Екатерина Кинн - Самое Тихое Время Города

– Не старайся. – Слова Владыки упали в страшную тишину. – Я знаю, кто ты.

И всем, кто слышал его, показалось, что говорит он вовсе не с Николаем.

Николай словно бы пришел в себя и снова картинно расхохотался, как злодей в дурном триллере.

– Что же! Пеняй на себя. Я сам возьму свое! – Он вдруг указал пальцем на Анастасию. – Например, свою жену. И кто мне помешает?

Анастасия в страхе замотала головой, затем взяла себя в руки и посмотрела на Игоря безумным взглядом.

– Я, – негромко процедил он, отодвигая Анастасию за спину.

– Она моя, – усмехнулся Николай, глядя на Анастасию. – И дочь моя.

– Я не твоя вещь, – впервые заговорила Анастасия – дрожащим от гнева голосом, сквозь зубы.

– Зато я отец твоей дочери, – медовым голосом протянул Николай. – Это моя дочь.

– Неправда! – вдруг раздался возмущенный голосок. – Врешь ты все!

Даже Владыка Мертвых обернулся.

– Катя! Ты что здесь делаешь?! – крикнула Анастасия.

– Я снюсь, – серьезно ответила девочка.

Черный кот на ее руках на сей раз не притворялся игрушечным. Он сверкал зеленым глазом и шипел.

– Катенька, – сел на корточки Николай. – Девочка моя. Иди к папе. Ты же хочешь к папе?

– Ты не папа! – выкрикнула она. – Ты чучелище! И она чучелище! Ты не папа!!! – Она побежала назад, к трону Владыки, размахивая руками и ревя в три ручья. – Ты чучелище, чучелище!

«Господи! – осенило Анастасию. – Так вот почему он забрать ее не мог! Она же суть его видит!»

Владыка Мертвых легко поймал ее и посадил на колено. Девочка уткнулась ему в плечо и разревелась в голос.

– Устами младенца, – усмехнулся Владыка Мертвых. Кот вспрыгнул на подлокотник и стал лизать ее в щеку. – Ты можешь вернуться, – снова повторил Владыка Мертвых. Но ты должен захотеть. Тогда ты умрешь и станешь свободным.

– Я и так свободен! – крикнул Николай. – Я – Эйдолон, Господь и Повелитель! И я объявляю вам войну!

Зал ахнул.

«Что он несет? И как он говорит? Как в дурном пафосном театре. Какая дурацкая, пошлая пьеса…»

Владыка Мертвых спокойно улыбнулся, гладя по голове всхлипывающую Катю.

– И в этом ты не первый. Но, понимаешь ли, ты покушаешься на мою власть, а этого я не прощаю. Моя власть – есть власть, данная мне от моего Господина, а его я оскорблять не позволю никому.

– Почему вы его не уничтожите? – гневно обернулась к Владыке Мертвых Анастасия. – Почему вы их не уничтожите? Вы же все можете!

– Могу. Но не на все имею право. Он не мертвец. Я не имею над ним власти. Он нежить. Он еще только должен умереть. По-настоящему.

– Если вы не можете, то я смогу, – неожиданно даже для себя сказал Игорь и выступил вперед. – Эй, ты! Меня, надеюсь, не забыл?

– Ах вот ты где, – сладким голосом протянул Николай, словно бы только что заметил Игоря. – Охотник за чужими женами! Доблестный муш-ке-тер!

– А ты убийца и нежить. И еще сволочь.

– Дурак. Твой хозяин мог бы стать действительно могучим, а теперь он сдохнет, как и все боги и божки. Они лишь в нашем сознании. А скоро ваше сознание будет таким, каким надо мне, и там не будет места божкам!

Владыка Мертвых с загадочным видом наблюдал за перепалкой.

Игорь решительно взялся за рукоять сабли.

– Хватит трепаться, ты, тварь. Я вызываю тебя на поединок.

