Иван Охлобыстин - XIV принцип

Тут Магнификус вновь услышал в своей голове голос Тордиона:

— Рад, что вы заскочили ко мне на лекцию, господин Магни­фикус.

— Добрый день, господин профессор, — мысленно поздоровался с ним тот.

— Очень добрый. Наола сказала, что вы сделали ей предложение?

— Сделал.

— Поздравляю. Она прекрасная девушка.

— Я ее не вижу, где она?

— Она у меня отпросилась. Побежала в городской муниципалитет договариваться о дате бракосочетания.

— Как быстро!

— Радуйтесь, она вас любит. Но я так понимаю, что, кроме лично­го счастья, в Нульне у вас есть еще кое-какие заботы?

— И немалые. Мне нужна ваша помощь.

— Всегда к вашим услугам. Если не ошибаюсь, вы остановились в «Шпаргалке»?

-Да.

— Выходите утром на улицу. Часов в семь. Я заеду за вами.

— На мотоцикле?

— Само собой разумеется. А сейчас я бы на вашем месте послушал мою лекцию. Я неплохо сегодня подготовился.

Второй отнесся к его предложению серьезно, ему хотелось присмо­треться к человеку, от которого, быть может, зависит его судьба.

Тордион говорил о взаимоотношениях существ разумных с окру­жающим миром, о том, как часто эти существа, пытаясь уйти от про­блем внешнего мира, создают себе проблемы внутренние. О деликат­ности обращения с каждым таким существом, и как при попытке выве­сти сознание этих существ из плена собственных иллюзий не сделать их рабами иллюзий чужих. И еще о многом другом, о чем, в принципе, знает каждый, но далеко не каждый способен систематизировать эти знания и заставить их работать на себя.

По завершении лекции Гордион коротко попрощался и покинул ау­диторию.

Магнификусу понравилось все, о чем говорил лектор, и еще боль­ше понравилось, как он это говорил. Он не поучал, он вдохновлял.

Вдохновленный услышанным, Второй зашел в ту же самую заку­сочную, что и по дороге в университет. Он заказал себе сок и выкурил подряд две трубки.

— А действительно, — размышлял он, — чего особо волноваться? Все наладится само собой, а если не наладится, то и ладно. Не судьба. Главное — Наола, свадьба и дети. Вот, я думаю, как дракон. А драко­ны, как известно, существа мудрые.

На этом Магнификус и успокоился. Расплатился за сок, спрятал трубку в футляр и уже собирался вернуться в гостиницу, но тут до его ушей донеслись знакомые голоса.

Занявшая стол за его спиной семейная парочка, на которую он и внимания поначалу не обратил, громко обсуждала вопросы обустрой­ства новоприобретенного дома. Вообще-то подслушивать чужие разго­воры было несвойственно молодому человеку, но поскольку он сидел очень близко, то просто был обречен слушать их препирания.

— Столько мебели нам не нужно, — сказал мужчина. — Это не дом будет, а склад! Зачем нужны сразу три секретера?

— В гостиную, в твой кабинет и в мою спальню, — резонно отве­чала ему женщина. — Нам придется вести записи по хозяйству и пись­ма тоже на чем-то нужно писать.

— Тогда зачем нужны два стола? — не унимался ее оппонент. — Письма пишут на столах! И кто собирается сидеть на сорока двух сту­льях, если мы собираемся жить уединенно?

— Не горячись, — отстаивала свои позиции собеседница. — Сту­лья расставим по всему дому. Вот, предположим, идешь ты по дому, устал, а тут и стул рядом. Сел, отдохнул и пошел дальше. Другое дело, я не понимаю, зачем нам четыре подземных хода? Я разговаривала с соседями. Они категорически против, чтобы у них под домом мы копа­ли подземный ход. От кого ты собираешься убегать?

— Я убегать не умею, — обиженно буркнул мужчина, — Подземные ходы — это еще один способ жить незаметно. Один ведет к соседней ули­це, где магазины, другой — где рынок, третий — где больница, а четвер­тый — запасной вариант. Пусть будет. А соседи — недоумки! Я им дваж­ды объяснял, что подземный ход пройдет под их сараем, а не домом!

— Ты совсем рассудка лишился в своем лесу, — рассердилась жен­щина. — Я остаток жизни под землей проводить не собираюсь! Один ход рой, так и быть, и хоть спи в нем. Но только один.

— Два, Радира, два! — хлопнул по столу мужчина. — Иначе я вы­кину секретер и тридцать стульев.

Услышав, как сосед по столику назвал свою даму, Магнификус не выдержал и обернулся. Сомнений не было: за соседним столиком сиде­ли Ульрик и Радира.

— Не верю, — громко произнес Второй, привлекая внимание спор­щиков. — О чем вы тут спорите?

Застигнутая врасплох внезапной встречей со старым знакомым, парочка безмолвно уставилась на Магнификуса.

Первым пришел в себя Ульрик.

— Мы в Нульне дом купили, — без всякого намека на приветствие сообщил он. — Хотим с Радирой начать жизнь заново.

— Этого никто не знает, и мы не хотели никому говорить, — сразу предупредила Повелительница невест. Теперь мы супруги Ральф и Луиза Геминги.

— Обещаю забыть, что встретил вас. Мне достаточно того, что вы сами наконец встретились, — заверил их Второй, но все-таки напом­нил: — Помнится, мне говорили, что вы сможете встретиться только после смерти Гзинча?!

— Значит, он умер, — предположил Ульрик, а ныне Ральф. — Мы же встретились.

— И что теперь?

— Мы просто исчезли, — ответила Радира. — Когда-то у нас был такой договор с Ульриком, вот и пришло время его воплотить в жизнь.

— Думаете, получится? — спросил Второй.

— Знаем, что получится, — решительно заявил Ульрик. — Либо так, либо никак.

— Я тоже так думаю, — взяла под локоть своего спутника женщи­на. — Ты осуждаешь нас за это?

— Я поздравляю вас, — сказал Магнификус. — Наступит время, и я тоже приобрету в этих краях маленький домик.

— Как надумаешь, предупреди. Я знаю все свободные дома в окру­ге. Что-нибудь подберем. Хотя дерут три шкуры! — пообещал Ульрик.

— Предупрежу, — кивнул Второй и полюбопытствовал у Радиры: — Как там в Наггароте?

— Более или менее, — сказала та. — После опереточного переворота на храмовой площади Кет Зарин провела с помощью солдат своего отца серию арестов коррумпированных чинов в правительстве. Заключила пе­ремирие с азурами и гномами. Подвижная девочка оказалась.

— У меня скоро свадьба, — сообщил Магнификус. — Я вас пригла­шаю.

— Мы поднимем за вас кубки дома, — вежливо отказался Ульрик и объяснил: — Хотим, чтобы о нас забыли.

— Прости нас и тоже забудь, — извинилась за обоих Радира.

— Первое не требуется, второе не обещаю, — встал из-за стола мо­лодой человек, расцеловал старых друзей в щеки и пошел к гостинице.

В номере Магнификус застал ожесточенно спорящих священника и жреца. Перед ними лежала готовая колода карт.