Марина Казанцева - Красный Кристалл

Что за задание? И что, вообще, за тайны?

— Ваше Сиятельство, вам записка от графини, — с комической серьёзностью заявил Ксиндара, держа руку за пазухой и с притворной тревогой оглядываясь по сторонам.

— Что за записка? — удивился Его Сиятельство.

— В собственные руки! — многозначительно подмигнул Ксиндара, не делая, впрочем, попытки вынуть руку из-за пазухи.

— Ну так давай! — поторопил его принц.

— Ба, какое нетерпение! — удивился товарищ, явно наслаждаясь моментом. — Прямо весь и пышет!

— Ты уже устроился к графине письмоносцем? — в свою очередь удивился Лён. — Вот это прыть! Смотрю, прямо бежишь по карьерной лестнице.

— Пытаюсь быть полезным, — скромно склонил голову явно польщённый Ксиндара.

— Как же она тебя заметила?

— А я тихонько намекнул, что был твоим попутчиком в дороге. Она обрадовалась, затащила меня к себе, и ну расспрашивать про тебя! Ты явно нравишься ей, маркиз. Или принц? Слушай, Лён, они тут ожидали, оказывается, Румистэля! И приняли за него тебя!

— А ты ведь знаешь Румистэля? — вспомнил Лён. — Скажи, какой он?

— Он — не ты, — с язвительностью заметил Лавар. — Во-первых, он старше тебя. Так что советую подумать: как будешь выворачиваться, когда этот тип явится сюда за своими эльфийскими кристаллами. Он прямо чует, где они находятся, и это чудо, что он их не отыскал до сих пор. Ты знаешь, как я тут оказался?

Лён удивлённо воззрился на приятеля. Как-то и в голову не приходило до сих пор спросить Ксиндару как он оказался в этой замкнутой области и почему оказался заколдован.

— Дело в том, что я когда-то был знаком с этим проходимцем Румистэлем. Признаюсь, некоторое время я считал его за личность. Так вот, вызнал я, что этот господин занят тем, что собирает некие особенные кристаллы, нечто совершенно необычное. Вытянуть что-либо из этого подозрительного, как инквизитор, типа было невозможно, но шила в мешке не утаишь, я узнал, что такое представляют из себя эти кристаллы. Оказалось, что эти штуки сообщают своему владельцу огромную силу — они могут исполнять желания. Ну вот, я с Румистэлем некоторое время был в неплохих отношениях и даже ездил вместе с ним по некоторым его делам. Однако заметь, какой скряга: он даже не говорил мне, что целью таких поездок является поиск очередного камня! Когда же я понял, что это такое, то попросил у него хоть один камешек для себя. Лён, а ты дашь мне один эльфийский кристаллик?

— Нет, — отрезал тот.

— Я так и думал — дивоярец, он и есть дивоярец! Ну ладно, вот я пронюхал, что Румистэль собрался в некоторое место за целой кучей таких кристаллов, и решил опередить его. Ехал за ним тайком и смотрел, куда он направляется. Так он, мерзавец, меня застукал и как шарахнул по мне со всей силы!

Лавар некоторое время помолчал, переживая давние события, а Лён подумал, что если Румистэль и тогда был старше его, то теперь и подавно старше, ведь было это очень давно. Так что, как ни крути, он самозванец. Возможно, он наследник Гедрикса, но не Румистэль. Напутала что-то эльфийка Нияналь.

— Записку-то давай, — толкнул он своего забывчивого друга.

— Пляши давай, — откликнулся тот, нахально зажимая за пазухой послание.

— Как же, заплясал! — язвительно бросил Лён.

— Тогда не дам!

— А я и не возьму! Иди обратно к графине и рассказывай, почему не выполнил поручение.

— Ну ты скотина! — удивился Ксиндара, доставая из-за пазухи записку.

— Идите, юноша, — высокомерно ответил наследник, отворачиваясь с надушенным фиалковыми духами посланием. — Когда вы понадобитесь, вас призовут.

— Кланяемся вашей милости! — умильно расшаркался Ксиндара. — Вы чуть чего, свистите, мы тут, у двери, на коврике сидим!

Он удрал прочь, смеясь своей шутке, а Лён подошёл к окну, разворачивая послание от Ираэ.

«Румистэль, нам необходимо встретиться. — гласила записка. — Возможно, я сумею помочь вам в вашем деле. Я жду вас в девять часов вечера на той скамейке, на которой мы сидели вчера утром»

Ираэ хотела ему в чём-то помочь. Может, она хотела указать ему, где спрятаны эльфийские кристаллы? Но это Лён мог узнать и без неё. Но, может, она поможет ему найти пещеру с Красным Кристаллом? Ведь горы велики, а вход в тайник наверняка хорошо замаскирован. Он может искать хоть целый год, но не найдёт даже при помощи волшебного зеркальца — оно ведь указывает только направление, и то в общем. Всё это было так, но Лён понимал, что его в гораздо большей мере волнует не возможность узнать что-либо о хранилище осколков, и даже не скорое обнаружение Красного Кристалла — его волновала встреча с Ираэ. Он вдруг сообразил, отчего не слишком усердно добивается права на сокровищницу Гедрикса и даже не слишком рвётся на поиски Пафа — и то, и другое было вполне в его власти. Он тянет время, чтобы был повод встречаться с Ираэ!

Глава 26

— Скажите, принц, почему маги живут так долго? — такой вопрос задала ему Ираэ, когда вечером он пришёл к условленному месту, как просила его в своей записке графиня.

Ночь ещё не наступила, но таинственный час на пределе заката был раскрашен в изумительно прекрасные цвета. Всё множество оттенков содержали облака, огромными скоплениями плывущие над морем — от тёмно-охряного с огненно-жёлтыми краями, багрово-синего, фиолетово-голубого до ало-розовых, насыщенных последним светом уходящего светила. Насыщенными цветами упивалось небо — от бледно-голубого поверх горящей закатной полосы до глубокого мрака вечной ночи. Вечерний ветер нёс влажную прохладу с моря, и деревья сада вторили его порывам, раскачиваясь и шумя ветвями. Отчаянно качали пышными головками цветы, и громким шёпотом в пришествие ночи беседовали травы.

Когда Лён подошёл, Ираэ уже сидела на скамейке, закутанная в тёмный плащ, как будто желала слиться с вечерним сумраком. Под деревом, где пряталась скамейка, царила темнота.

Вопрос, заданный так внезапно, привёл его в замешательство — не этого он ожидал от Ираэ. Но, видя то внимание, с которым она смотрела на него, Лён сам задумался. А, правда, отчего маги живут долго? До этого он не задумывался над этим — ему казалось совершенно естественно то, что долго жила валькирия Брунгильда, и так же долго жил Магирус Гонда. Наверно, и ему уготован долгий путь — гораздо дольше, чем обыкновенному человеку. Но почему?

Он медлил с ответом, и Ираэ продолжила:

— Маг Воронеро, которого вы сразили своим волшебным мечом, говорил мне, что до того, как прибыл он в Дерн-Хорасад, чтобы служить герцогам Росуано, он уже жил довольно долго. Возможно, ему было не менее пятисот лет. Не потому ли его жизнь была столь долгой, что он был дивоярцем? Он как-то раз вскользь упомянул о том, что именно Дивояр даёт магам долгую жизнь как бы в уплату за службу.