Татьяна Ильченко - Серые Башни (СИ)

— Я не отказываюсь, я не хочу усугублять, — тяжело вздохнул он, и его руки на моих плечах сжались.

— Что значит усугублять? — я подняла голову, вглядываясь в его лицо, но теперь уже Хок прятал глаза.

— Что? — я легко коснулась его щеки. — Ответь?

— Ты не младшая дочь лорда, Тэйе. Ты принцесса крови, последняя из рода и хозяйка Серых Башен, ты гарантия свободного доступа к мифриловым рудникам. Совету Кланов будет безразлично твое ожидание. Избранный ими лорд, просто подождет, пока наш ребенок появится на свет.

— А…?

— Дитя ты не увидишь, — спокойно произнес Хок, но его лицо превратилось в маску. — Никогда.

— Как это?

— Томи, — произнес он и отодвинулся.

— Что Томи? — я не понимала.

— Его нашли охотники, случайно. Ранрах нехорошее место, его стараются обходить стороной, но в тот день они преследовали раненого оленя. Услышали плач, и нашли Томи. Ему было не больше года, младенец едва научившийся ходить, а вокруг мокрые скользкие камни и вода.

Я прижалась лбом к прохладному стеклу, хотелось плакать. Как же так!?

— А его родители? Так просто позволили это? — я старалась говорить спокойно, но голос предательски дрогнул.

— Алора, — тихо сказал Хок. — У нее нет вкуса и запаха, несколько капель в питье или еду, и человека можно убедить в чем угодно. Он заснет, а когда проснется не будет помнить ничего из своей прошлой жизни.

— Я пила алору, — смахнув слезы, я повернулась к Хоку лицом.

— В том отваре было меньше капли, леди. Агами всего лишь хотел, чтобы ты успокоилась и не испытывала лишней боли.

— Правда? — я жутко испугалась. Нет, я была в панике!

Вот так просто? Выпил и все? А ведь они… могли. Могли это сделать тысячу раз! И сидела бы я сейчас… рядом с Кристой. Цветочки вышивала.

Почему то стало холодно, я обхватила себя руками, села в кресло, уставилась на огонь. Как же все… Жестокая сказка.

— А у тебя никогда не возникало желание напоить меня таким чудесным средством?

— Один раз, — Хок сел в кресло рядом. — Когда Гру обмолвился что обратился к тебе на ас- сшэс и принял тебя за мальчика акадзомэ. И ты ничего не рассказывала. О себе.

— И что? Напоили? — И зачем я спрашиваю? Бессмысленный вопрос, в любом случае я ничего не вспомню.

— Нет. Все разрешилось само собой, леди, — Хок, не отрываясь, смотрел на меня. — Я ни разу не солгал тебе.

Да. Не врал. Недоговаривал, это да.

— И что? После совсем не хотелось? — я не хотела, честно! Само вырвалось! — Накапать?

Хок наклонился ближе и прошептал.

— Скучна победа над сдавшимся врагом, леди, — он выпрямился. — Ты устала.

Я согласно кивнула и Хок попрощался со мной, сдав с рук на руки двум занудам, Гру и Хиро.

— Неважно выглядишь, девочка, — ворчал Гру.

— Леди уже давно пора спать, — зудел Хиро.

Нет, спать мне еще рано. Есть еще вопросы.

— Мне нужно поговорить с Диконом.

— Нет! — они были на удивление солидарны друг с другом.

— Ты пойдешь к себе и ляжешь спать!

— Госпожа задаст все свои вопросы завтра.

— Какое завтра! Сегодня и спросишь. Только сначала поспишь.

— И поешь!

— Вот-вот! Скоро на тень будешь похожа. Если бы не твоя ящерица, ветром бы сдуло.

Шилд на моей руке согласно пискнул.

Спала я мало и проснулась задолго до полудня. Было тихо, только из дальних комнат доносились тихие команды Мей и приглушенных стук. Мое барахло упаковывают. Мое? Да не хочу я ничего, особенно после вчерашнего разговора. И поездки этой не хочу.

— Леди уже проснулась? — в приоткрытую дверь заглянул Томи. Торчащие в художественном беспорядке вихры, открытая улыбка, яркие глаза. Такой хорошенький! А в детстве был еще лучше. Представив пухлого, кудрявого малыша, ползающего между холодных мокрых камней, в тумане, рядом с водопадом, ночью…, я не выдержала и, уткнувшись в подушки, заревела.

Ревела я самозабвенно, давно такого не было. А в мою спальню набилось множество людей. Они что-то спрашивали друг у друга, что-то отвечали, каждый раз находя новую причину для моих слез. Успокаивали меня, предлагая наперебой воды и пирожных. Вытирали слезы, гладили по голове и плечам, говорили ласковые слова, а я представляла маленького мальчика, получавшего тумаки на кухне, и слезы катились еще сильнее.

— Замолчите все, — скрипучий голос Агами утихомирил окружающих. — Оставьте леди в покое. Мей открой окно, — командовал он.

— Кто из вас обнаружил госпожу в таком состоянии?

— Я, — тихо сказал Томи, и я судорожно всхлипнула.

— Понятно. Она плакала?

— Нет, мастер! Я дежурил около дверей, заглянул. Спросил, проснулась ли она и вот, — последнее слово он почти прошептал.

— Я так и знала, — прошипела Мей. — Вот паршивец!

Звонкий шлепок заставил меня подскочить на кровати.

— Не смей поднимать на него руку! — размазывая по лицу слезы, прохрипела я. — Никогда! Всех касается!

Ужас. Их было так много. Мои девушки, изящно причесанные, в невозможно красивых платьях, моя охрана, «эльф» Лентолет в темно-сером бархате, Хиро, Гру, Торвальд и Бертин, прижимающий к себе блюдо с пирожными, Агами. И я. Лохматое, зареванное чудовище с опухшими глазами, всё в жутких розовых оборочках. Ой, стыдно! Я молчала, не в силах произнести ни слова и краснела. Кошмар!

— Леди! — Умсбар буквально ввалился в мою спальню, — Там это…лошадка твоя, значит. Волнуется сильно. Ты бы пошла…

— Сам пошёл! — рявкнул Гру. — А ну вымелись все отсюда! Вы, — он кивнул девочкам, — отправляйтесь тряпки складывать. Ты, — тычок в грудь достался Лену, — дубье свое забирай. Ты, малец, — махнул он Томи, — пойди с Бертином, пусть тебе яблок даст или морковки какой. Этой отнесешь, в конюшню. Да поспеши, иначе сюда явится.

— Пошли, пошли отсюда! Нечего тут!

— Ну а ты!? — окрысился он на Агами. — Чего стоишь как неживой? Целитель ты или кто? Лечи, давай.

— Вот, — мне тут же протянули стакан.

Я с подозрением уставилась на прозрачную жидкость.

— Я это пить не буду.

— Это просто вода, леди.

— Правда? — шмыгнула я носом и закуталась в одеяло.

— Что?! Доигрались? — прошипел Гру. — Говорил я вам!

— Быть может, Уважаемый Хранитель изволит объяснить недостойному…, — вкрадчиво начал Хиро.

— Да запросто! — зло улыбнулся Гру. — Они ее алорой напоить хотели. Не доверяли, видишь ли.

— Правда? — безразлично поинтересовался акадзомэ и Агами сделал шаг назад.