Сергей Чичин - Гнев генерала Панка

— Брови опалила! — попенял Вово.

— И подорвала национальное самомнение, — подытожил, без особого, впрочем, сожаления, Чумп. — Анарал, ты погляди, кого надо против гномов выставлять-то!

Панк перевёл дух, потёр простреленную поясницу, на эльфийку покосился с неприязнью — ишь, мол, лавры отбирать вздумала у его лихой братии! Уж как-нибудь и без нее совладали бы, а теперь с подачи длинного бабского языка пойдут байки, как один жалобный гномик по всему лесу гонял целое гоблинское воинство, покуда оное не бросилось к эльфийским ногам, умоляя о помощи. Для того ли столько лет зарабатывал репутацию, чтоб враз лишиться из-за такого вот безобразного казуса?!

— Добрый кулак — он завсегда крайнее средство, — пояснил генерал для всех. — Я-то, все ж видели, до последнего жаждал решить конфликт дипломатическими средствами… Ну, типа как батонов накрошить на ухи этому погорельцу. Глядишь, и сам бы унялся, да ещё и золото своё приволок…

Эльфийка свирепо фыркнула — Вово шарахнулся в ожидании очередной гадости.

— Ты, пожалуй, накрошишь! Он тебе не то что золото приволочёт!

— Уймитесь! — взвыл Хастред. — Пришибли и пришибли, всем спасибо, все свободны. Нам бы до города уж как-нибудь, а там проясним, кому быть крайним.

— А золото гномское как делить будем? — подначил ехидный Чумп, будто неясно было по его разбойной роже, что буде попадётся ему на глаза лепреконов заветный горшок монет — не увидит того золота больше никто и никогда, за исключением разве что корчмарей и разного рода сомнительных бизнесменов. — По-братски или по справедливости? И если по-братски, то эльфу мы считаем за полгоблина или как?

— Мне вот это. — Эльфийка брезгливо указала перстом на тушку под ногой. — Вон то, что на шее. Остальным хоть подавитесь — сдалось мне ваше золото! А полгоблина — это ты сам, бандюга, я на такое не претендую ни вот настолечко.

Чумп нимало не оскорбился, напротив, нахально подмигнул ей, подобрал свои ножи и снова скрылся в чаще, низко пригибаясь к земле, словно бы вправду надеялся вынюхать, где лепрекон схоронил золото.

— Куда опять?! — гаркнул ему вслед генерал, но только зря сорвал голос. — Ладно, этот сам не пропадёт, а мы-то тут надолго? Давайте-ка подберёмся и по-хорошему ломанёмся, покуда, как он говорит, не началось.

— И ты туда же, — возмутился Хастред. — А с гномом чего делать будем? Он же очухается, вражья морда, как пить дать, и небось вдогонку припустится.

— Подай висюльку! — капризно потребовала Тайанне. — Без неё, может, и не припустится. Это важная магическая экипировка, он без неё все равно что ты без дубины — не до догонялок сразу станет.

Пассаж про дубину Хастред проигнорировал — где бабе-дуре, тем более никак не способной поднять хороший топор, разбираться в оружии, а висюльку — странного вида витой корешок на сплетённом из травы шнурке — поспешно содрал через гномью отвратную голову и не глядя сунул эльфийке. Та немедленно убрала ногу, которой попирала лепрекона, и, душераздирающе зевая, отодвинулась в сторонку — поизучать добычу. Книжник по наитию стащил ещё с тощих лепреконовых ног башмаки, отодрал от них золотые пряжки, а то, что осталось, со всей молодецкой силушки зашвырнул в чащу — один вправо, другой влево.

— А без штанов и вовсе, поди, с места сойти постесняется, — одобрил генерал. — С другой стороны, потом всякие будут нас в гзуризме обвинять. Беспортошных гномов я за собой пока что не оставлял… хотя, если подумать, стоило бы. Может, хоть тогда бы поостереглись с нами связываться.

