Ольга Андреева - Там, где оживают пески (СИ)

— Тия, он умер. Надо похоронить… — непослушными губами проговорил маг, глядя на недвижимое тело друга.

— Врешь! — яростно закричала маленькая воровка. — И все ты врешь, верблюжий хвост! Он жив.

— Тия…

— Он дышит!

— Тия…

— Посмотри сам! — она схватила его за руку и поднесла ее к губам вирийца. Тот, и правда, еще слабо дышал.

— Но скоро умрет. — маг сам себя ненавидел в ту минуту, но ему приходилось говорить Тии об этом.

— Значит, я останусь с ним до конца. — тихо ответила она, размазывая по лицу злые слезы.

— Тия, девочка моя… — подошел к ней Змеелов и осторожно погладил по голове. — Мы его не бросим и все останемся здесь до его… до конца. — поперхнулся словами он. Она лишь молча помотала головой и разрыдалась пуще прежнего.

Сид, тем временем, занялся осмотром Гюрзы. Он прочел какое-то заклинание, и кровь остановилась. Затем резким движением вынул из груди вирийца каменный осколок и стал что-то нашептывать над раной.

— Дэв! Как же трудно мне даются эти лекарские штучки! — утер он пот со лба, разогнувшись через какое-то время. — Ну что, друзья мои! Этот парень в рубашке родился, и если, все-таки, он придет в себя до утра, то, возможно, выживет…

— Правда? — с надеждой посмотрела на него Тия.

— Да! — кивнул тот. Вот только нужно встать здесь лагерем…

— Сид! — позвал его вдруг Змеелов, смотревший все это время ему за спину. — Погляди-ка туда…

Друзья обернулись и с изумлением обнаружили, что на месте рухнувшего схрона образовался гигантский портал, сквозь который, точно сквозь стекло, был виден ночной Адаб.

— Боги, кто бы не строил этот схрон, теперь я готов признать, что он был не просто жестоким человеком, а еще и умным… — рассмеялся Сид. — Да сюда забито столько силы, что целая армия сквозь этот портал пройдет, не только четыре человека и лошадь…

— Тогда, думаю, нам нужно поторопиться — Змеелов поглядел на Гюрзу. — Ночью нам будет гораздо проще остановиться в постоялом дворе, не замеченными стражей. А ему, — кивнул наемник на вирийца, — …лучше болеть в мягкой постели.

— Ты прав! — кивнул Сид и осторожно приподнял Гюрзу, скомандовав наемнику. — Помоги-ка мне положить его на коня…

Сонный чайхани Динар был нимало удивлен, когда его среди ночи разбудили слуги и доложили, что в постоялый двор пришли двое заросших изможденных мужчин, а с ними — ребенок и раненый человек.

— Откуда они свалились на мою голову… — причитал чайхани, направляясь в общий зал.

Слуга не соврал. Перед ним действительно стояли двое мужчин неопределённого возраста, заросшие бородами, а рядом с одним из них нетерпеливо переминался с ноги на ногу ребенок. Была ли это девочка, или мальчик, понять было сложно. Динар растерянно посмотрел на гостей, однако, по обычаю, поинтересовался, чем может быть полезен уважаемым.

— Доброй ночи, почтенный! — властно заговорил один из ночных гостей, за спиной которого поблескивала рукоять дорогого меча. — Нам три комнаты, овса для лошади, три ванны, бинты и твое молчание. Об остальном договоримся позже…

— Как прикажете! — поклонился чайхани, облизнулся и назвал сумму. — Двенадцать томанов…

— Держи! — поморщился его собеседник, высыпав Дияру на ладонь содержимое своего кошелька.

— Благодарю вас, почтенные! Вот ключи от комнат — последние три в самом конце коридора. Воду и бинты вам принесут.

— Хорошо, мы ждем! — так же властно проговорил второй гость и вышел наржу, вернувшись через минуту с раненым товарищем.

Странные постояльцы поднялись наверх, а Дияр еще долго глядел им вслед, мучимый нехорошим предчувствием. Молчание-вещь хорошая, особенно — если за деньги, но вдруг это преступники, а он их укрывает? Что скажет стража? В чайхани боролись жадность и осторожность, однако победила дружба: он решил, что если стража придет и спросит, тогда можно и рассказать все, как на духу. А пока никто этими бродягами не заинтересовался, то молчать совсем нетрудно.

Друзья, оказавшись в своих комнатах, первым делом осторожно положили бредившего Гюрзу на кровать, и Тия с Сидом решили промыть ему рану целебной настойкой бабушки Нур. Все тело вирийца горело, словно внутри пылал огонь. Маленькая воровка закусила губу и стала мочить полотенце в лекарстве, пока маг осторожно стаскивал с него курты. Змеелов в это время нервно мерил шагами комнату и что-то бормотал себе под нос. В дверь постучали и на пороге возникли заспанные слуги с бадьями горячей воды.

— Господин, куда еще принести воду? — спросил у наемника один из них.

— Идемте, я покажу. — ответил тот и вышел в коридор.

Сид, тем временем, стащил-таки с Гюрзы курты, что никак не хотели сниматься, присохнув к телу вместе с пылью и запекшейся кровью. Страшная рана зияла на груди вирийца, и Тия едва не потеряла сознание, увидев ее. Маг увидел, что ей стало дурно и отослал из комнаты, велев позвать Змеелова. Она нехотя повиновалась, и, несколько минут спустя, к Сиду подошел наемник.

— Как он? — нервно кивнул Змеелов, указывая на Гюрзу.

— Плохо, как видишь, но не настолько, чтобы уже хоронить. — мрачно отозвался тот. — подай-ка мне бинт…

— Я подумал, что утром отправлюсь во дворец и потребую у Царя Мида вернуть то, что принадлежит мне по праву. — отстраненно глядя перед собой проговорил наемник. — Вы втроем останетесь здесь, и, если у меня ничего не выйдет, отведете Тию в Феруз. Я обещал ее бабке… Хотел оставить вам денег, но у самого в кошельке завалялось лишь две серебрушки. Проклятый чайхани…

— Эээ, сумасшедший! — Сид был настолько изумлен безумной идеей друга, что даже оторвался на минуту от своего занятия. — Да с тобой никто и разговаривать не станет. Просто арестуют и отдадут палачу, который бравого наемника насмерть замучает без всякого суда.

— А что ты предлагаешь? — печально вздохнул тот. — Чтобы мне не пришлось совершать безумия, я должен иметь, по крайней мере, сотню своих сторонников, которых у меня нет, ну, кроме вас, конечно…

— Тогда я иду с тобой! — решительно заявил маг. — Дурить в одиночку-геройство, дурить вдвоем — приключение.

— А вот тут уже ты говоришь ерунду. Басиры, друг, тебя еще не скоро позабудут, особенно, если учесть, что двое их них, что были отправлены тебя ловить, так из Пустыни и не вернулись.

— Так, может их там гуль сожрал, кто знает! — беззаботно пожал плечами Сидус. — Пусть еще докажут. Но мне это, все равно, не нравится. Ну придешь ты к нему, ну скажешь, что пришло время отдавать украденное. А чем, вообще, докажешь, что ты — наследник династии Умма? За ним-то пусть и обманом полученное, но завещание старого Царя. А у тебя, кроме Огненного Ветра, о котором мало кто знает, да амулета, который неизвестно как работает, больше ничего.