во-вторых, бритты не желали поднимать во вражеском стане всеобщей тревоги. Рыцари понимали, что сил их недостаточно, что в дворцовых переходах их просто задавят, как давеча в пиршественном зале, и что для спасения страны от нашествия врага необходимо выбраться из столицы и дать бой врагу в чистом поле — как и подобает рыцарям.

У выхода из подземелья бритты остановились и граф Маридунский обратился к ним с речью:

— Благородные бриттские рыцари! Коварный враг вероломством занял нашу столицу и собирается уничтожить наш народ. Но мы не склонимся пред саксонцем и будем защищать наши земли до последнего вздоха. Нам надо быть всем вместе и мы изгоним саксонскую скверну не только с наших земель, но и со всей Британии, исконно нашей страны. Род Пендрагонов не прервался! — Рыцари зашумели и Отлак поднял руку, призывая к вниманию. — Наследник Пендрагона юный Этвард жив, он находится в моем замке, в Рэдвэлле. Он был на воспитании у меня, а не у предателя Пенландриса. Я представлю в замке все необходимые доказательства!

Рыцари, взволнованные этим сообщением, зашумели. Герцог Вольдемар сказал:

— Но туда мчатся саксонские убийцы! Мы должны их опередить. Замок Отлака будет местом, откуда мы начнем священную освободительную войну!

Рыцари бурно пытались выразить свое ликование и поддержку, но сэр Отлак вновь призвал к вниманию.

— Сейчас мы разделимся! Все, у кого есть дома в столице, пусть пойдут в них, возьмут всех коней, воинов и все оружие, что есть. Оставшиеся разделятся на три части. Одна, под началом герцога Вольдемара пойдет выручать наших женщин. Другая, под руководством Гловера и моим, — оруженосцев и воинов, вряд ли их уже убили. Третья, — герцог поискал в толпе глазами, — с сэром Блэкмором попытается уничтожить охрану конюшен и вывести всех коней. Встречаемся за Ирландскими воротами. Я не знаю, сколько сейчас времени, но даю всем полтора часа. Потом мы уже должны мчаться к замку, где находится наш новый Верховный король. Все согласны с моим планом?

Одобрительный гул был ответом на его слова.

— Самим врагов не искать! — напоследок сказал герцог Вольдемар. — Нам необходимо покинуть столицу с наименьшими потерями. Каждый рыцарь будет необходим в битве. Но и ни одного встреченного варлака или саксонца живым не оставлять!

Последние слова рыцари выслушали с наибольшим удовольствием.

— Да благословит нас Бог, благородные господа! Удача будет на нашей стороне! — напутствовал герцог Вольдемар.

— А не захочет быть на нашей стороне, бычья требуха, — вполголоса пробормотал сэр Гловер, рвущийся в бой, — мы ее заставим!

Через два с половиной часа Сэр Отлак, сэр Вольдемар, сэр Гловер и сэр Ансеис, рядом с которым находилась Аннаура, так и не сменившая мужской костюм, сидели на конях в полном вооружении на дороге за Ирландскими воротами. Мимо них проезжали бриттские рыцари, воины и дамы, а также слуги с лошадьми, гружеными оружием и самыми дорогими вещами, бывшими у рыцарей в столице. Сэр Отлак распорядился просить следовать за ними и архиепископа Камелотского со всеми священнослужителями. Святые отцы не хотели покидать столицу, но граф лично посетил епископский дворец и нашел веские аргументы убедить владыку покинуть захваченный врагами город.

Великий Камелот спал. Он не вздрогнул и не проснулся, когда умер Верховный король Эдвин Пендрагон; не застонал во сне, когда цвет рыцарства, словно псов распихали по тесным клеткам. Горожане — купцы, ремесленники, нищие, калеки и стражники спали, пили, любились. Им еще предстояло завтра узнать, что власть переменилось. И в некоторых сердцах зажжется огонь негодования и жажда сопротивления саксонским поработителям, но многие останутся совершенно безразличны к переменам — их будет волновать только как изменения отразятся на их личной судьбе. А пока они спали, в полной уверенности, что завтра увидят общее сражение рыцарей на благородном празднике.

Спали и варлаки — дворец не заметил бегства всех пленников. Герцог Иглангер отдыхал, охраняемый отрядом отборных варлаков от внешних врагов и плотной магической стеной Ансеиса от внутренних возбуждений. Бриттам удалось спасти всех женщин и оставшихся в живых воинов. Граф Маридунский нашел тела погибших сыновей и забрал с собой, чтобы похоронить их как подобает рыцарям в родовом замке. Нигде не нашли лишь Рогнеды, как ни искали — ее не было во дворце. И нигде не нашли Пенландриса, чтобы прервать его подлую жизнь. Принц Вогон валялся в глубоком обмороке, истекая кровью, но жизнь еще теплилась в нем — бриттский же рыцарь принял его за мертвого.

— Черт нас побери! — не сдержался Гловер, глядя на проезжающих всадников. — Ведь целая армия, бычья требуха! Цвет бриттского рыцарства — почти все здесь. Зачем нам уезжать, раздери меня гром? Ведь мы можем дать бой прямо здесь!