— Я бы и без таких крайностей не стала, — заверила его эльфийка. — Да только вы разве отвяжетесь?

— Молчи, женщина! Тебе вообще штанов исконно не положено!

Тайанне открыла было рот, чтобы привести ряд исторических прецедентов с участием женщин, носивших брюки, но развитый долгими магическими упражнениями интеллект ясно и четко подсказал ей, что гоблин их всё равно не оценит и хорошо если просто опохабит. Так что она печально вздохнула, а когда генерал нагнулся за мечом, из чувства протеста заставила затлеть штаны на его могучем седалище. Генерал не дрогнул — и не такое случалось — и сбил мимоходом огоньки заскорузлой ладонью.

— А которых мы не довезем до папы, — начал он весомо.

— ДО ПАПЫ?

— А тебе что, не сказали? — удивился Хастред. — Вроде генерал орал на всю башню.

— Мой ПАПА в этой дыре?

— Не совсем в этой. В той. — Хастред призадумался и обозначил примерное направление на Копошилку. В смысле, постарался промахнуться не более чем на 180 градусов. В конце-то концов, не он тут был следопытом.

— Ребята, а давайте вы меня не найдёте?

Генерал, поражённый критической сменой эльфийского тона, даже огляделся вокруг с целью усмотреть того, кто НА САМОМ ДЕЛЕ заговорил столь жалобным голоском. Основное подозрение пришлось на долю Вово. Тот, однако, и сам был удивлён не меньше — отвесил до пояса челюсть и таращился на эльфийку с подозрением. Страшная зверюга смущенно мяла в руках гномий амулет и предпочитала смотреть себе под ноги.

— Это ты к чему? — осторожно уточнил Хастред. — Папаша что, лупит тебя как козу? Так в этой части его можно понять, ты кого хошь взбесишь.

— Лупит? Меня?! — Эльфийка живо воспряла духом. — Не знаю как у вас, зелёных, а у нас детей не лупят, да я и сама кому угодно влуплю!

— Так чего?

— Не во влупке счастье, — сообщил флегматичный Вово. — А несчастье — не в невлупке.

— Чего сказал?! — поразился Панк. — Ну-ка отойди от этого книгочея! Книжные мудрости — оно, конечно, порою правильно, особливо для баек походных, но истины передают изустно! А ты, рыжая, прекрати воду мутить! Папа там, не папа, нанимались мы тебя к магу доставить и это исполнить обязаны, а там хоть бы и всё твоё семейство пущай в его башню понабьётся — нам до того никаких делов не имеется. Кстати, твой папаша как к гномам относится?

Эльфийка запустила в него сумрачным взором — словно из катапульты, но генерала даже не пошатнуло. Крепкий он был парень, чего уж.

— Распрекрасно относится, — мстительно изрекла Тайанне. — Деньги в их банках содержит и даже виллу в Новой Брулайзии подрядчику из их рода заказал.

— Бестолковый эльф, что с него взять. А как он насчёт гзуров?

Выяснение эльфийской межвидовой терпимости прервал Чумп. Разумеется, золота он не нашёл, зато нашёл Хастредов нож и поцарапал рожу ветками.

— Если это всё, то пойдём! — воззвал он с непререкаемой твердостью в голосе. — Над этим тельцем устраивать дебаты — не лучший вариант. Никогда не знаешь, в отрубе ли он ещё, или уже давно бормочет втихомолку.

Послушный Вово оглядел оставшиеся ноши, добровольно выбрал наиболее весомую и взвалил её на закорки. Ноша пробурчала что-то маловнятное и повисла безвольной друидской персоной. Генерал сгрёб тюк с оружием, а эльфийка шустро отскочила от шагнувшего было к ней Хастреда и показала ему сперва кулак, а затем, выдернув из генеральской связки посох, и им тоже потрясла с немалой свирепостью.