Люба Штаний - Отпуск на 14 дней

время уговаривать и успокаивать огонь внутри себя, а контура поблизости может и не оказаться.

Кстати, а зачем он вообще в библиотеке?

- Именно в библиотеке традиционно хранятся книги. - Сверля меня тяжёлым взглядом, ехидно

заметил Нагив.- В том числе и содержащие различного уровня заклинания. Для безопасности во

время изучения оных, как раз и существует контур или печать силы. Она не только ограждает мага от

окружающих, но и способна схлопнуть заклинание, если в нём допускаются ошибки, ведущие к гибели

самого мага. Правда в этом случае тому, кто небрежно отнёсся к плетению, всё равно, достанется уже

от самой печати. Но больно не значит смертельно.

- Хочешь сказать, если мне не удастся правильно прочитать заклятье с первого раза, печать меня

ударит?

- Нет, конечно. - Рассмеялся блондин. - Для новичков уровень ответственности иной и в худшем

случае ты просто почувствуешь лёгкую щекотку. Только заклинания не произносят, их плетут. Любые

слова здесь - только ключ. Вот, смотри...

Блондин вытащил из стопки объёмный талмуд, водрузил передо мной, небрежно сдвинув локтем

поднос и почти пустую тарелку, раскрыл и началось. Через два часа голова буквально кипела от

обилия информации.

Сначала даймоны разъясняли, что такое потоки, линии, нити и сети силы. В чём разница между

ними и особенности применения. Книжка была буквально напичкана схемами от напоминающих

чертежи до выглядящих, как кружево. Потом долго и упорно втолковывали как применять на практике.

Начать решили вполне логично с простейшего щита, чтобы элементарно научить направлять силу.

Правда, это мало что изменило.

Я никак не могла понять каким образом огненного зверя можно растянуть в тонкую нить, а потом

ещё и сплести из неё сетку. Стихия почему-то представлялась мне живой и едва ли не разумной, а тут

такие извращения! Как следствие, зверь с готовностью откликался на призыв, но лишь окутывал

стеной льнущего к телу пламени. Благо экспериментировали внутри контура.

В конце концов, я так разозлилась, что умудрилась каким-то образом стереть половину линий, не

написанных, а врезанных в пол и заполненных магией. Только тогда, даймоны отступились и

позволили просто отдохнуть. Если бы ещё не косились с откровенным изумлением на подпалины там,

где раньше серебром светились вензеля и петли контура, было бы совсем хорошо.

- Значит так, ты сейчас садишься вон на тот диван. - Указал на единственный мягкий и большой

предмет мебели здесь Вален. Можешь даже полежать, только, очень тебя прошу, не пытайся больше

ничего делать со стихией. Я сейчас принесу что-нибудь поесть, а Нагив попробует восстановить

печать.

Я послушно и даже радостно прошла к низенькому дивану и забралась на него с ногами, скинув

туфли и блаженно прищурилась, устраиваясь в уголке.

- А что, может и не получиться восстановить контур? Нагив же вроде сильный и опытный маг,

магистр даже, если мне память не изменяет. Или это так, для красного словца?

Нагив только хмыкнул и покосился на меня со смесью любопытства, восторга и иронии.

- Видишь ли, дорогая, на моей памяти, ты - первая, кто сподобился смять готовый контур. -

Насмешливо протянул он и запустил пальцы в чёрные волосы на затылке. - Нет, чтобы просто

уничтожить - было, но для этого прикладывались вполне определённые плетения и умения. Тут же

печать - целостная структура. Она в пол впаяна была не одно столетие назад и исправно служила

многим поколениям магов разной степени одарённости.

Я с уважением посмотрела на потускневшие, а кое-где совершенно исчезнувшие линии и пожала

плечами.

- Всё когда-нибудь ломается. Наверное, просто старая была, а подновить никто не догадался.

- Подновить?! - Даймон расхохотался в голос. - Лена, контур с каждого, кто в него входит тянет силу.

У кого больше, у кого меньше, в зависимости от мощи Дара и используемых плетений. Он сам себя

подпитывает. Я вообще не понимаю, как возможно просто... - Тут он хмыкнул, как-то очень

многозначительно покосился на меня и замолчал.

Огляделась и поняла, что Вален-то оказывается, уже удалился и мы остались вдвоём с проклятьем.

А мне уже было по барабану, так устала. И вот кирпичей вроде не грузила, цемент не мешала, а

мышцы просто дрожат от напряжения. От души потянувшись, принялась массировать икры, искоса

поглядывая на наваждение.

Если честно, несмотря на усталость, я просто млела, наблюдая за тем, как он листает талмуд за

талмудом, разыскивая что-то одному ему ведомое. Как задумчиво потирает подбородок, костяшками

пальцев. Как серьёзно и методично что-то вычерчивает на большом, извлечённом из того же шкафа

листе... Как нетерпеливо отбрасывает в очередной раз упавшую на глаза чёлку... Наверное, имеет

смысл её подстричь, но мне безумно нравилось это небрежное движение. И разворот плеч и

сдержанная уверенность большого хищника, и...

- Лена, мне это конечно больше чем нравиться, но если ты будешь так смотреть, Голах останется

без защитного контура. - Не поднимая головы, вдруг произнёс Нагив едва слышно.

Вздрогнула, но взгляда не отвела, поскольку, всё равно, смотрела сквозь рассыпанные в беспорядке

волосы.

- С чего ты взял, что я на тебя смотрю? - Протянула насмешливо, хотя у самой сердце едва не

остановилось от жара, охватившего тело.

- Чувствую.

И посмотрел в упор. На мгновение показалось, что он действительно может видеть мои глаза, но я

знала, что это невозможно и невозмутимо продолжила массировать левую ногу, вперив взгляд в

диван. Секунда, другая, третья...

- Ле-ена... - Сдавленный хриплый полустон-полувздох из-за стола, а в следующее мгновение мои

губы сминает поцелуй полный страсти.

Даже не подумала, как он умудрился преодолеть немаленькое расстояние за долю секунды и без

единого звука. Просто отозвалась, одновременно подчиняясь, споря, бросая вызов. Наважденье... Его

пальцы зарылись в волосы на затылке, почти обжигая кожу. Широкая ладонь скользнула по лодыжке,

вызывая мучительно-сладкую дрожь. Огонь-стихия? Возможно, но и Нагив тоже. И не менее жаркая и

неотвратимая.

Не знаю, действительно не знаю, как я смогла отстраниться, но смогла. Отодвинулась глубоко дыша

и чувствуя, как каждый сантиметр, разделяющий нас отзывается острой болью потери. Мужчина

только глухо застонал и отпрянул, подчиняясь уже моему решению. Сел прямо и, глядя на то, как я