Кирилл Клеванский - Путешествие на восток

Я открыл глаза. Это было легко, учитывая, что еще мгновение я чуть не помер. Вообще, все было легко, не было боли и крови, а голова нисколько не болела. К тому же, я почему-то оказался не в пещере, а на природе. На миг, мне показалось что я нахожусь в море, но вместо моря была высокая, густая, зеленая трава, что волнами до горизонта. Дышалось так легко и свободно, и все вокруг было залито светом. Огромная долина, живая, дышащая колосящейся травой, открылась предо мной. Вдруг все окинула тень, и прозвучал низкий, сердечный гул. Я поднял голову к самому синему небу, которое когда либо видел смертный. И там, из облаков, похожих на белые летающие замки, выплывал под пенье птиц и ветра свист, летающий остров. Сабли выпали из моих рук, а сердце забилось быстрее быстрого. Это было невероятно и невозможно, но я видел водопад срывающийся с обрыва, оставляющий за собой радужную расцветку. Видел тех самых птиц, парящих по краям каменной громады. Я видел свою мечту, настоящий летающий остров, парящий в безмятежной синеве, на морем травы, в безграничное долине, полной свободного, разгульного ветра.

Я улыбнулся, той бездумной, детской улыбкой, которую, казалось, уже давно забыл. А мигом позже, голова взорвалась страшной, но знакомой и от того еще более страшной болью. Это был третий раз, который превзошел оба предыдущих, я буквально тонул в океане адской агонии. Все вокруг вновь померкло, но и я упал не землю Великой Долины, долины летающих островов.

Эпилог

— Кого там демон на крыльях принес?

— Это я — Зуфа, открывай старый перечник.

— Бездна и что тебе надо… всех демонов мне в задницу, что это за мертвый организм?

— Он пока еще не мертвый, но если промедлим…

— Клади его на стол! Да не на этот, а на рабочий, за кой тьмой он мне на кухонном?!

— Да у тебя не разберешь где кухонный, а где нет!

— Заткнись, дурак седой. Так, что тут у нас… Стихии клятые! Ты где добыл эту ошибку мироздания? Что за безрукий халасит, выползший из самой заговненной канализации, решил произвести столь убогий обряд?! Да его нутро лишь на честном слове держится!

— Ты делай уже что-нибудь, а не только бранись!

— Да делаю я уже!

— Воу! Воу! А то что у тебя руки серебряным светятся, это нормально?

— Нет! Должны красным, но демоны с ним, со свечением. Главное удержать. Помоги мне, зараза безмозглая, выкидыш пьяного демона.

— Да что мне делать?!

— Свет мне не закрывать, дубина неотесанная!

— Так бы и сказал!

— Я так и сказал! А ты все равно стоишь!

— Все, отошел уже. Чего ты так пыхтишь?

— А ты думаешь легко отгонять Седого Жнеца и обряд параллельно завершать?

— Откуда ж мне знать, я ж не лекарь.

— Вот и заткнись тогда!

— Да я за парнишку волнуюсь.

— А за него не надо волноваться, с ним уже все в порядке.

— Уже?

— А ты с кем, думаешь, разговариваешь? Я что по твоему халасит дурной какой?

— Все-все, молчу.

— Вот и молчи! О, смотри, в себя приходит.

— Нехмери оман дунес?

— Чего? Слушай, Зуфа, чо он талдычит?

— Не пойму.

— Гурд мар заг нагтунн?

— Он сейчас меня оскорбил?

— Вроде нет.

— Оширша мейс макнус?

— Да где ты вообще этого полиглота отыскал?

— Внизу.

— В сортире своем что ли?

— Еще ниже.

— По канализациям ползал?

— Не Землю летал.

— И что ты там заб… он с Земли?

— Да.

— Демоны бездны и все стихии мне в задницу! Вот это поворот! Вот это случай! И что нам делать с твоим землянином?

— Не знаю, у него вот это с собой было.

— Оружие?

— Да.

— Что ж, тогда его надо вести на Арену, пусть там определят, подходит ли он Термуну в качестве воина.

— Достойнейшую участь ты ему выбрал, сразу на воина отправлять.

— А ты его нутро не видел. Уж не в цех к художникам с таким нутром отправлять. Смотри, опять хрипит чего-то.

— М-м-аг-ги-и-я?

— Что? Магия? Что это за отрыжка демона эта твоя магия?

Конец третьей книги.