Дэвид Коу - Изгнанники

Оррис отогнул лист и пропустил своих спутников внутрь. Потом, мысленно подбодрив Анизир, и сам пролез следом.

По ту сторону стены проходила широкая грязная дорога, ничуть не отличавшаяся от тех, что Оррис видел в Брагор-Нале. Рев бешено несущихся мобилей отражался от стен близлежащих домов, а над головой изгибалась Верхняя. Путешественники перебежали через дорогу к маленькой двери, похожей на те, что вели в брагорское подземелье. Гвилим уверенно распахнул ее и по лестнице спустился в темный коридор. Здесь не так сильно воняло, как в Брагор-Нале, но ощущение темницы было ничуть не слабее, и Анизир стала теребить Орриса, ища утешения.

Гвилим открыл свой церилл, Оррис сделал то же самое. В туннеле было пусто.

На круглом лице Гвилима обозначилась тревога, и он что-то сказал.

— Он говорит, что встретился с проводником именно здесь, — перевела Мелиор. — Он точно знает, что люди из Сети тут бывают, но не знает, часто ли.

— Тогда подождем, — предложил Оррис.

— Не знаю, разумно ли это, — ответила она, не переводя сказанного Гвилиму. — А вдруг здесь и еще кто-нибудь бывает. В Уэрелла-Нале тоже есть Служба Безопасности. Пусть она и не такая страшная, как в Брагор-Нале, но все же лучше с нею не связываться.

— Но почему? Нам ведь нужно встретиться с Шивонн. А люди из Безопасности почти наверняка доставят нас к ней.

Мелиор некоторое время не сводила с него глаз, потом сказала:

— Занятная точка зрения.

Она пересказала это Гвилиму, и тот, выслушав ее, дал какой-то короткий ответ.

— Он с тобою согласен, — криво улыбнувшись, сказала Мелиор.

— Тебе это неприятно?

— Да нет. Но и не радует.

Долго ждать не пришлось. Через несколько минут в туннеле раздались голоса, и в стену из встречного коридора ударили лучи света. Оррис предположил, что это гилдрины, вспомнив братьев-близнецов.

Но когда из-за угла показались шестеро мужчин в форме и свет фонариков блеснул им прямо в глаза, он понял, что ошибся. Люди в форме тут же вскинули оружие, и один из них что-то крикнул путешественникам. Мелиор ответила им, но охранник повторил то же самое, только более резко. Тогда Мелиор отцепила свой лучемет и бросила на каменный пол.

Человек гаркнул что-то еще, и Гвилим медленно, трясущимися руками, опустил на пол свой посох. Мелиор прикоснулась к руке Орриса.

— Они требуют, чтобы ты положил посох, — тихо, но с некоторым раздражением произнесла она. — Мы арестованы.

24

Самым лучшим способом воспрепятствовать намерениям наших врагов в Лон-Сере, по моему мнению, будет последовать их примеру. Другими словами, так же, как они пытались подорвать репутацию Ордена и воспользоваться недоверием, которое народ стал проявлять к магам, нам следует попытаться использовать те слабости, что присущи экономике, социальной и правительственной системам Лон-Сера. Сложность, однако, как я отмечал и раньше, в том, что наши знания в этой области чрезвычайно ограничены. Мы даже точно не знаем, кто приказал отправить захватчиков в нашу страну. Но все же, опираясь на то, что я услышал от Барама, полагаю, что с наибольшей вероятностью повлиять на ситуацию в Лон-Сере можно, воспользовавшись следующим: страшной нестабильностью системы власти, постоянным ухудшением жизненных условий, а также соперничеством и подозрительностью в отношениях между Налями.

Мелиор много лет была изгоем, а потом лордом, но ни разу за это время она не попадала в тюрьму, даже в самом начале, будучи независимой, когда молодчики из Безопасности чаще всего хватают изгоев. Но она была знакома со многими, кто там был, и прекрасно знала, что брагорские тюрьмы — жуткие, грязные вертепы, где мужчины умирали если не от болезней, то от каждодневных побоев, а женщин постоянно насиловали охранники. Одни тюрьмы были хуже, чем другие, но хороших не было точно.

И уж конечно, они не были похожи на ту, куда их доставила уэрелльская Служба Безопасности. Отсюда точно не убежишь, достаточно взглянуть на толстые стальные решетки и массивные каменные стены, — ее могут держать здесь сколько понадобится. Но она никогда не думала, что в тюрьме может быть так чисто и так светло. Полированные железные прутья блестели, каменная кладка была безукоризненно ровной. Стальная кровать, стоявшая в ее камере, была твердой и холодной, но чистой. Принесший еду охранник хоть и пожирал ее взглядом, но прикоснуться не посмел. Даже еда была пусть безвкусной, но довольно сытной, а порция — внушительной. Для тюрьмы прекрасные условия. Но только для тюрьмы.

Гвилима и Орриса, очевидно, увели в мужской блок, и Мелиор была этому даже рада. Ей не очень-то хотелось видеть их сейчас. Если бы не эти двое, они все были бы сейчас свободны и благополучно пробирались бы подземными коридорами к дворцу Правительницы.

— Нечего было слушать их, — пробурчала Мелиор себе под нос и не сразу поняла, что говорит на языке чародея.

Утро почти наступило. Через решетчатое окно под потолком камеры проникал серебристо-серый предрассветный свет. Она пролежала пять или шесть часов, но заснуть так и не смогла Если их преследовал Лезвие, то в тюрьме он, конечно, их не достанет. Однако, если он прослышит об их аресте, найти их будет легче легкого. К тому же после освобождения лучемет, клинки и посохи могут не вернуть, и тогда он прикончит их сразу, как котят.

Не первый раз за последние дни вслед за мыслями о Лезвии пришел страх за жизнь Джибба. Она хорошо изучила Седрика и знала, как он делает дела. Если он — а кто еще это мог быть? — послал за ней убийц, то никто не помешает ему подослать наемников и к Джиббу. Слишком уж велик риск убить ее и оставить в живых верного телохранителя. Интересно, что с ним, подумала она. Жив ли он, сместили ли его с управления Четвертым кварталом? В любом случае она ему ничем не поможет. Она бессильна сделать что-либо даже для себя и своих спутников. А об этом в первую очередь и следует беспокоиться. Она заставила себя не думать о Джиббе и попыталась сосредоточиться на своем собственном положении.

Надо как-то убедить охрану, что им необходимо встретиться с Шивонн или, на худой конец, с одной из ее подчиненных, — кажется, в Уэрелла-Нале их называют Наместницами. Но никто из стражников не показывался с тех самых пор, как тот неуклюжий парень принес ей еду. Она слышала, как в коридоре лязгали стальные двери, однажды до нее донеслись всхлипы какой-то женщины — видимо, заключенной, — а потом звук, как будто кого-то рвало. Но все это слышалось издалека в ее отделении, похоже, никого не было.