– Когда-то вон тот молодой человек, – доверительно склонился к Крысу Владыка Мертвых и указал на кого-то в дальнем конце зала, – тоже вызвал на поединок одну нежить. Статую. Командором называлась. Теперь сей молодой человек – мой гость, хоть и не каменный.

Крыс почтительно кивнул.

– Надеюсь, ваше величество, ваш невольный поборник окажется удачливее?

Владыка Мертвых загадочно улыбнулся, со странным выражением на лице наблюдая за действом.

– Ты замахнулся на права Владыки Мертвых. И раз он ничего с тобой сделать не вправе, так я-то могу!

Николай расхохотался, как безумный:

– Да? А вот мне кажется, что все это просто из-за бабы. Обычной бабы, которых сотня за пятак! Еще до рассвета я заберу и ее, – он ткнул пальцем в Анастасию, – и ее! Они мои! А ты – сдохнешь!

– Я отрекаюсь от тебя! Ты мне не муж! – крикнула Анастасия. – Ты бросил нас! Предал! Отказался! Ты отказался и от нее, и от меня! Мы больше не твои! И ты больше не человек!

И тут с Николаем что-то произошло. Что-то неуловимое, но необратимое и страшное.

– Нежить… – протянул Игорь.

Теперь он ясно видел это. Бедный Арамис. Всегда так хотел быть первым – а теперь лишь щупальце собственного создания…

– Мы встретимся, – проскрежетал он. – Не пройдет ночи – мы встретимся на мосту… – Он повернулся, чтобы выйти.

– Куда? – крикнула Анастасия. Все это время она еле сдерживалась, глядя на Красную Женщину, и, когда та собралась было уйти вместе с Николаем, бросилась на нее. – Стой! Мы еще не поговорили!

Никто не понял, что произошло. Раздался страшный треск, словно прямо рядом ударила молния, и в следующее мгновение на том месте, где обе только что стояли, дрожал воздух, словно затягивая какую-то дырку.

Николай расхохотался и вышел из зала. Ему никто не препятствовал.

Игорь оцепенело смотрел туда, где только что стояла Анастасия. Катя закричала.

– Тихо, – сказал Владыка Мертвых, и девочка тут же замолчала. – Вы понимаете, молодой человек, что вызвались быть моим поборником? – обратился Владыка Мертвых к оцепеневшему Игорю. Он говорил негромко, но очень четко, устремив на Игоря свой страшный бездонный взгляд. – Я за язык вас не тянул. – Он помолчал, улыбнулся, все так же не размыкая губ. – До рассвета есть время. Иди и сражайся. Сражайся за свою женщину и свою дочь. И за мою честь. Победишь – я не останусь в долгу. Проиграешь – не взыщи. – Он кивнул рыцарю, начальнику стражи. – Дайте ему коня. Путь долгий, а время небесконечно.

Ветер надул как паруса тяжелые шторы, они захлопали, будто надеялись взлететь, и безнадежно опали с тихим вздохом. Владыка Смерти еще чего-то ждал, еле заметно улыбаясь.

И вот – она вошла. Бледная до прозрачности, высокая и стройная, с кроваво-алыми губами и непроглядными глазами. По белым плечам рассыпались тугие завитки черных кудрей. Простое белое платье на ее плечах по сравнению с белизной ее лика казалось чуть желтоватым, как засыхающий лепесток мертвой розы. Толпа в страхе расступалась перед ней, и Владыка Мертвых чуть слышно сказал Крысу:

– И чего боятся? Вот ты можешь мне это объяснить? Она ведь уже приходила к ним, а дважды она не приходит. Приветствуй госпожу. И не забывай – ты идешь с ней в первой паре!

– Это кто? – спросила Владыку Мертвых уже успокоившаяся Катя.

– Это, дитя, – ответил тот, – разлучительница собраний и разрушительница наслаждений. Это госпожа Смерть.