Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

— Это зачарованная ягода, стоит ее съесть, и тут же забудешь все. И станешь женой Хранителя леса. Думаю, там за кустами наш молодой медведь притаился, — более спокойно сказал я.

Мэриетта раздвинула кусты, и точно, там смущенный и красный стоял лопоухий парень: — Это правда? — поинтересовалась у него Огненная Лисица, — ты хочешь, оставить меня здесь?

— Ты спасла нам с отцом жизнь, ты мне нравишься, ты должна остаться в лесу, — проворчал он, не сводя с нее глаз.

— А ты спросил меня, хочу ли я остаться здесь? — обиженно повысила голос Мэриетта.

— Зачем? — удивился парень, — мне это не к чему…

Он протянул руку и попытался схватить ее, но она ловко увернулась и отпрыгнула от него, спрятавшись за мою спину.

— Отойди Повелитель, — на меня наступал молодой медведь в образе зверя, — она моя…

Но я тут же обратился в дракона и так полыхнул огнем, что медведь встал на задние лапы, заревел и бросился бежать. Но далеко убежать ему не дал отец. Он схватил наглеца зубами за шиворот и тряхнул. Оба превратились в людей.

— Сколько раз тебе говорить, не трогай чужую самку, — проревел он.

— Я не самка, — обиженно вскрикнула Огненная Лисица.

— Прости, красавица моего сына, и ты Повелитель, прости его, молодой еще, кровь кипит, а ума не нажил. Не взыщите, но лучше вам всем в ваш мир вернуться…

С этими словами, он дал сыну подзатыльник, и, толкая его в спину, они исчезли за деревьями. А мы оказались на опушке леса. Впереди нас вставали Северные горы, к которым вела, огибая лес, широкая проезжая дорога.

— Свобода! — крикнул Эол и поднялся в воздух, и тут же стрела пронзила ему плечо, а вторая ударила в грудь Снежки. Девушка упала.

К нам бежали человек двадцать шершей.

— Черноволосой голову долой, — кричал один из бежавших. — За нее золотом платят.

— Дар, прикрой, — послышался голос Мэриетты. Я обратился в дракона и полыхнул огнем в толпу шершей.

— Разбегаемся, — послышалась команда, и они рассыпались по опушке, — в глаза стреляй дракону, это у них слабое место.

— Паршивцы, знают ведь, — Я встал на крыло и направился к ним, поджаривая наглецов с воздуха. Мэриетта склонившись над раненными, манипулировала руками.

Но они ползли по высокой траве, и пару наглецов я не заметил. Когда же повернулся к своим спутникам, Мэриэлла в беретке с петушиным пером, ловко ранила двоих, которые хотели подойти к Снежке. Она отчаянно защищала свою подругу. И тут раздался свист, его нельзя было услышать, но потому как согнулись деревья, как легла трава, и поднялась пыль на дороге, понял, ветер зовет подмогу.

— Ах ты, щенок, — закричал шерш, идя на Огненную Лисицу с мечом. Она, загораживая спиной, лежащих на земле Эола и Снежку, стояла в расслабленной позе, и улыбалась. Полететь к ней не мог, я поджигал траву, в которой прятались другие шерши. Трава вспыхнула, но ветер дул в нашу сторону. Опушку заволокло дымом. В мою грудь ударилось несколько стрел, но натолкнувшись на бронированную чешую, упали. Надо было спасать Мэриетту. Потому нырнул в дым и приземлился. Шерш лежал с раненной рукой и стонал. Откинул ногой меч, и мы встали с Мэриеттой спина к спине, отражая нападения выползающих из дыма бандитов. Вдруг раздался свист белых стрел, и один из шершей, прыгающий около меня упал, за ним второй и третий. Резкий ветер прогнал дым, над нами летало воинство Энлиля. Вскоре все стихло.

— Дар, погаси огонь, — окрик друга. Пришлось послушаться, не то пламя сожгло бы долину. Полыхнул холодом, и только черная земля на опушке и вокруг нее, да несколько обгоревших кустов говорили о только что произошедшем бое.

— Эол, братик, ну, куда тебя опять понесло, — Энлиль стоял перед ветром на коленях.

— У меня все хорошо, ты вовремя успел — проговорил Эол и потерял сознание.

— Девушку и брата к Алу, — Энлиль был в своей стихии. Несколько ветров подхватили бесчувственную дриаду и Эола и поднялись к облакам.

Повелитель ветров обернулся ко мне: — Здесь все шерши, или еще есть?

— Понятия не имею, но думаю, все.

— Прочесать вдоль леса, — приказал он своим воинам, и они полетели вдоль опушки.

— Что им от вас было нужно? — продолжал свой допрос Владыка неба.

— Голову девушки, которую унесли твои ребята, за нее им обещали заплатить золотом.

— Лучик? Вот и встретились! — восклицание Эвра, одного из князей ветров.

Энлиль резко обернулся и бросил взгляд на Мэриетту, ее руки были в крови, на щеке и лбу бурые пятна.

— Опять ты? — сурово спросил Энлиль, и протянул ей руку, — брата спас. Спасибо!

— У меня руки грязные, — ответила Огненная Лисица, и спрятала ладошки за спину. Ты подожди меня тут, я пойду, найду ручеек и вымою их.

Она сделала движение, чтобы обойти Эвра.

— Стой, — гаркнул Повелитель ветров, — на этот раз ты от меня не уйдешь! Я и так себя полным кретином чувствовал в Фаире, когда ты убежал, не дослушав, что я хотел сказать!

— Говорить быстрее надо, — отпарировала Мэриетта, зло, глядя на моего друга.

— Ты отдаешь себе отчет, с кем говоришь мальчик?

— Энлиль, смени тон, — напрягся я.

— Дар, это же тот мальчишка, помнишь, я рассказывал!

— Помню, потому и прошу…

— Хорошо, прости, — он повернулся к Мэриетте, — я погорячился. Я благодарен тебе за брата, и своих воинов, — с этими словами он положил руку ей на плечо, резко отдернул, и широко раскрыв глаза, замер.

— Я принимаю твою благодарность, — Огненная Лисица кивнула, — а теперь прости, мне надо идти.

Повелитель ветров медленно поднял руку, и стянул с нее берет, коса упала на спину. Глаза вспыхнули гневом.

— Повелитель совсем стыд потерял, — отчеканила она, — да как ты смеешь снимать с головы женщины ее головной убор? Где тебя манерам учили? У шершей?

— Танцовщица! — вскричал удивленный Эвр, — Мэриетта!

— Мэриетта? — возглас ветров, — а где твои веснушки?

— В Атель ее! — вскрикнул Энлиль, — там поговорим.

— Отпустите, или укушу, — взвизгнула Мэриэлла. Хотел оттащить ее от ветра, но не успел, Эвр подхватил мою жену, и поднялся в воздух. Я полетел за ними. В небе за ветром не угнаться, но старался не отставать. Вот показалась полоска океана, потом бело-голубой город ветров, и отвесная скала, на которой возвышался Атель, замок Энлиля. Почти одновременно опустились на площадь перед крутой лестницей.

— Я чрезвычайно рад, принять у себя настоящий талант, — Энлиль склонил голову перед Мэриеттой, — буду благодарен, если ты погостишь у меня в замке.

— В гости приглашают, — передернула она плечами, — а не тащат.