Питер Бретт - Заступник

В любом случае ему больше нечего делать в Анджире. Джейкоб умер, а члены Гильдии скорее всего и его считают мертвецом, что даже к лучшему. «Если обратишься к стражникам, тебя повесят», — говорил Джейсин. Роджер достаточно умен и понимает: если Златоглас узнает, что он жив, ему уже никогда больше не придется рассказывать свои байки.

Он смотрел на дорогу, и у него щемило сердце. Подобно Крикет-Рану, Фермерская Нога находилась на расстоянии одного дня верховой езды, а до Каттеровой Ложбины гораздо дальше. Примерно четыре ночи езды на лошади. Роджеру еще не доводилось проводить под открытым небом более двух ночей. Гибель Арика постоянно приходила ему на ум. Сможет ли он пережить потерю Лиши?

— Ты хорошо себя чувствуешь? — обратилась к нему девушка.

— А что такое? — ответил он вопросом на вопрос.

— У тебя руки дрожат.

Он посмотрел на свои руки, лежащие на ее талии, и понял, что Лиша права.

— Ничего особенного, — проговорил он. — Мне вдруг стало холодно.

— Мне это не нравится, — сказала Лиша, но Роджер не слышал ее, пытаясь успокоить дрожь в руках.

«Ты же актер! — ругал он себя. — Так играй героя!»

Его мысли обратились к Марко Страннику, храброму путешественнику из его историй. Роджер так часто рассказывал о нем и показывал его похождения с помощью пантомимы, что черты характера этого персонажа стали его второй натурой. Мигом спина юноши распрямилась, а руки перестали дрожать.

— Скажи мне, когда устанешь, — обратился он к девушке, — я возьму поводья.

— Мне казалось, ты никогда раньше не ездил верхом, — отозвалась она.

— Учиться надо на деле, — повторил Роджер высказывание Марко Странника.

Марко Странник никогда не боялся делать то, чего никогда не делал раньше.

Когда Роджер взял в руки поводья, они поскакали быстрее, и тем не менее едва успели достичь Фермерской Ноги до наступления сумерек. Поставили лошадь в конюшню и направились на постоялый двор.

— Ты Жонглер? — спросил хозяин, увидев шутовской костюм Роджера.

— Я Роджер Беспалый, — ответил юноша, — еду из Анджира на запад.

— Никогда о тебе не слышал, — пробормотал мужчина, — но ты получишь комнату бесплатно, если устроишь представление.

Роджер посмотрел на Лишу, и только после того как она пожала плечами и кивнула, улыбнулся и вынул свою суму с чудесами.

Фермерская Нога представляет собой небольшое скопление домов, соединенных защищенной оберегами деревянной мостовой. В отличие от других поселений, увиденных Роджером, здесь поселяне выходили из домов ночью и свободно, хотя и поспешно, переходили от дома к дому.

Их влекла к себе пивная, в которой набивалось полно народу, что весьма радовало Роджера. Он выступал впервые за многие месяцы, однако все шло хорошо, и вскоре зрители уже аплодировали и смеялись над его рассказами о Джеке Языкастом и о Заступнике.

Когда он вернулся на свое место, лицо Лиши слегка покраснело от выпитого вина.

— Ты чудесно выступал, — похвалила она его. — Я так и знала.

Роджер просиял и хотел что-то сказать, когда к ним подошли двое мужчин с кувшинами в руках. Они передали один кувшин Роджеру, а другой Лише.

— Благодарим тебя за представление, — заговорил один из них. — К сожалению, мы не можем дать вам много…

— Все отлично, спасибо, — поблагодарил их Роджер. — Садитесь к нам, пожалуйста. — Он рукой указал им на пустую скамью.

Мужчины сели.

— Что привело вас в Ногу? — спросил один из них. Невысокого роста, с густой черной бородой. Его товарищ выше ростом, плотнее и молчаливее.

— Мы направляемся в Каттерову Ложбину, — объяснил Роджер. — Лиша Травница. Она хочет помочь поселянам вылечиться от дизентерии.

— Ложбина далеко отсюда, — сказал человек с густой бородой. — Как вы собираетесь проводить ночи в пути?

— Не беспокойтесь о нас, — ответил Роджер. — У нас есть переносной круг Вестника.

— Переносной круг? — удивленно спросил человек. — Он, наверное, стоит кучу денег.

Роджер кивнул.

— Больше, чем вы думаете.

— Что ж, вы, должно быть, устали и хотите спать, — сказал человек. Он и его товарищ встали из-за стола. — Вам придется рано поутру отправиться в путь.

И они пошли к поселянину, сидящему за соседним столом. А Роджер и Лиша допили свое вино и направились в свою комнату.

Глава 27

Сумерки

— Посмотрите на меня! Я Жонглер! — кричал человек, хлопая по шутовскому колпаку с колокольчиком на голове и скача по дороге.

Мужчина с густой бородой рассмеялся лающим смехом, а их третий товарищ, который телосложением превосходил их обоих, вместе взятых, наглухо молчал. Они все веселились.

— Интересно, что бросила в меня эта ведьма? — спросил чернобородый. — Я окунул голову в ручей, и все равно глаза горят огнем. — Ухмыляясь, он поднял над головой переносной магический круг и поводья. — Только раз в жизни можно получить такой легкий куш.

— Теперь мы несколько месяцев можем не работать, — согласился с ним человек в шутовском колпаке, подбрасывая вверх кошелек с деньгами. — А сами при том не получили ни царапинки! — Он подпрыгнул и щелкнул каблуками.

— У тебя, может, и нет царапин, — хихикал бородатый, — а у меня их несколько на спине! Эта баба стоила не меньше магического круга, пусть даже я и полуослеп, когда она кинула в меня эту пыль. — Человек в колпаке рассмеялся, а его молчаливый товарищ, ухмыляясь, захлопал в ладоши.

— Надо было взять ее с собой, — продолжал чернобородый. — Мы забрали у них лошадь и круг Вестника. Больше нам не придется ночевать в пещере. В Ноге говорят, что герцог снарядил погоню. Надо двигаться на юг завтра утром, прежде чем стражники Райнбека начнут преследовать нас.

Люди так увлеклись разговором, что не заметили человека, едущего по дороге, пока он не оказался на расстоянии нескольких ярдов от них. В меркнувшем свете всадник казался очень грозным. Закутанный в развевающиеся одежды, он скачет верхом на огромной темной лошади в тени деревьев близлежащего леса.

Когда разбойники увидели его, веселье тотчас покинуло их лица и сменилось выражением готовности к бою. Чернобородый бросил на землю магический круг, схватил добрую дубину, притороченную к седлу лошади, и двинулся навстречу незнакомцу. Он приземистый и плотный, с редеющими волосами над длинной неухоженной бородой. За его спиной немой поднял огромную булаву, а человек в шутовском колпаке стал размахивать копьем с зазубренным наконечником.

— Это наша дорога, — стал объяснять чернобородый незнакомцу. — Мы не прочь поделиться ею, однако тебе придется заплатить налог.