Ив Форвард - Злодеи поневоле

— Надо полагать, у тебя есть веская причина, таинственный рыцарь, — пробормотала она. Шлем утвердительно кивнул. — Ну, надеюсь, что ты не ошибся.

— Эй, паренек, — обиженно сказал Арси, отходя в сторону. — Ты уж не обелился ли, часом?

Сэм покачал головой, проверяя свои подошвы.

— Нет, приятель — только корысть, и ничего больше.

— Ты же жизнью рискуешь, олух!

— А кто из нас не рискует? Пожалуйста, не роняйте на меня камни.

С этими словами Сэм начал потихоньку спускаться. Остальные молча наблюдали за ним.

Сэм полз по отвесной стене, словно паук. Ему было совершенно ясно, что надо делать: обвязать Робина веревкой и надеяться, что у Черной Метки хватит силы вытянуть его на тропу, если кентавр все же окажется не в состоянии ему помогать. В глубине души Сэм был даже рад. Ему не хотелось видеть, как гибнет этот жеребенок, а когда появился дополнительный сверкающий стимул… Скала оказалась довольно удачная — отвесная, конечно, но неровностей хватало. Вися над трехсотфутовой пропастью и глядя сверху вниз на парящего орла, Сэм едва не рассмеялся от удовольствия. Он высоту любил.

— Ну, я же говорил, что он псих! — сказал Арси, обращаясь к Валери. — У него это… как ее… расщепление двуличности.

Сэм медленно опускался к тому месту, где сидел Робин. Глаза у кентавра были широко открыты — и смотрели только вниз, в пропасть. Сэму показалось, что он слышит тяжелые удары двух сердец. Убийца ухмыльнулся.

— Привет, лошадиная задница! — приветствовал он Робина, держась за скалу ногами и снимая с плеча веревку. — Сейчас я тебя выручу.

— Помогите, — прошептал Робин.

«Судьбы, да на вид он еще совсем мальчишка! — подумал Сэм. — Неужели и я когда-то тоже был таким?»

Он обвил веревкой человеческую талию кентавра, потом — его плечи и круп, так что получилось нечто вроде упряжи, и, тщательно затянув узел, пронзительно свистнул. Над краем обрыва показался черный шлем.

Убийца швырнул рыцарю свободный конец веревки, а сам вытащил из кармана куртки свой черный шарф и быстро завязал кентавру глаза, чтобы тот перестал видеть свою верную смерть.

— Помогите? — спросил Робин с некоторым интересом.

— Угу, — подтвердил Сэм. — Мы будем тебя вытягивать, но ты должен упираться в стену и сам стараться лезть вверх как можно сильнее, понял?

— Упираться и лезть, — дрожащим голосом повторил Робин. — Понял.

— Давай, Черная Метка! — крикнул Сэм и быстро перелез чуть выше и в сторону от натянувшейся веревки.

Робин начал старательно пятиться по крутому откосу. Копыта у него скользили, но все же он постепенно поднимался. Сэм перекинул ногу через край обрыва и выбрался на тропу. Черная Метка методично перехватывал веревку закованными в железо руками, и вскоре над обрывом показался серый подпаленный хвост Робина, а потом и сам кентавр, стуча копытами, выбрался на тропу. Поскольку глаза у него были завязаны, он ставил копыта на ощупь.

— Не снимайте с него повязки, — предупредил Сэм.

— Ну, на этот раз тебе повезло, менестрель, — сказала Валери кентавру, который стоял, судорожно вцепившись в скалу. Робин нервно сглотнул и кивнул.

— Вы знаете про Миззамира, — сказал он.

— Угу, — подтвердил Арси.

— И все-таки вы меня спасли. Почему?

Несмотря на завязанные глаза, он повернулся точно туда, где стояли Сэм и Черная Метка: его чуткие уши позволили ему верно определить направление. Убийца развел руками.

— Мне заплатили. Спрашивай его, — ответил он, ткнув пальцем в черного рыцаря.

Черная Метка не пошевелился. Робин понурил голову:

— Миззамир сказал мне, что вы — злые…

— Это так, — кивнула Валери. — Кроме Кайланы, конечно.

— Друиды не считаются, — вставил Арси.

— Нет, — согласилась Кайлана, — хотя порой и кажется, что это не так.

— И все-таки вы позволили им меня спасти… — настаивал Робин. Он хотел понять.

— А ты думал, я стану спорить с нашим черным гигантом, с его-то мечом? — поинтересовался Арси, приподнимая бровь.

— И вы действуете заодно…

— Это лучше, чем умереть, — заметил Сэм.

— И вы не ссорились, и не наносили друг другу удары в спину, и даже не оставляли товарищей в беде! — воскликнул менестрель. — Я этого не понимаю! Почему? Создания Тьмы так себя не ведут!

— А, опять эта чушь насчет добра и зла! — презрительно проворчал бариганец.

— Послушай, — начал было Сэм, но Валери его перебила:

— Кентавр, злой человек делает то же, что и добрый. Разница только в причинах.

— Да и добрый человек способен на невероятно злые поступки, — тихо проговорила Кайлана. — Вот скажи, например: разве это не зло — убивать разумные существа?

— Э-э… да, — предположил Робин.

— Но Фенвик и его люди — сторонники добра — хотят нас убить. Они от этого становятся злыми?

— А мы раздробили те скелеты, — вставила Валери. — Это ведь были исчадия Тьмы… Но мы от этого добрее не стали.

— А этот дурень Сэм пристукнул насильника в Мартогоне, — сказал Арси, доставая трубку и кисет. — Кем ты будешь его считать: героем, поскольку он спас девицу, или злодеем, раз убил человека?

— Да, — подхватил Сэм. — А Арси рискнул своей шкурой, чтобы украсть для нас целительной воды… Он злой, потому что крал и при этом нанес немалый ущерб тем варварам, или добрый, потому что помог нам?

— Мы — злые, потому что помогаем друг другу из эгоистических соображений, — подвела итог Валери. — Мы поняли, что, если не будем действовать заодно, погибнет мир — а значит, и мы.

— При менее веской причине наш союз не продержался бы и пяти минут, — серьезно проговорила Кайлана. — Мы перерезали бы друг другу глотки за малейшую выгоду… Но когда на карту поставлено столько, приходится выбирать: действовать заодно или погибнуть… А мы слишком любим себя, чтобы выбрать второе.

— В людях много всего перемешано, — сказал Арси. — Есть такое, что нельзя назвать просто добром и злом или законом и беззаконием. Есть еще предубеждения, причуды, привязанности, суеверия, привычки, воспитание, союзы, гордость, общество, устои, враждебность, предпочтения, ценности, религия, обстоятельства, настроения, упрямство, честь, месть, ревность, досада… тысячи обстоятельств, из прошлого и из настоящего — и от них зависит, как какой-то человек поведет себя в определенной ситуации.

— Неплохой словарный запас для деревенщины, бариганец, — заметила Валери. Арси поежился.

— Ну, слышишь же, что говорят вокруг и учишься помаленьку, — пробормотал он.

— Иногда помогаешь другим не только ради выгоды, — тихо добавил Сэм. — Есть дружба, доверие и любовь… Эти вещи присущи не только Свету… Просто у нас их труднее завоевать, и встречаются они реже… Но тем не менее они существуют.