Татьяна Нартова - Зимнее солнце

— А какая вторая? — ничуть не смутившись, спросил эльф.

— Твое темное прошлое. Мы даже не знаем, откуда ты. Как можно доверять тому, чьего настоящего имени не знаешь? Ты словно дух, явившийся из ниоткуда и, возможно, ты так в никуда и уйдешь. Сколько тебе лет, кто твои родители? Этого даже судьи не смогли выяснить, Это наводит на мысли, что ты не тот, кем хочешь казаться.

— Что ж, — улыбнулся эльф, — достойная причина. Тогда какова первая?

— Твои странные пикировки с Азули, — Шерненс повернул голову в сторону адвоката. А Локмер между тем продолжил, — Откуда ты ее знаешь? А то, что ты знаешь Всевидящую, не подвергается никакому сомнению. Я видел, как вы смотрели друг на друга. Словно старые знакомые, причем, знакомство ваше, по-видимому, не слишком приятно для обоих. Что ты успел такого натворить, что она тебя настолько возненавидела?

— А ты еще не догадался? — искренне изумился эльф. И только в глубине серебристых глаз мелькнуло подобие издевки, — Мы с Гервеном слишком тщательно покопались в личных документах Азули. А она девушка весьма догадливая и очень мстительная. И именно поэтому у меня есть все основания предполагать, что Элистара упекли за решетку не просто так. Он слишком много знает об андеретах, чтобы оставлять его на свободе. А меня вместе с ним не отправили в Закрытый город просто потому, что я эльф, и меня пока защищает клятва моего народа.

— Но в таком случае… — медленно произнесла Руалла мгновенно изменившимся голосом. И все одновременно переглянулись, с ужасом осознав, что, в действительности, ожидает Гервена. И только Викант смог прошептать:

— Он покойник.

Очередная пиала с треском осыпалась на ковер.

Фонарь практически погас, так что когда нас с Гервеном попытались растолкать с гневными криками: "Вставайте живо, утро уже!", — поверить в это было сложновато. В нашей темнице царил беспроглядный мрак, лишь в одном углу сдавший свои позиции жиденькой полоске света. Вставать с пола, даже не смотря на то, что он был холодным и жестким, не хотелось. Все мышцы ныли, а голова после всего нескольких часов сна отказывалась соображать. Лежащий рядом леквер с ворчанием поднялся на ноги, совершенно осмысленным взглядом рассматривая окружающий интерьер, главными предметами которого были две огромные фигуры наших давешних конвоиров. В отличие от приятеля я такими феноменальными способностями к быстрому просыпанию не обладала. Зато имела свойство находиться в отвратительном настроении по утрам.

— Какого дьявола вам надо? — не слишком вежливо поинтересовалась я у громил.

— Вас ждет Азули, — соизволил ответить один из лекверов.

— Подождет, ничего с ней не будет, — мрачно буркнула я и с самым вызывающим видом уселась я на пол, — А я без завтрака никуда отсюда выходить не собираюсь. Так и передайте своей чокнутой начальнице?

— Да я тебя сейчас! — второй мужик уже замахнулся на меня здоровенным кулаком, но ударить так и не успел. В комнату вплыла узнающая. То, что это была не Всевидящая, а ее сестра я поняла не сразу. Девушки были настолько похожи, что неопытному глазу не было никакой возможности их отличить. Да я и не отличила, пока та не заговорила:

— Вы слышали, что сказала Лида? Принесите сюда два прибора. Моя сестра может подождать. Тем более, что сегодня у нас у всех будет тяжелый день, и вряд разумно начинать его с пустым желудком.

— Я не буду есть, — попытался отказаться Гервен. Но Алиса окинула его насмешливым взглядом и неожиданно произнесла:

— А почему ты думаешь, что второй прибор для тебя? Еще чего не хватало, переводить продукты на какого-то леквера, — узнающая презрительно фыркнула. Я думала, что Элистар возмутится. Но парень даже не дрогнул. Пожав плечами, словно все вышесказанное его совершенно к нему не относилось, он с безразличным видом сел у стеночки, и стал рассматривать свои собственные ногти. Я только могла позавидовать такой выдержке.

Не удержавшись, я спросила:

— За что ты так ненавидишь лекверов? — Алиса задумчиво подняла глаза, но тут же ответила, словно выцеживая из себя каждое слово:

— Они не способны любить, Лида. Они лишь притворяются, что любят или ненавидят. Все их существование — это игра с кучей масок. Но я видела их настоящие лицо, Лида. Лицо холодного каменного истукана, способного лишь на предательство.

— Тебя обидел один леквер, и ты теперь всех под одну гребенку решила причесать, так что ли? — скривилась я. Дверь распахнулась, и в комнату вошли оба конвоира, неся небольшой столик, уставленной разными яствами. Я с удивлением воззрилась на представленный ассортимент и невольно усмехнулась. Все ингредиенты были привезены с Земли. Узнающая нетерпеливым жестом отослала своих подручных вон из комнаты, немедленно принимаясь за трапезу, — А может, если бы тебе попался по-настоящему хороший леквер, ты бы не стала так говорить.

— Хороший леквер? — едва не подавившись, прыснула Алиса, — Это все равно, что добрый монстр. Если и встречается, то только в сказках. Лида, неужели ты не поняла до сих пор, кто они такие?

— Возможно, не поняла, — согласилась я, — только вот почему-то последнее время моя собственная раса кажется мне еще более низкой и подлой. Знаешь, почему я решила стать невестой Виканта?

— Нет.

— Потому что, в отличие от нас, людей, лекверы держат слово. И я уверена в том, что если когда-нибудь захочу уйти от этого парня, он меня отпустит. Или, наоборот, примет, если мне вздумается стать его женой. И чем больше я его узнаю, тем больше склоняюсь ко второму варианту.

— Даже так, — задумчиво пробормотала Алиса, — А ты не думала о том, что этот твой Викант — скорее исключение из правил? А что, если тебя давно предали и продали.

— Ты имеешь в виду Гервена, — попыталась усмехнуться я, но что-то во взгляде девушки меня остановило, — Да нет. Но тогда кто меня продал?

— Да я так, чисто теоретически. Не волнуйся, совсем скоро никто уже не посмеет обращаться с тобой как ему вздумается. Ты станешь сильнее, ты будешь чувствовать предательство за версту. А пока ешь, набирайся сил. Они тебе сегодня очень пригодятся, — девушка поднялась с пола и, улыбнувшись, вышла из комнаты.

— Меня терзают сомнения, — раздался рядом голос Гервена.

— Какие? — отрываясь от салатницы, подняла я голову.

— Да вот никак не могу решить, кто из них стервознее: Всевидящая или ее сестрица? А еще мне не совсем ясно, зачем они обе ведут с тобой такие задушевные разговоры? Больше всего это напоминает игру кошки с мышкой, прежде чем последняя отправиться первой в желудок. И, клянусь тебе, Лидка, что все это не из благих побуждений.