Ольга Андреева - Там, где оживают пески (СИ)

— Нет, только не вы! — ошарашенно рассмеялся тот. — Для вас я Змеелов, ваш друг, и всегда им останусь…

— Ну, тогда бежим скорее, а то твои подданные с колен начинают подниматься. Сейчас увидят, что ты уходишь, и не пропустят никуда… — заговорщицки подмигнула Тия.

— Пойдем! — подмигнул ей тот и они отправились в таверну…

Следующие несколько месяцев прошли в подготовке к венчанию на Царство и официальном ознакомлении с городами Царства. Новый монарх оказался милостив и казнил лишь Ияра, привязав его к бешеному верблюду и отправив в Пустыню, где он и затерялся. Говорят, караваны еще не раз потом натыкались на своем пути на два костяка — верблюжий и человеческий. Стервятники обглодали кости, а солнце выбелило их, но никто не взял на себя труда похоронить останки человека, так жестоко расправившегося когда-то с семьей Царя.

Сразу же после Суда Богов и Людей Ифран Первый отправился в Кабир, ибо тамошний Правитель в столице не появился, а потому ничего не знал о смене власти. Перед самыми воротами Царь, заметно волнуясь, подъехал к своему Первому Советнику Сидусу и тихо проговорил:

— Сид, мне надо с тобой поговорить…

— Да, Ваше Величество? — прищурился тот.

— Не называй меня так наедине — поморщился Змеелов. — Дело, понимаешь ли, в том, что я один, как перст, а мне династию продолжать, наследники нужны…

— Я не понял, ты предлагаешь мне родить тебе наследника? — рассмеялся тот.

— Тьфу, нет, конечно, не тебе, но, вот, сестра твоя очень неплохо бы с этой задачей справилась, как думаешь?

— Ну… я даже не знаю, что сказать… Я буду рад, а вот согласиться ли Шрути? — растерялся маг.

Шрути, едва заметив всадников в роскошной одежде, очень удивилась. Еще больше она изумилась, когда узнала в них своего брата и его друга. Они с матерью пораженно смотрели, как двое мужчин, спрыгнув на землю с холеных скакунов, зашли в калитку и поздоровались. Сид обнял их и рассказал удивительную историю о том, что Змеелов и не Змеелов вовсе, а Его Величество Ифран Первый, и он просит руки Шрути.

— А… А где Тия? — девушка настолько растерялась, что не поняла вопроса.

— Тебе нужен ее совет? Но она сейчас в Адабе… — ослепительно улыбнулся статный красавец в роскошных одеждах и, протянув трясущуюся от волнения руку, повторил свой вопрос — Ты согласна выйти за меня замуж?

— Да… — пролепетала девушка, покраснев, как маков цвет.

— Матушка? — обернулся Ифран к старушке. — Та лишь низко поклонилась, пролепетав:

— Большая честь для нас, Ваше Величество…

— Для тебя, матушка, я просто сын…

Свадьбу назначили сразу после венчания на Царство, и в Адаб поскакал гонец, чтобы подготовить все к пышной встрече будущей царской четы. Несколько недель спустя, вернулись и сами виновники торжества. Тия ждала их, млея со скуки в роскошном дворце. На ее счастье, Гюрза, еще не оправившись от ранения, остался с ней. Да он, по правде говоря, и не стремился пока заступать на предложенную ему должность начальника Царской Охраны и всюду следовать за Ифраном. Вириец хотел домой, но придворный лекарь строго-настрого запретил ему дальние путешествия в ближайшие пару лет. А потому они с Тией проводили много времени вдвоем, спасаясь от скуки.

Немного спустя после возвращения Ифрана в Адаб, он объявил Тии, что хочет сделать ей подарок, но он прибудет издалека через три дня. Подарки Тия обожала и потому с нетерпением ожидала назначенного дня. Наконец, Распорядитель объявил ей, что она может подойти после завтрака в тронный зал и там ей все объяснят.

Тия, едва притронувшись к еде в то утро, одним духом пробежала великолепную галерею, что вела их ее покоев в тронный зал, и, забежав внутрь, обнаружила, что там уже собрались все ее самые близкие друзья, а кроме того…

— Бабушка Нур! — восторженно закричала она, повисая на шее у старухи. Та лишь плакала, обнимая свою воспитанницу.

— Это еще не все, Тия! — хитро улыбнулся Ифран. — Бабушка, расскажи правду о появлении Тии на свет…

— Дело давнее, Ваше Величество… — вздохнула она. За месяц до Битвы у Стен матушка Ваша родила прехорошенькую девчушку. Девочка была слаба здоровьем, а потому ее срочно нарекли именем Тиана, что значит «стойкая», и, согласно древним поверьям, никому об этом не сказали, чтобы избежать дурного глаза. Времена были неспокойные, и Правитель Саргон распорядился рассказать всем посвященным, что ребенок умер, дабы не было соблазна у его врагов умертвить младенца. Девочку отдали на воспитание мне, одной из придворных травниц, ибо посчитали, что так она будет надежно спрятана. А потом произошло… что произошло, и я сбежала из дворца, унося с собой малютку. Поселилась в лачуге и стала зарабатывать тем, что зелья варила…

— Ой-ой-ой! Это что же получается, я — Царевна? Ой-ой-ой! — вдруг расплакалась та.

— Ты что? — рассмеялся Сид. — Вот тебе и «стойкая»…

— Я… не знаю — она утерла слезы.

— Но и это еще не все! — хитро улыбнулся Ифран.

— Что, у меня есть сестра-близнец? — в волнении вскричала та.

— Нет, но вот это… — подал ей свиток дорогой бумаги Ифран — портрет нашей мамы, и теперь он — твой.

Тия с трепетом развернула портрет и восхищенно выдохнула: на нее смотрела удивительная красавица с белоснежной кожей, тонкими чертами лица и точно такими же, как у нее бирюзовыми глазами. В руках девушка держала белого голубка.

— Так вот откуда у тебя вирийские глаза… — тихо проговорил над самым ее ухом Гюрза, также вглядывавшийся в картину.

— Так ты мой брат? — недоверчиво посмотрела на него девочка.

— Да, Тия… Я думал, что один, а оказалось, что у меня есть сестренка. — он тепло ей улыбнулся. — Еще когда я тебя впервые увидел, меня поразили твои глаза. Они были точь-в-точь как у мамы. И тогда я даже подумал, что ты могла бы быть мне сестрой, а потом отогнал эту мысль, настолько она мне показалась невозможной… Еще раз я об этом вспомнил, увидев, как реагирует на тебя амулет. И первым же моим распоряжением стало разыскать в Ферузе бабушку Нур и строго-настрого все выспросить… Ты рада?

— Рада! — кивнула Тия, повиснув у Его Величества на шее.

— Ну тогда на правах сестры Царя будешь заниматься со Шрути подготовкой к свадьбе. — рассмеялся тот.

— Истинный Царь — сначала одарит, а потом обязанностей навешает! — шутливо проворчала она, отстраняясь. — Свадьба-свадьба… А я, может, тоже хочу замуж.

— Это за кого же? — расхохотался Ифран еще пуще.

— Да, вот за Сида! — уверенно указала она рукой на мага. — Пусть ему жизнь медом не кажется… — при этих словах щеки Гюрзы порозовели, а Сидус упал ниц.