Алина Багазова - Виолетта. Белый единорог

Интересно, а как же василиск вернулся «домой» и вернулся ли?

Тёмный Лес, украшенный россыпями огоньков по верхушкам пышных крон деревьев, напоминал собой чёрный бархат, усеянный живыми, беспрестанно двигающимися, каплями сияющих бриллиантов. От их точечного света лесная чернь более-менее просматривалась.

Светлый же очаровывал другим: пространство мерцало сотнями блёсток, переливалось, словно целая ватага крылатых маленьких фей только что пролетела, оставив позади не тающий след. Казалось, воздух можно потрогать, он словно бы пульсировал, дышал, но в то же время — стал невесомо лёгким, как дымка, свежим и…волшебным.

— Это… и есть Школа? — шёпотом проговорил Сергей, с тревогой озираясь на мой родной Тёмный Лес.

— И есть, — подтвердила. Что она не всегда такая — умолчала. Вряд ли он увидит её другой, мы сюда больше не вернёмся.

— Так, ребята, я отойду ненадолго, кое-кого встретить надо бы, — Волька улыбался до ушей, — Вилка проводи гостя на место действа.

— А где оно — это место? — поинтересовалась невинно, но с подчёркнуто язвительной интонацией, — ты ж деталей не рассказал, а мысли прочесть как-то не подумала.

— Идите через Светлый Лес к опушке с видом на долину и замок, там и ждите остальных…

Что-то внезапно ткнулось мягко в руку, я отпрянула и оглянулась: чёрный единорог доверчиво пригнул голову и тёрся о ладонь, пытаясь нырнуть в неё, спрятаться, носом.

— Ты чего? — просто растерялась, не ожидая такого от несколько агрессивных и вечно подозрительно осторожных существ.

— А идея хорошая… — протянул задумчиво Вольдемар, подошёл и что-то шепнул на ухо единорогу, — верховой ездой не увлекалась, а, Вилка? Садись, так быстрее получится, потому что ты со своей любовью к неторопливым прогулкам непременно опоздаешь на самый апофеоз.

Я фыркнула, недоверчиво, но всё же решилась вскарабкаться на спину неожиданно послушного животного. Чёрныш снисходительно присел, подогнув колени, упершись рогом в землю — вот уж не знала, что они так умеют! Наверное, почувствовал, что я совершеннейшая неумеха в области гарцевания в седле… Когда единорог выпрямлялся, я с досадой закусила губу, но смогла-таки на нём удержаться.

Вопросительно кивнула головой на Серёжу.

Волька, как заправский фокусник, щёлкнул пальцами и извлёк из шляпы…пардон, из лесной чащи, ещё одного черненького. Сергей смело и безо всяких возражений оседлал «коняшку». Он, казалось, ничему не удивлялся, осматривался хоть и с нескрываемым интересом, но без изумления. Кто знает, может он ещё и не то видел в жизни… С такой-то судьбой как у него, с таким предназначением. Правда, я отметила, что смотреть он явно предпочитал в сторону Светлого Леса. И взгляд, и без того горящий, время от времени, становился восторженно-очумелым.

Наши лошадки нетерпеливо перебирали ногами. Я вцепилась изо всех сил в отливающую синевой холку, перед глазами маячил длинный, острый изогнутый рог, а голова кружилась от высоты — Ну, вперёд! — Волька неожиданно шлёпнул по крупу моего единорога.

Тот явно не был готов к такому подвоху, взвился на дыбы, коротко ржанул и кинулся опрометью по заданному маршруту. Я, упав грудью ему на спину, машинально обвила руками шею. Ветер свистел в ушах, всё проносилось с такой скоростью, что сливалось в бесформенную массу, мешая насладиться ландшафтами чужого леса.

Потряхивало меня мощно, если смогу нормально и безболезненно сидеть в ближайшие дни — буду невероятно счастлива… Судя по ощущениям — и грудь моя тоже получит свою порцию живописных синяков, даже дышать удаётся с трудом.

И всё же я сумела различить движущегося сбоку единорога с Сергеем на спине. Наши «кони» шли ноздря в ноздрю. А в какой-то момент скачка начала замедляться, в тот самый миг, когда я уже прикидывала пойти работать на ипподром, благо опыт имеется, единороги стали довольно резко тормозить. И тогда поняла очень ясно, что предыдущие мгновения были только лишь игрой, настоящее испытание жокея — сейчас. Но я его достойно выдержала.

— Летик, ты как? — услышала озабоченный голос Сергея.

Осознала, что единороги лениво идут шагом и с усилием отлепила себя от спутавшейся холки, заставила сесть прямо. Судя по всему, мой любимый всё время в седле провёл именно в этом благородном положении, и откуда же у него такой самый разнообразный опыт?? Досада ужалила меня разом с завистью.

— Нормально, — буркнула и осеклась, увидев…

Деревья расступились, выпуская нас на опушку с видом на долину. Чудную, бесконечно огромную и чарующую, залитую лучами закатного солнца. Я недоумённо уставилась на него, а потом сообразила, что ранний закат — дело рук Вольки.

Всего лишь подкорректированные «настройки». И впрямь, атмосфера захода солнца настраивала на совершенно особый лад, успокаивала, умиротворяла, даже возносила, душу.

Огромный замок в долине, окрашенный в желтоватые разводы от огненного солнечного выплеска на горизонте, притягивал взгляд, как что-то фантасмагорическое. Я только единожды недолго рассматривала его башни в истинном белоснежном виде, как-то, в задумчивости, загулялась по кромке леса и не заметила, как обогнула Светлый… Острые, в готическом стиле, сейчас они не казались такими холодными, как тогда, сейчас, будучи залиты теплом, ощущались, будто что-то домашнее, родное. Ледяное величие смягчилось.

И на опушке мы с Сергеем были уже не одни. С Леса стекались, собирались в две толпы потрясённые не меньше моего, ученики, Учителя, со всех факультетов обоих отделений, я и не думала, что в Школе СТОЛЬКО народу… Перешёптывались, озирались. Мы с Сергеем стояли особняком, мало кто смотрел в нашу сторону.

Я робко сползла с единорога, совершенно забыв, что не умею этого. Серёжа встал рядом со мной. Единорожки, попятившись, скрылись в чаще. А по кромке Леса, за спинами зрителей, потихонечку собирались и коренные обитатели Лесов: гномы, леший, мавки, эльфы. С другой стороны, где совсем недалеко проходила граница факультетов, заклубился тёмный туман. В нём проступали силуэты наших, тёмных, существ. Волька — большой шутник и оригинал: позвал и привёл абсолютно всех.

Оборотни, кикиморы, вампиры, тролль…толпились молча, не враждуя; по деревьям расселись гарпии в противовес светлым феям. Внимательно оглядев наших страшилищ, я успокоилась — чувство юмора Вольки, к счастью, не протиралось до того, чтоб привести и Васю тоже.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, оглянулась и похолодела. Стефан стоял в стороне от своих учеников. Наши глаза встретились… столько всего внезапно промелькнуло перед моим внутренним взором, душа словно вывернулась наизнанку, а дыхание перехватило. Виски сдавило болью… ещё немного и я не смогу сдержать слёз. Только вот никак не выразить: что это за чувства, которые сейчас испытываю к нему? Будто бы что-то из прошлого вынырнуло из омута памяти, обняло и… оттолкнуло. Я даже покачнулась. Но в следующим миг Стефан улыбнулся — искренне, широко, добро. Кивнул мне, глянул мельком на Серёжу, отвернулся и пошёл к своим ученикам.